Серьга Артемиды - Татьяна Устинова

– Еще бы!..

– Я с тобой, – подхватилась Настя. – Под крыльцом корзина с шишками, надо вытащить!

– Я с вами, – и Джессика сорвалась с места.

Марина принялась собирать тарелки. Липницкий ей помогал.

– У меня есть план, – объявил он, когда посуда была убрана.

– Гениальный? – спросила она.

* * *

Тонечка взгромоздилась на тренажер и вяло поехала. Вж-ж-ж, засипело колесо.

– Больше жизни, больше жизни, – задыхаясь, велела ее товарка по клубу. Она рядом изнемогала на беговой дорожке. – И так набрала, я же вижу!..

– Сколько я там набрала, – пробормотала Тонечка так же вяло, как педали крутила.

– Нужно все, что набрала, сбросить, – пропыхтела товарка.

Тонечка послушно приналегла на педали.

…Почему она всегда и всех слушается? Ну вот – всех и всегда! Еще не было ни одного человека, которому бы не захотелось поучить ее, как следует: пить, есть, любить, растить ребенка, работать, худеть! А Тонечка, знай, указания выполняет! Все боится подвести – ведь если люди говорят ей, как правильно, значит, она явно делает что-то не так!..

А они знают, как именно нужно.

…Муж кричал ей: «Что ты пишешь?! Ну, посмотри, что ты пишешь! Какую дикую лабуду! Разве человек, у которого есть хоть какие-то зачатки таланта, может так плохо писать?! Не берись, если не можешь, дуреха!»

Тонечка пугалась и все переписывала. Ей не нравилось постоянно переписывать, да и вообще писать так, как он велел, ей не нравилось, но если он говорит, значит, знает – как? Как нужно?

– Ты где пропадала? – Товарка перешла на соседний тренажер, устроилась в седле и закрутила педали изо всех сил, так что коленки замелькали быстро-быстро. – Давно не видно!名

– Да у меня работы полно, и дочь в институт поступает!

– В какой?

– В театральный.

– Крути, крути! – поторопила соседка. – А сколько стоит? Поступление сколько стоит?

– Она по конкурсу, Кать.

– А! – обрадовалась Катя. – Значит, не пройдет! У наших друзей в прошлом году мальчик в академию бизнеса и финансов поступал, это бывшая то ли Плешка, то ли Вышка, пятьдесят тысяч с них взяли. Долларов, не рублей.

– Ого, – сказала Тонечка. В коленке вдруг что-то закололо.

– А почему ты платить не стала?

– Кать, да я и так не очень понимаю, какая из нее актриса, а уж если платить, так совсем!.. Да и нет у меня денег таких.

– Ну, деньги! Деньги надо найти, кредит взять! Они теперь, знаешь, какие? Вон моя мне говорит: мама, ты обязана мне обеспечить высокий уровень жизни. Обязана я, понимаешь?

– Понимаю, – вздохнула Тонечка. – А почему ей нужен просто высокий уровень жизни? Почему не уровень жизни герцога при дворе Британской короны?..

Товарка от удивления даже крутить стала тише, колени уже не так мелькали.

– Ну, они теперь такие, – повторила она. – Моя тоже творческая. Только она хочет видеоблогером стать, а не артисткой.

– Хорошее дело, – одобрила Тонечка. – Выгодное.

– У тебя есть знакомые?

– Нет, – сказала Тонечка. – Я слышала.

– Да это все слышали! Только непонятно, как им стать.

– Никак, – сказала Тонечка. – Точно так же, как актрисой. Есть способности – станешь. Нет – значит, нет.

– Ну, они сейчас по-другому думают! А ты на чем сейчас сидишь?

– Я?! – удивилась Тонечка. – На тренажере!

– Да нет, на белках или на клетчатке?

Вчера, приехав домой, Тонечка съела три котлеты, а потом еще чаю напилась с зефиром в шоколаде. К чему это ближе, к белкам или клетчатке?..

И она сказала:

– На семенах чиа.

– Знаешь, как пудинг делать? Заливаешь чиа кокосовым молоком и на ночь в холодильник! Только все равно долго не высидишь, – отрезала Катя. – И потом еще больше наберешь! А ты где их заказываешь, семена, в интернете? Там одни подделки! Там вместо чиа продают зерна папайи! А это совершенно не то! Нужно у дилеров покупать! У тебя есть дилер?

Тонечка призналась, что дилера у нее нет.

…Ничего у нее нет! Ни дилера семян чиа, ни пятидесяти тысяч долларов, не рублей, на поступление, ни клетчатки!.. Зато есть лишний вес и ребенок в кризисе. Извелся весь бедный ее ребенок!..

– Я тебе скину телефон, только не в общий чат, а в личку, а то все набегут, а дилер проверенный, и у него мало.

Тонечка вяло поблагодарила. Тренировка как-то не задалась.

– И заднюю мышцу бедра тебе надо подкачать, висит все и трясется!

– Я подкачаю, – пообещала Тонечка.

– Вы закончили? – спросили рядом.

Она кивнула, занесла было ногу, чтобы слезть, оглянулась и чуть не упала.

– Здрасти, – сказал великий продюсер Герман. – Хорошо, что я вас здесь застал.

– Добрый день, – поздоровалась Тонечка, переволокла ногу с совершенно недостойной задней мышцей бедра через сиденье и утерла пот со лба.

– Привет! – весело сказала Катя и легко, как перышко, слетела с тренажера. – Можете этот занять, я уже ухожу.

Герман кивнул и спросил у Тонечки:

– Вам долго собираться?

Она пожала плечами.

– Ну, минут пятнадцать. А что такое?

– Я вас подожду, вы мне нужны.

– Ну, подождите, – сказала она неуверенно. – Вы заниматься будете?

– Не буду я заниматься, – отчего-то возмутился Герман.

– А, вы в бассейн! – догадалась Тонечка.

– Я не в бассейн, а за вами, – сказал он. – Выходите, я там подожду, на ресепшене.

– Кто это? – спросила Катя с восторгом. – Какой великолепный экземпляр!

– Это не экземпляр, а продюсер, – сказала Тонечка. – Всех времен и народов.

– У тебя с ним амуры?

– У меня нет. У него могут быть амуры только с Анджелиной Джоли! Или с Эмилией Кларк. Я же говорю, он великий продюсер.

– А зачем он сюда явился? Он же к тебе пришел!..

Да, подумала Тонечка, пришел зачем-то. А она вся мокрая, в лиловой растянутой майке, старых велосипедках и повязке на голове!.. Что ж ей не везет-то вечно?..

Она приводила себя в порядок довольно долго – кудри никак не хотели сохнуть, – и когда выскочила в холл фитнес-клуба, Герман первым делом взглянул на часы. Так, чтобы она видела.

Она увидела.

Он сложил ноутбук, сунул его в рюкзак, подошел и взял у нее сумку.

– Что-то ты долго.