Дело Уичерли - Росс МакДональд

— На какие деньги? У тебя же нет ни гроша.

— На денежки твоего муженька. А теперь кто-то их, видать, прибрал к рукам.

— Нечего на меня так смотреть. Я понятия про эти деньги не имею.

— Честно?

— Голову даю на отсечение, — как-то по-детски поклялась она. — В полиции мне сказали, что у него в бумажнике было всего четыре доллара.

— Четыре доллара? А пятьдесят тысяч не хочешь?

— С чего ты взял, Стэнли?

— Со слов Джесси. Я вообще-то не хотел тебе говорить, но раз уж зашел разговор...

— У него с Джесси что-то было?

— Я же тебе вчера сказал, что Бен за ней приударил. На днях, в мое отсутствие, он к ней заявился. Узнал я об этом от старухи Гирстон, жены управляющего, она его видела и все мне рассказала. А у Джесси я выяснил, что Бен хотел ее увести, подбивал с ним уехать, показал деньги, даже потрогать дал. Хвастался, что у него есть пятьдесят тысяч наличными, а будет еще больше.

— Вот подонок! Я так и знала, что он крутит любовь с этой тварью.

— До любви, положим, дело не дошло.

— И ты ей поверил?

— Джесси меня не обманывает. Она побоялась с ним уехать. Узнал я об этом только вчера вечером: двинул ей разок-другой — она и раскололась. Оказывается, она испугалась, что эти деньги краденые. Станут расплачиваться — их и схватят.

— Деньги были фальшивые?

— Нет, настоящие, но ворованные.

— Но ведь ты же сам сказал, что ему их дала миссис Уичерли.

— Это тебе не Нобелевская премия мира, чтобы просто так, ни за что давать.

— Может, миссис Уичерли в него втюрилась?

— Как бы не так.

— А может, Бен ее надул?

— Вот это похоже на правду.

— Значит, он получил с нее пятьдесят тысяч и мне ничего не сказал?! — Салли замолчала, словно бы свыкаясь с этой грустной мыслью. — Кому же тогда достались эти деньги? — вырвалось у нее.

— Я думал — тебе.

— Ты что же, решил, я его убила, а деньги прикарманила?

— Ты ведь не раз ему угрожала.

— Это верно, но я его не убивала. К сожалению. — Она так громко расхохоталась, что я от неожиданности вздрогнул. — Здорово нас с тобой провели, а, братишка? Мы друг друга стоим.

— Слушай, сестренка...

— У кого же теперь эти деньги, как по-твоему? — перебила она его.

— У того, кто его убил, я так понимаю.

— А кто его убил?

— Не знаю. Я думал — ты.

— Чушь собачья. Я уж грешным делом решила, что это старик Мандевилл его укокошил. Он ведь давно порывался. Но это тоже маловероятно. Полиция считает, что расправилась с ним банда подростков.

— Я рад за них, — обронил Квиллан с искренней завистью в голосе. — Слушай, сестренка, у нас есть возможность исправить положение. У Бена в конторе, в сейфе, хранится одна кассета. Съезди за ней, а?

— Какая еще кассета?

— Не все ли тебе равно? Привези мне ее. А я найду на нее покупателя.

— Какого покупателя?

— С деньгами. Эта кассета, малышка, больших денег стоит.

— Уж не собираешься ли ты кого-то шантажировать?

— Вроде того.

— Нет, меня в это дело не впутывай.

— Видали! Не впутывай ее! Она ведь у нас такая чистая, честная, неподкупная! — Стэнли рассвирепел. — Не валяй дурака, детка. А на что, спрашивается, ты жила последние полгода? Манной, что ли, небесной питалась?

— Отвяжись. Я тебе не Джесси, меня не испугаешь.

— Послушай. — Он опять взял себя в руки. — Ты же внакладе не останешься, мы с тобой оба не проиграем. Знать тебе ничего не надо. От тебя только одно требуется: съездить в контору и привезти мне кассету, которая хранится у Бена в сейфе. Она лежит в бумажном конверте — увидишь. Привезешь кассету — половина денег твоя.

— А срок тоже мы на двоих поделим?

— Никакого срока не будет, сестренка. Я отвечаю.

— И ответишь — только за себя одного. А меня в покое оставь.

— Так ты отказываешься?

— Темными делами сам занимайся.

— В таком случае дай мне ключи от конторы и код сейфа.

— Кода я не знаю, а ключи забрали фараоны.

— Неужели у Бена нигде код не записан?

— Может, и записан, но где, я понятия не имею.

— Какой же тогда от тебя прок?

— Все больше, чем от тебя. Ничтожество!

— Я тебе дам «ничтожество»!

— Что ты, что Бен — два сапога пара. Один миллионером собирался стать, другой — великим режиссером. А в результате я всю жизнь промучилась с двумя мелкими жуликами.

— Не смей называть меня мелким жуликом!

Хлопнула входная дверь. Что-что, а хлопать дверьми Квиллан умел. Затем взревел мотор.

«Альфу-ромео» мне было не догнать, поэтому я вернулся на Камино-Реал и остановился на стоянке, напротив конторы Мерримена. Вид у маленького домика был какой-то унылый, заброшенный.

Приближался вечер, а я не ел целый день и вдобавок, лежа на холодном плитняке, ужасно замерз. В ресторанчике при стоянке я заказал гамбургер и чашку кофе и стал слушать, как молодые люди за соседним столиком упражняются в выражениях, которые сделали бы честь самому отпетому преступнику. Ничего заслуживающего внимания в ресторане не произошло, если не считать того, что официант, который принес мне гамбургер, назвал меня «папашей».

Стэнли не появлялся.