Донецкие повести - Сергей Богачев

– О чём задумались, Иван Сергеевич? – полюбопытствовал Рублёв.

– Сколько лет назад все это хозяйство тут возникло?

– Лет десять, наверное, – неуверенно ответил Рублёв. – А что?

– Здорово, что лет пятнадцать назад никто эту гору не застроил, а то ведь источника всей этой радости горожан могло бы и не быть. Как сезон наступит, обязательно сделай отсюда хороший репортаж с историей возникновения этого проекта. Раскопай, кто это придумал, как воплощали, как разрешение выбивали. Конечно, без высокого покровительства тут вряд ли обошлось. А может, нашли энтузиаста горных лыж во властных кабинетах. Знаешь, какая мысль меня сейчас осенила?

– Интересно, вы сегодня вообще в ударе, – Юрий с любопытством поглядел на шефа, не предполагая, чего на сей раз от него ожидать.

– Представляешь, в Донбассе сотни брошенных терриконов, иногда расположенных в центре городов и микрорайонов – и ни одного подъёмника! Тысячи людей, которые увлекаются лыжами, вынуждены ехать за тридевять земель. А это не всегда просто – по себе знаю, – нужно аккумулировать время и деньги. Я в прошлом году так и не выбрался, а был бы в Лугани такой вот подъёмник…

– Гениально, Иван Сергеевич! Да на этой идее мы, вернее, вы можете озолотиться. Главное, что мы, то есть вы, первым до этого додумались!

– Надо будет дома обязательно кому-либо из знакомых бизнесменов эту идею подкинуть.

– То есть как «подкинуть» – вот так просто взять и подарить?! – теперь Рублёв явно недоумевал.

– Ну да, может, меня за это потом поощрят бесплатным или льготным правом пользоваться подъёмником. Идеи ведь, Юра, не патентуются. Может, сто человек думали о подъёмнике в Киеве, а сделал кто-то один. Знаешь, что в каждой идее самое главное?

– И что? – Рублёв вопросительно посмотрел на своего начальника, понимая, что отгадывать бесполезно.

– Её воплощение. Ты ведь знаешь, что плохой репортёр может загубить самую гениальную тему. Так и тут. Мне ведь этим толком заниматься некогда, опыта мало. Нужно будет подбирать персонал, вникать в юридические нюансы и так далее – а это время. Лучше я его потрачу на получение удовольствия от катания на лыжах. Мне ведь хорошо будет, если у меня появится такая возможность, да и приятно, что я к этому причастен. В любом случае, рано или поздно до этого кто-либо и без меня додумается.

– Но тогда можно хоть долю в этом бизнесе застолбить, – хозяйственному Юре не хотелось так просто расставаться с мыслью, что столь блестящая бизнес-идея никак не материализуется. Он чувствовал себя человеком, чей друг нашёл клад и собирался подарить его государству.

– Одно дело иметь талант, и совсем другое – иметь талант продать свой талант, – выдал Черепанов загадочный каламбур. – Всех денег не заработаешь, время дороже. Кстати, что у нас там со временем?

– Наверное, будем потихоньку двигать, лучше приедем пораньше, а то вдруг где-нибудь застрянем. Я знаю хорошее место, где потом можно будет вкусно и недорого отобедать, – предложил отличающийся повышенным чувством ответственности Рублёв.

Ещё через сорок минут черепашьего шага по утренним пробкам «фольксваген» припарковался на Шелковичной улице, в двух кварталах от Кабинета Министров. Рублёв достал из багажника штатив, сумку с камерой и объявил о своей готовности. Преодоление всех формальностей заняло у съемочной группы ещё некоторое время, и они, проследовав через два поста охраны, наконец-то оказались в нужной приёмной.

«Роберт Карлович Яузе, віце-прем’єр-міністр України з питань паливно-енергетичного комплексу» – гласила большая табличка у входа в кабинет.

– Присаживайтесь, пожалуйста, я доложу о вас, – секретарь, женщина в возрасте и явный профессионал в своём деле, скрылась за массивной дверью, прихватив с собой папку с документами.

Ждать пришлось не слишком долго, помощник Яузе, открыв дверь, пригласила Черепанова.

Про себя Иван отметил, что Роберт Карлович существенно поседел, его лицо слегка осунулось и приобрело старческие черты, но глаза остались такими же живыми.

– Добрый день, Роберт Карлович, большое спасибо, что согласились на встречу, тем более в обеденное время, – Иван подошёл к Яузе, и они обменялись крепким рукопожатием.

– Рад видеть тебя в добром здравии, Иван Сергеевич, отказывать тебе грешно, плохая примета, можно сказать. Твои передачи на массы влияют, помнишь? Ты взялся за серьёзную тему, государственного масштаба. Выходишь на республиканский уровень?

– Мы тоже на месте не стоим, как видите. Рассчитываю на вашу помощь.

Юра установил штатив, прикрепил микрофоны, а Любовь Ивановна принесла из приёмной поднос с чаем и фарфоровыми кружками.

– Начнём, пожалуй. Я не буду отклоняться от перечня предложенных вопросов, если посчитаете нужным что-то добавить – пожалуйста. После отредактируем. Вы готовы?

Яузе поправил пиджак и кивнул.

– Роберт Карлович, вы уже три месяца занимаетесь вопросами энергетического обеспечения страны. Как оцениваете ситуацию в этой сфере? С чего начали?

– С анализа доставшегося нам хозяйства. Ведь энергетика – основа экономической безопасности. Это кровеносная система промышленности, сельского хозяйства, торговли – всего. От нее прямо зависит себестоимость товаров и услуг. Поэтому относиться к ней с пренебрежением, использовать её как постоянного донора невозможно. В погоне за сдерживанием цен на энергоносители путем административного давления государственные энергопоставляющие компании, импортеры газа были загнаны в состояние плановой убыточности. И никто не пытался до сих пор изыскать способы компенсации.

– Но вы – опытный хозяйственник, наверняка для вас ответ лежит на поверхности, для чего это делалось?

– Для того чтобы не допустить цепной реакции всеобщего роста цен. Газ закупался по цене большей, чем отпускался внутренним потребителям. Некоторое время это возможно терпеть, но не долго. Иначе – коллапс. Собственно, что мы сейчас и наблюдаем.

– Наблюдаем или предпринимаем действия?

– Когда я говорю: «Мы наблюдаем», – я выступаю от имени потребителя, я такой же потребитель услуг, как и вы. И платить за них я тоже должен. А наши действия – это целый план по пересмотру отношений с Россией в вопросах газоснабжения. Это приведение в соответствие цен закупки и отпуска газа потребителям.

– Означает ли ваша последняя фраза, что цены на газ на внутреннем рынке в ближайшее время вырастут?

– Это неизбежно в части тех услуг, которые связаны с ценой газа. Мы не будем занимать страусиную позицию и рассказывать, что любой ценой сдержим эти процессы. Так нечестно по отношению к потребителю. Экономика имеет свои правила, и здесь закон «Ничто не берётся из ниоткуда и не исчезает в никуда» работает чётко и быстро. Да, нас ожидают нелегкие времена.

– По-вашему, Россия пойдёт на уступки?

– Позвольте мне дипломатично ответить на этот вопрос. У нас есть аргументы для отстаивания собственной позиции, хотя, нужно отдать им должное, интересы своей страны российские партнёры научились лоббировать очень эффективно, используя все имеющиеся в их распоряжении козыри и рычаги влияния.