Скала Жнеца - Сара Пирс

В голову закрадывается мысль: а почему бы просто не взглянуть?

Обычно такое не приходит ей в голову, но в последние несколько дней Хана стала другим человеком. Эта поездка словно содрала с нее внешний слой, обнажив под ним нечто иное.

Проскользнув внутрь, Хана останавливается у кровати. Сет.

Его следы повсюду – в шкафу висит одежда, под кроватью стоят кроссовки, на тумбочке у кровати валяется бумажник. Несмотря на браваду, сердце гулко стучит, отдаваясь в ушах.

Хана корит себя – это же их личное пространство. Нехорошо было вторгаться сюда, тем более после случившегося.

Но Хана собирается с духом. Она больше не будет чувствовать себя виноватой. Именно это многие годы тормозило ее – ей всегда было важно, что подумают люди, вдруг перестанут считать ее хорошей и милой.

Быстро покосившись на дверь, она берет телефон и выдергивает из него провод. Распознавание лица точно не сработает, но ей это и не нужно – Хана видела, как Джо вводила пароль. Это первые четыре цифры номера их старого дома и затем месяц ее рождения.

Разблокировав телефон, Хана скроллит экран, пока не находит Ватсап – мессенджер, которым пользуется Джо. Если в телефоне и есть что-то интересное, то именно там.

Наверху – сообщения, которые Джо посылала Сету, но, сколько Хана ни листает, там лишь банальности, ежедневная рутина.

Сет: Ты где?

Джо: На пробежке.

Сет: Мы идем завтракать.

Джо: Я скоро буду.

Никаких упоминаний о той ночи, когда приехала Беа.

Хана возвращается в список контактов. Ее взгляд скользит по именам, но выхватывает только одно: Беа. Хана листает переписку. И тут же видит, насколько она отличается от переписки с Сетом.

Язык колкий и агрессивный, ссора продолжается и в сети.

Беа: Ты должна сказать Хане.

Джо: Тебя это не касается.

Беа: Если ты ей не скажешь, это сделаю я. Ее это добьет, но будет гораздо хуже, если она узнает от кого-то другого.

Лихорадочно листая дальше, Хана снова и снова находит одно и то же. Совершенно очевидно, что Джо ей соврала. Беа и Джо явно спорили о том, что содержалось в письме, которое она нашла на пристани. Джо извинялась не за то, что не поддержала Хану после смерти Лиама.

Она скрывает что-то другое.

Хана ощущает чудовищную пустоту внутри. Вот что делает ложь, думает она, – опустошает. Рвутся связи между людьми, когда-то такие основательные и крепкие, и остается лишь оболочка.

Хана бросает телефон обратно, он звонко клацает по тумбочке и падает на пол.

Она нагибается, чтобы его поднять, и тут замечает некий предмет, торчащий из щели между матрасом и остовом кровати.

Хана потрясенно закрывает рот рукой.

57

– Не могу дозвониться до Джонсона, – говорит Элин. – Постоянно включается автоответчик.

– Он перезвонит, – отвечает Стид. – А я пока что получил список всех, кто здесь остался. Здешний администратор прямо трудоголик, вылитая ты, – улыбается Стид, но недолго, заметив серьезность Элин. – Мне не нравится твое лицо. Что стряслось?

Элин останавливается, не доходя до стойки администратора.

– Перед тем как позвонить Джонсону, я разговаривала с диспетчерской. Похоже, нам придется справляться самим. Все занимаются недавним убийством в Барнстепле, да и в Эксетере несколько серьезных происшествий.

Стид поднимает брови:

– Несколько?

– Ага… ДТП с многочисленными жертвами и пожар в торговом центре и жилом комплексе. Люди попали в ловушку. Похоже, задействовали всех полицейских из ближайших районов. Так что подмога задерживается.

Стид проводит рукой по волосам. Он выглядит растерянным, что для него нехарактерно.

– И что будем делать?

– Закроем курорт. Соберем всех вместе. Нужно найти Фарру. Я ей звонила, но у нее тоже автоответчик. – Элин смотрит на экран телефона: – Попробую еще.

Ее палец зависает над экраном, когда приходит сообщение.

Элин не сразу понимает, что это. Сообщение от Уилла.

«Появился еще один твит. Посылаю скриншот».

Собравшись с духом, Элин дрожащей рукой щелкает по изображению. У нее замирает сердце.

На нее накатывает все разом. Потрясение. Страх. Отвращение. Ее омывает прибойная волна эмоций.

На фотографии снова она, но, в отличие от предыдущего снимка, этот взят не из Сети. Здесь она на пляже вместе со своей подругой Астрид.

Обе смеются, глядя в камеру, но прекрасный день испорчен. Самым худшим образом.

Нет. Нет.

Ее снова лишили глаз, яростно перечеркнули в фоторедакторе.

– В чем дело? – встревоженно спрашивает Стид.

– Это из Твиттера.

Он хмурится:

– Об убийствах?

Покачав головой, Элин рассказывает о предыдущем твите, который показывал ей Уилл.

– А этот выглядит еще хуже. Этот снимок… сделала моя подруга. Кто-то изучил ее соцсети и нашел фотографию.

И это почти столь же отвратительно, как то, что сделали с самой фотографией. Словно кто-то растоптал ее воспоминания о том дне. Надругался.

– Мерзкие тролли, – качает головой Стид. – Понимаю, от этого тебе легче не станет, но несколько лет назад подобное случилось с одной моей знакомой из полиции. Кто-то прилеплял к ее дому всякие странные штуки. Она заявила об этом, и все прекратилось. – Он колеблется. – Возможно, там было не настолько личное.

Элин сворачивает изображение, чувствуя мурашки по коже.

– Ты прав. Если это снова случится, я напишу заявление, но пока что подожду. Нужно найти Фарру, чтобы она закрыла остров.

Элин отчаянно старается излучать уверенность, которой не чувствует, но по пути к стойке администрации постоянно возвращается к той фотографии, на которой ее счастливые воспоминания стерли одним жестоким росчерком.

Дежурный администратор поднимает голову и приветствует их отрепетированной улыбкой. Стид улыбается в ответ, но не Элин – она не сводит глаз с гобелена на стене.

На этот раз крохотные копии скалы Жнеца не уменьшаются, как матрешки, теперь она видит в них не просто образ скалы, а камни из пещеры.

Администратор смотрит на нее, озабоченно нахмурив лоб:

– Все нормально?

– Да. – Элин с трудом отводит взгляд. – Я хотела спросить, не знаете ли вы, где Фарра?

Девушка за стойкой указывает в угол зала:

– Она вон там.

Проследив за ее взглядом, Элин видит Фарру, сидящую на диване рядом с каким-то мужчиной. Склонив головы, они оживленно беседуют.

– Спасибо, – шепчет она.

Пока они пересекают зал, бутерброд, который Элин недавно съела, падает в желудок как кусок свинца, по горлу поднимается желчь.

Сглотнув ее, Элин останавливается рядом с Фаррой и