Золотые нити - Наталья Солнцева

?Ни у кого из нас нет прав на другого человека. Невозможно чего-нибудь добиться требованиями. Особенно от женщины. – Рыцарь положил меч себе на колени; клинок отсвечивал темным пламенем, такое же пламя, казалось, вспыхнуло в его глазах, когда он посмотрел на хозяйку. – Все, что мужчина хочет получить от женщины, он должен заслужить.

Молодая дама повернулась к собеседнику, в ее взгляде промелькнул интерес, который она, впрочем, тут же притушила. Длинные ресницы отбрасывали глубокие тени, губы чуть улыбались.

– Бывают вещи, которые заслужить не просто. Жизнь, как этот огонь, – она посмотрела на язычки пламени, – вблизи он согревает, вдали от него холодно и неуютно, без него вообще невозможно. Но тот, кто подойдет к огню слишком близко, рискует обжечься, а то и вовсе сгореть.

Человек, в котором жизнь едва теплится, ведет невообразимо унылое существование. Тот же, в котором внутренний огонь нестерпим, может…Впрочем, не стоит об этом. Меня зовут Тинния, – неожиданно, без всякого перехода, добавила она.

– Тинния… Никогда не слышал такого имени, и, тем не менее, готов поклясться, оно мне знакомо. Странные вещи происходят со мной вблизи вас. Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, но мне хочется слушать. Есть речи, проникающие прямо в сердце. Темно-синее с золотом, – какое красивое сочетание… – Гость подошел вплотную к женщине.

Она не отстранилась, только прямо посмотрела ему в глаза.

– Вы позволили бы мне носить ваши цвета? – спросил он.

– Есть вещи, которые заслужить не так просто. Я уже говорила это.

– Я понял. Но я могу надеяться?

– Конечно, вы свободный человек. – Она опустила свои густые ресницы. – Но я не даю вам ни малейшего – ни малейшего! – повода думать, будто бы мною вам что-то было обещано. Не было не только никакого обещания, но даже и намека на обещание. Вы уверены, что я понятно объяснила вам, что происходит?

– Вполне. – Синее с золотом…небо и пески… – Он крепко обнял женщину рукой за плечи, медленно приблизил свои губы к ее губам – отблески огня играли на его резко очерченных скулах, бронзовых от солнца и ветра. – Я видел там тебя… – прошептал он ей в самые губы…

Она не успела спросить, где, ее губы приоткрылись; долгий поцелуй унес остатки сознания…Блаженство растеклось по телу, – яд, который отравляет навсегда…

Тинния не легко пришла в себя, когда рыцарь отстранился. Он разжал свои объятия неожиданно, как и все, что он делал, и теперь смотрел на нее, как она выплывает из тумана забытья. Слегка насмешливо. Или ей это показалось? Она вдохнула, собираясь высказать свое возмущение, – и вдруг осознала, что ей хочется, чтобы предыдущее мгновение длилось и длилось. Как будто…Невозможно в это поверить. Она отбросила эту мысль…

– И это рыцари, дающие обет безбрачия! – она села и засмеялась.

– Обет безбрачия, но не целомудрия. Это разные вещи. – Он тоже сел напротив огня, удивляясь, что его волнение никак не уляжется.

– Вы всегда прикидываетесь святым?

– Даже не пытаюсь. Я всегда считал, что маску святости надевают люди, которые прикрывают ею свою несостоятельность, или пороки.

Любовь к жизни, терпимость ко всем ее проявлениям, умение наслаждаться ее дарами, пользоваться всем, что она дает, с радостью и удовольствием, плакать и смеяться от души, пускаться без оглядки в дальние странствия, знакомиться с миром и людьми в нем, – это могут только люди со светлыми помыслами и любовью в сердце. Они могут много ошибаться, но и много сделать. Я бы предпочел такого человека иметь за своей спиной в бою, и я бы не оглядывался.

– Однако вы не жалуете святых.

– Если вы вкладываете в это слово тот же смысл, что и большинство людей, то да, не жалую.

Однажды мальчиком я увидел лилию. Она была такая белоснежная, чистая, полупрозрачная, она сияла и светилась изнутри, как… у меня перехватило дыхание, я долго стоял, зачарованный тем, что эта нежная прелесть – живая, что она имеет тонкий запах, лепестки и сердцевинку, покрытую золотистой пыльцой…И вдруг меня поразило, что такая белая лилия выросла из черной-черной земли, из грязи, из всего, что перемешалось временем и природой…

Смог ли я понятно объяснить, что я почувствовал?.. Земля черная, но лилия из нее вырастает белая. С тех пор я в плену у жизни – ее грязь и ее лилии – это все мое…Без одного, наверное, не бывает другого. Возьмите почву, просейте, отсортируйте, удалите все, что вам кажется лишним и оскорбляющим ваши понятия, отмойте, исправьте, очистите, переберите, – и у вас никогда не вырастет лилия! Никто никогда не увидит ее, не застынет в восхищении, околдованный навеки…