Семейный кодекс Санта Барбары - Марина Серова

– Он ваш сосед?

– В общем, да. Он снимает квартиру, которую сдала ему моя соседка, когда уехала в Испанию.

– И давно он ваш сосед?

– Да… Года полтора будет.

– Вы с ним хорошо знакомы? Я имею в виду, часто общаетесь?

– Да общения-то особого и нет. Так, здороваемся при встрече в лифте или в тамбуре. Вот и все.

– Кто-то к нему приходил?

– Вы знаете, я почти весь день работаю. Так что дома бываю нечасто и не в курсе. Могу только сказать, что веселых компаний он не водит и вообще… не шумит.

– По какому адресу вы живете?

– Улица Новороссийская, дом пятнадцать, моя квартира номер восемь, а его – седьмая. А что? Что-то серьезное произошло?

– Очень серьезное.

Я попросила Лидию сообщать мне, если от Любы появятся какие-нибудь вести, а сама завела машину и поехала на Новороссийскую улицу. Дом, в котором Фомин снимал квартиру, был оснащен домофоном. Я набрала цифру 7. Никто не ответил. Потом я принялась ждать, пока кто-нибудь войдет в подъезд. Ожидание длилось недолго. Какая-то парочка, не переставая целоваться-миловаться, на ходу открыла дверь. На меня влюбленные не обратили ровным счетом никакого внимания. Я подошла к седьмой квартире и огляделась. На этаже все было спокойно. Тогда я достала свои отмычки и, поковырявшись ими в замке, открыла дверь. В квартире стояла тишина. Я осторожно прошла в комнату. Стандартная обстановка, если не сказать безликая, не старая и не новая, безо всяких изысков. Я выдвинула ящики письменного стола и, не найдя ничего интересного, снова задвинула их. Перетряхнула тахту, порылась в комоде. Потом подошла к встроенному шкафу и сдвинула створки. А вот тут меня ждала удача! Среди немногочисленной одежды я увидела темную ветровку, похожую на ту, что описывал Никита, и резиновую биту.

У ветровки не хватало одной пуговицы, а остальные были точь-в-точь как та, что я нашла в доме Трифонова – тестя Николая Петровича. Я позвонила в отделение. Трубку взял Кирьянов.

– Привет, Киря.

– Привет, Танюха, коли не шутишь.

– Не до шуток. Слушай, во-первых, убийца Сосновского – это Фомин – похитил его сестру Любу. Я так думаю, он никак не может смириться с тем, что Сосновский «развел» его на приличную сумму. Вот он и шмонает квартиры Сосновского и Трифонова на предмет недостающей суммы. Я думаю, что и Любу он увез, чтобы без помех залезть в ее жилище.

– Тань, ты подожди. Твое предположение, что все это дело рук Фомина, – всего лишь предположение. Нужны доказательства.

– Во-вторых, – я слегка повысила голос, – в съемной квартире Фомина я нашла орудие убийства Сосновского, это резиновая бита. На ней следы засохшей крови.

– Ты, конечно, снова, как всегда, нарушила неприкосновенность жилища, – констатировал полковник.

– Нет, я, конечно, как всегда, была с ордером на обыск! – фыркнула я. – В общем, нахожусь я на Новороссийской, пятнадцать, в седьмой квартире. Бери понятых и приезжай.

– Намек понял.

– Намек? Киря, я тебе прямым текстом говорю!

– Тань, не кипятись! Что ты собираешься теперь делать?

– Пока не знаю. А в перспективе собираюсь поймать Фомина. Как тебе такой мой план?

– Тань, будь осторожна. И вообще… Фомина мы поймаем. Не сегодня, так завтра. Разошлем ориентировки, прочешем, куда он денется!

– Ох, Киря. Как будто у тебя хватит людей, чтобы устраивать «прочес». К тому же он увез Любу в неизвестном направлении. И ее жизнь в опасности. Короче, некогда мне тут с тобой лясы точить. Да, кстати. Кто-то усиленно старается вывести меня из игры. А для этого всеми способами изолирует меня от моей благородной работы – ловить преступников. И в лес меня увозили, и на дачу к директору «Унипласта» заманивали. А дачка у него примечательная такая, с башенкой. Находится в Юбилейном. Ладно, пока.

– Танюх, будь осторож…

Но я уже отключилась. Что он, в самом деле, заладил: «будь осторожна, будь осторожна»! Как будто я маленькая и сама не знаю, что делаю.

В это время у меня зазвонил телефон.

– Алло!

– Татьяна Александровна? Это Клавдия Петровна – консьерж дома, где живет Любовь Алексеевна. Вы меня слышите?

– Да, да. Говорите.

– Вы просили сообщить вам, если появится мужчина с фоторобота, который вы оставили. Так вот. Сейчас похожий на него человек прошел в подъезд.

– Спасибо большое вам, Клавдия Петровна. Я сейчас же выезжаю.

К дому Любы я летела на всех парах. Ах, как жаль, что моя «ласточка» не умеет летать. Но все же добралась я сравнительно быстро.

– Он еще не вышел? – спросила я у консьержки.

– Еще нет, – ответила она.

На всякий случай я отошла вглубь. Фомин появился минут через пять, ногой толкнул дверь и вышел. Судя по его злой физиономии, он не нашел то, что искал. А может быть, и не рискнул связываться с сигнализацией. Сейчас он, вероятно, скорректирует свой план.

Я последовала за ним. Во дворе он сел в белый «Форд». Я незаметно подошла к своей машине.