Закон жанра - Владимир Колычев

– Так что, не было никакого Артура? – догадался Ярослав.

– Как не было? Был!.. Просто ушел, гад!..

– А деньги?

– Что деньги! Были деньги, я их взял... А что, пусть твой Артур бабками за свою гниль отвечает!

– Хочешь сказать, что эти деньги ты случайно подобрал?

– Ну да...

– Ты что, за лоха меня держишь?.. Не было никакого Артура!.. Я убивать его ехал. А ты ехал за этими деньгами!..

– Ярый, ты волну не гони, не надо! – сверкнул взглядом Кеша.

Ярослав мысленно измерил расстояние от его правой руки до пистолета за поясом. Рассчитал время и траекторию движения. Если что, он пристрелит этого кидалу...

– Ты за «лимоном» ко мне ехал? Вот свой «лимон» и получишь! И еще сверху... Ты же мой братан, я должен с тобой делиться...

– Чьи это деньги?

– Я бы сказал, да зачем тебе голову этим дерьмом забивать? К тому же меньше знаешь – больше живешь... Только ты не думай, я тебя убивать не собираюсь. Ты ж мой брат...

– Братьев так не подставляют, как ты подставил меня!

Ярослав вдруг вспомнил тот разговор в сауне, когда Кеша клял своего криминального босса. «На Канары куда-нибудь бы дернуть, да так, чтоб с концами...» Кеша уже тогда собирался выйти из игры. Но за границей без денег делать нечего. И он нашел, где взять бабки...

Артура убивать он ехал. Брехло! Не думал он об Артуре, он думал только о деньгах, которыми собирался завладеть с помощью Ярослава. Своих бойцов он к этому делу не привлекал. Почему? Да потому, что те бы не стали убивать своих... Да, Кеша убивал своих. На пару с Ярославом он уничтожил людей, которые охраняли «общак» группировки. Кеша – «крыса». А Ярослав тогда кто, «крысенок»?..

– Да ты не колотись, братуха! Все в порядке! Никто же не знает, что это мы были!

– А если тебя вычислят?

– Не вычислят... – не очень уверенно сказал Кеша. – Да я к своим и не вернусь...

Значит, все-таки он со своими разделался. Точно, «крыса»... Впрочем, Ярославу не было никакого дела до бандитских денег. Они добыты нечестным путем, тем же путем они ушли в другие руки. Но его пугала мысль, что отвечать за «общак» придется ему. От бандитов не спрячешься, у них длинные руки. Его самого убьют, жену изнасилуют...

– Ты не вернешься... А я? На мне три трупа. Три!

– А кто что докажет? Свидетелей нет, стволы мы уничтожили. Пару деньков здесь отсидимся...

– А потом?

– Я когти из Москвы рвать буду... А ты можешь домой ехать... Ты только не гони волну, братуха! Все устаканится... Давай бабки пересчитаем!.. Когда бабки считаешь, нервы успокаиваются, проверено!

Кеша считал деньги по пачкам. Купюры с изображением Франклина в одну сторону, с портретом Гранта в другую.

– Шесть миллионов уже есть... – восторгался Кеша. – Тут еще есть, может, еще «лимон» натянем?

На седьмой «лимон» денег не хватило. Но и шесть миллионов восемьсот тысяч тоже хорошо, даже более чем.

– Давай так, братуха! Пять «лимонов» я себе оставляю, остальное твое! – предложил Кеша. – Я же тебе «лимон» обещал, а даю больше... Ты же не в обиде, да?

Он ошибался. Ярославу было обидно. Очень обидно, что его держат за лоха.

– А может, давай пополам? – мрачно глянул он на Кешу. – Мы же вдвоем дело делали, значит, все пополам...

– Погоди, мы так не договаривались! – опешил тот.

– А разве мы о чем-то с тобой договаривались? Ты на гнилое дело меня подставил. А теперь лоха из меня делаешь. Нехорошо, Кеша, нехорошо. Не по-братски...

Ярослав был бы рад вообще избавиться от этих денег. Вернуть их на место, оживить братков-охранников и со спокойной совестью отправиться домой к жене под бочок. Но назад пути уже нет. Он по уши вляпался в кровавую историю. И раз уж так получилось, он должен бежать из Москвы как можно дальше. И вместе с Ксенией... Миллион восемьсот – это очень много. Можно открыть свой бизнес где-нибудь в Урюпинске. Но лучше уехать за границу. Но туда лучше ехать, когда у тебя в запасе три миллиона четыреста тысяч, ровно половина той суммы, которой он владел сейчас на пару с Кешей... Не надо делать из него лоха!

– В Афгане мы с тобой краюху хлеба пополам делили, – продолжал Ярослав. – И никогда друг друга не подставляли...

Трепач Кеша молчал. Нет в нем куража и бравады. Есть только злость и ярость... Нет, Ярослав ему не друг. Он для него всего лишь разменная монета в опасной игре. Кеша столько лет жил с волками и сам стал волком – жестоким и беспощадным. Для него нет ничего святого...

Злость в его взгляде погасла. Но она никуда не делась, просто ушла на дно души. Усилием воли Кеша заставил себя улыбнуться, даже весело подмигнул Ярославу.

– Все правильно, братан! Хлеба краюху надо пополам делить. И бабки тоже... Счас мы их по-братски поделим...

Он повернулся к Ярославу спиной и стал складывать деньги обратно в чемодан.

– Только учти: если бабки пополам, то за кордон вместе уйдем, – приговаривал он. – Откроем одну фирму на двоих, бизнес будем делать... Ты как, согласен?

– А жену мою возьмем? – как бы всерьез спросил Ярослав.

Он уже понимал, что ни в какую заграницу Кеша брать его не собирается. Он собирается оставить его здесь, в России...

– В долю? – ничуть не возмутился Кеша.

О Ксении он сейчас нисколько не думал. Он думал только об одном: как побыстрее расправиться с бывшим напарником, а ныне нахлебником. Обострившимся чутьем Ярослав улавливал исходящую от него опасность...

– Зачем в долю? Просто с собой возьмем. Я же не могу без жены уехать...

– А-а, ну да! С женой на том свете хорошо!

Кеша резко развернулся к нему. В руке пистолет... Но Ярослав уже готов был к такому финту. И последняя фраза бывшего друга не осталась без внимания...

Кеша выстрелил уже после того, как получил пулю в грудь. Выстрелил, но промазал. Пистолет вывалился из его руки, глаза наполнились предсмертным ужасом. Он упал сначала на колени, затем рухнул на пол плашмя. Ярослав подошел к нему, ногой перевернул на спину. Кеша был еще жив.

– Не убивай... – пошевелил он окровавленными губами.

– Чьи это деньги?

– «Общак»... Забирай все себе. Только не убивай... Мы же вместе, в горах...

– Были мы с тобой в горах. Только разные мы. Я – горный стрелок, ты – горный козел... Не надо было со мной втемную играть...

Ярослав не должен был оставлять его в живых. Но палец отказывался жать на спусковой крючок. Положение спас Кеша. Он умер сам. Ярославу осталось только закрыть ему глаза... Вот так и кончилась их афганская дружба. Но остались деньги. Только что с ними делать? Взять их себе? Но сможет ли он их унести? Чутье подсказывало, что нет...