Тайна наследницы - Борис Бабкин

— Женщину. Видишь, в машине.

К ним присоединился Рони.

— Они вроде собираются остановиться у нас.

— Вспомнил! Она смотрела, как тебя забирали медики, стояла в отдалении. Потом поехала за «скорой». Это она. Тебе лучше уйти.

— Наоборот, — усмехнулся Рони. — Они приехали показать, что знают, где я. Не будем разочаровывать профессора.

Кет быстро сфотографировала машину и убрала фотоаппарат.

— Добрый день, — сказал, войдя, Карлим. — Мы могли бы остановиться у вас на пару суток? Нам с женой люкс, а ему желательно поближе к нам, — кивнул он на остановившегося в дверях Клара.

Кет подошла к стойке.

— Регистрироваться не будем?..

— Приятно иметь дело с умными людьми, — улыбнулся гость.

— Вам с видом на воду, горы или…

— С видом на бар, — рассмеялся он. Остановил взгляд на Рони. — А вы были копом…

— Была такая страница в моей биографии, — кивнул Рони. — Мы пересекались?

— Было такое. Когда ваш начал ногами избивать женщину, ты ударил его дубинкой. Тебя сразу увезли, и, думаю, это был последний день твоей службы копом. Жалею, что узнал тебя только сейчас.

— Могу спросить, почему?

— Поговорим вечером, — сказал Карл им.

Канада. Оттава

Профессор был в бешенстве. Он ждал звонка, а Карлим не спешил сообщать о себе.

— Они наверняка решили устроить себе выходной, — успокоила его Элизабет. — В случае крайней необходимости я знаю, как с ними связаться.

Несколько поутихнув, О’Бейли протянул ей фотографию. На ней был запечатлен бородач, с ним еще трое.

— Почему до сих пор я ничего не знаю об этих людях?

— Одного я, кажется, знаю. Разумеется, могу ошибаться, но тем не менее… Я займусь ими.

Элизабет удивленно приподняла брови.

— Что известно о Князе?

— Уголовный авторитет, вор в законе. Но в последнее время вроде бы отошел от дел.

— С ним необходимо связаться, — распорядился О’Бейли.

Проводи в гостей в номер, приятели собрались в маленькой гостиной.

— Ты видел его взгляд? — спросила Кет.

— Странный какой-то, — кивнул Флэйд. — А у нее просто растерянный. Откуда он тебя знает? — спросил он у Рони.

— Я работал в полиции, и нас послали на разгон демонстрации, — нехотя начал рассказывать тот. — Поступали жестко, но только с теми, кто нападал. Вижу, один из наших хочет ударить дубинкой девушку. Точнее, раз уже достал. Ну я ему и врезал. Естественно, прощай, полиция, и все такое. Странно, откуда он это знает?

— Прослушку включать? — поинтересовалась Кет.

— Нет, — качнул головой Флэйд. — Наверняка он включил помехи. Такие делают это инстинктивно.

— Знаете, — призналась Кет, — я боюсь.

— Напрасно, — Флэйд обнял ее. — Во-первых, мы с тобой, во-вторых, судя по их поведению, работа по профилю киллеров не предусмотрена. Они просто решили отдохнуть, даже отключили телефоны.

— Не верю, что Капитан мог попросить меня помочь убить русского в больнице, — нахмурившись, заговорил Рони. — Мне самому хотелось это сделать, только поэтому я и помог. Потом, кто такой Князь? Я понял, что убит этот Шляхтич по его приказу. Интересно знать, как связаны Князь и Капитан. И наконец главное. Я чувствую, что за всем этим делом о наследстве кто-то стоит и этот «кто-то» знает все. Несколько раз мы слышали про архив. Скорее всего, там разгадка этой истории. В общем, нам нужен Капитан и кто-то из них. — Он положил на стол фотографию — на ней был бородач и еще трое.

Кет хотела что-то сказать, но Рони покачал головой.

— Извини, сейчас у меня из головы не идет эта явившаяся к нам парочка.

«Парочка» действительно отдыхала.

— А ты уверен, что это тот самый коп? — спросила Карлита лежавшего на кровати Карлима.

— Абсолютно. — Он повернулся к ней. — Я его давно искал. Он не знает, что тогда сделал… И что я дважды пытался убить его. Что ж, если профессор прикажет, придется. — Эскимос тяжело вздохнул. Карлита, опустив голову, промолчала.

Вашингтон

Спутниковая связь была неустойчива, и Бергман нервничал.

— Я хочу знать о нем все, — раздраженно повторил он. — Абсолютно все. Ты меня хорошо слышишь?

— Да, — сказал собеседник. — Могу сказать, что я знаю одно слабое место этого человека, и как только выясню подробности, сразу свяжусь с вами.

— Осталось две недели, — напомнил Бергман. — И еще. Это в твоих интересах. Либо я получаю нужную мне информацию, либо ты больше никто и звать тебя никак. Надеюсь, ты не забыл охоту на Байкале. — И отключил телефон. — В последнее время я получаю газеты тех краев, — сказал он Стефани. — И почти во всех упоминается этот человек. А в его возрасте и с его образом жизни просто не может не быть такого, чего бы он не боялся. Я очень хочу знать, на чем его можно купить. Или на ком. До сих пор я абсолютно ничего не знаю о его семье. Известно только, что был сын, который погиб на охоте. И все.

Маргарет все же решилась позвонить Рони.

— Я очень хочу встретиться с тобой, — сказала она. — Правда, с небольшим условием. Ты не будешь выяснять ничего о профессоре и…

— Марго, — перебил ее Рони, — к сожалению, обещать я ничего не могу. Не потому, что непременно хочу что-то узнать. Меня дважды пытались убить, и сейчас у нас двое, Карлим с подругой.

— Берегись этой пары! — с тревогой воскликнула Маргарет. — Это киллеры, их услугами уже не раз пользовался профессор.

— Мы встретимся у меня, — сказал Рони.

Россия. Санкт-Петербург

Неожиданный телефонный звонок встревожил Алексея. Положив трубку, он тут же набрал номер Марецкого.

— Привет, — отозвался Виктор. — Надеюсь, ничего серьезного, а то…

— Помнишь америкашек на Лисьем Носу? — остановил его Алексей. — Они прислали запрос на номер моей тачки, хотят узнать имя владельца. Значит, пытаются выйти на тебя. Я-то им не нужен. Мне один знакомый позвонил. Я сказал, пусть отсылает.

— Все правильно, — согласился Марецкий. — Кстати, тогда детективы вели себя молодцами. Если будут разыскивать меня, дашь им номер. Сам-то как?

— Да нормально, — заверил Алексей. — Кстати, бабки, которые отстегнула мать спасенной девчонки, очень помогли. Спасибочки ей. А если у тебя появятся проблемы, в пределах тысячи километров от Питера, звони, нарисуюсь зараз.

— Договорились, — улыбнулся Марецкий.

— А как там Сирота?

— Лежит без сил, — засмеялся Марецкий. — Мы только с ночи. Он уже сам вкалывал. Устает, но доволен.