Северная сторона сердца - Долорес Редондо

Хуан уже открыл дверь на улицу, но резко обернулся:

— Как ты можешь говорить такое? Это я виноват: нельзя было ничего тебе рассказывать. У нее была послеродовая депрессия, такое случается со многими женщинами…

— Росария ни с кем не дружит, она не общается даже с Хеленой Очоа, своей близкой подругой, с которой они раньше были неразлучны. И я советую тебе навестить ее. Я встретила на улице ее дочь, спросила, как у нее дела, потому что давно не видела. Она ответила, что мать больна. И я зашла к ней. И знаешь что? Она вовсе не больна, Хуан: она безумно напугана. Не знаю, во что замешана твоя жена, но с тех пор, как они перестали общаться, Хелена прячется дома в окружении икон и распятий. Она чего-то боится и слышать не хочет о Росарии. Сказала, что твоя жена потеряла душу. Как ты думаешь, что это значит?

— Это просто зависть, женщины в деревне всегда завидовали Росарии.

— Она по-прежнему выходит из дома ночью, и ты не знаешь куда?

Хуан посмотрел на сестру испуганно. Энграси поняла, что ему действительно не по себе.

Но все же он воскликнул:

— Поверить не могу: ты готова использовать против моей жены все, что я рассказывал тебе по секрету!

— Вижу, ты не желаешь ничего понимать, — устало сказала она. — Но это связано не с Росарией, а с Амайей. Я вижу, что говорить с тобой не имеет смысла. Оправдывай ее, сколько пожелаешь, но если ты думаешь, что есть какой-то способ вернуть Амайю женщине, которая пыталась убить ее с первого дня жизни, то это ты здесь безумен.

Глава 22

Метод Шарбу

Новый Орлеан, штат Луизиана

Воскресенье, 28 августа 2005 года

Амайя проснулась рано. Приняв душ и переодевшись, она застелила постель и уселась поверх покрывала, чтобы посмотреть утренние новости.

Каждые пятнадцать минут, начиная с шести утра, власти использовали любые средства, чтобы напомнить о разрушительной мощи «Катрины», бушующей на всем побережье Мексиканского залива, и прогнозы для Нового Орлеана были не слишком обнадеживающие. Город расположен на два метра ниже уровня моря, на севере к нему примыкает озеро Понтчартрейн, к тому же через весь город, подобно змее, тянется многоводная Миссисипи. Угроза циклонического штормового нагона внезапно стала неизбежной реальностью. Национальный центр ураганов прогнозировал пятую категорию: ветер скоростью двести восемьдесят миль с порывами свыше трехсот двадцати миль в час. Новый Орлеан еще не видел ураганов пятой категории. Самым мощным из известных был ураган «Бетси».

Говорят, города не имеют памяти: мол, их жители быстро забывают все, лишь бы жить беззаботно. Однако упоминание о «Бетси» пробуждало в новоорлеанцах некий древний, дремлющий коллективный страх. 9 сентября 1965 года этот ураган четвертой категории обрушился на побережье в устье реки Миссисипи, разрушая все на своем пути. Затем он двинулся вверх по реке, что вызвало в Новом Орлеане трехметровый паводок. «Бетси» забрала восемьдесят девять жизней и нанесла столько ущерба, что вошла в историю под названием «“Бетси” на миллиард долларов». Казалось, только при упоминании «Бетси» угроза «Катрины» обрела особую силу. Телевидение перемежало кадры продвижения «Катрины» над Мексиканским заливом с черно-белыми фотографиями разрушений, вызванных «Бетси».

Не в силах совладать с нервным напряжением, Амайя выключила телевизор и вышла в коридор. Она успела увидеть спину Дюпри, который, игнорируя лифт, начал спускаться по лестнице. Она ускорила шаг, чтобы догнать его. Голос агента, говорившего по телефону, гулко разносился по всей лестничной клетке.

— Хорошо, я спускаюсь, ждите в машине.

Охваченная любопытством, Амайя вернулась назад, подошла к окнам, выходящим на галерею, по которой, если верить хозяйке, разгуливала призрачная невеста, и вышла наружу. Миновав площадку над арками, венчавшими вход в отель, осмотрелась. Выделенная им служебная машина находилась точно под ней. За рулем сидел Джейсон Булл. Дюпри сел на пассажирское сиденье, Шарбу Амайя не увидела. Отступив назад, она вернулась в номер. Ей нужно было позавтракать.

* * *

«“WWLАМ” ведет прямую трансляцию для Нового Орлеана. Предупреждение об урагане распространяется от Морган-Сити до границы с Алабамой и Флоридой…»

Новости национальной метеорологической службы гремели из старого транзисторного радиоприемника Томпсона, который владелицы «Дофина» вытащили из тяжелого сундука, следуя советам спасательной службы о том, как подготовиться к урагану. Радиоприемник поместили под экраном телевизора с видеозаписью урагана, проходящего над Мексиканским заливом, которая, как подозревала Амайе, представляла собой одни и те же повторяющиеся кадры. Сестры предусмотрительно убавили громкость у телевизора и прислушивались к новостям, передаваемым по радио.

Когда Амайя пересекала патио отеля, направляясь к павильону, где подавали завтрак, мягкие порывы теплого ветра, похожие на чье-то дыхание, взъерошили ей волосы. Наклонившись вперед, она перехватила волосы резинкой, которую носила на запястье. И тут заметила, что возле двери павильона за ней с улыбкой наблюдает Билл Шарбу. Он помогал одной из сестер-хозяек «Дофина» дотащить мешок с землей к уже сложенной куче.

— Доброе утро, заместитель инспектора.

— Доброе утро, детектив. Что вы здесь делаете? — спросила Амайя, невольно бросив взгляд в сторону улицы. Значит, Дюпри отправился с одним Буллом… Ей было интересно, знает ли об этом Шарбу.

— Я надеялся, что мы с вами позавтракаем вместе. — Шарбу обворожительно улыбнулся, и Амайя в очередной раз убедилась в том, что он определенно запал на нее.

Она перешагнула через мешки и кивнула, не обращая внимания на улыбку хозяйки отеля. Не спеша налила себе кофе, положила на тарелку омлет и нарочно задержалась у тостера в надежде, что появятся Джонсон или Дюпри. Когда ждать больше не имело смысла, она махнула рукой и направилась к столу.

— Ваш напарник к нам не присоединится?

— Он в машине, разговаривает по телефону с семьей. Он очень любит своих детей.

Амайя отметила, что Шарбу явно верит в то, что говорит.

— Еще бы.

— И жену… — добавил Шарбу с улыбкой.

Она не ответила.

— Иногда я думаю, что это не так уж плохо, — задумчиво произнес полицейский.

Саласар откусила кусок тоста и принялась старательно его жевать, решив не поддерживать разговор.

— Быть женатым, я имею в виду. Знаете, когда всегда есть кто-то, с кем можно поговорить…

Шарбу неопределенно кивнул: это движение можно было истолковать двояко. Такова была его стратегия. У Амайи не было подобного опыта, но она слышала о мужчинах, которые, едва оказавшись рядом с женщиной, принимаются рассуждать о браке. В женитьбе они заинтересованы не более, чем в удалении всех зубов разом, хотя изначальный намек на брак заставляет женщин предположить, что им надоело порхать от цветка к цветку, и это помогает им выглядеть не такими, каковы они