Холодный гранит - Стюарт Макбрайд

— И чья она на этот раз?

— Энди Томпсона, из бухгалтерии.

Логан покачал головой:

— Ух ты. Это слишком круто.

Большой Гари удивленно вскинул брови:

— Ты так думаешь? И мне всегда хотелось с ней позабавиться.

Начинавший лысеть мужчина с густыми усами выглянул из-за зеркальной перегородки, которая отделяла зону приема посетителей от небольшой комнатки для персонала, и внимательно посмотрел на Логана.

— Сержант, — сказал не очень приветливо Эрик, или просто Эрик Шоу, который был второй половинкой Большого Гари, — зайди сюда на минуту, пожалуйста.

Заинтригованный Логан пошел за ним в комнатку, отгороженную зеркальным стеклом. Она служила складом для ящиков с файлами, компьютеров и картонных коробок с разным барахлом, которые были составлены вдоль стен; остальное пространство занимал громадный деревянный офисный стол для переговоров, заставленный поддонами для бумаги и заваленный папками. У Логана появилось чувство, что должно случиться что-то неприятное.

— В чем дело, Эрик? — спросил он, устраиваясь, как инспектор Инш, на краю стола.

— Данкан Николсон, — сказал дежурный сержант, сложив руки на груди. — Вот в чем дело.

Логан непонимающе пожал плечами, и Эрик с шумным вздохом произнес:

— Ты сказал, чтобы два полисмена доставили его на допрос?..

Логан покачал головой.

— Это он нашел мертвого ребенка около реки!

— А… этот!

— Да, этот. Он сидит в «обезьяннике» с утра понедельника. — Эрик взглянул на часы. — Сорок три часа! Или предъявляй ему обвинение, или выпускай!

Логан закрыл глаза и тихо выругался. Об этом задержанном он совсем забыл.

— Сорок три часа? — повторил он. И прибавил: — Мы имеем право только на шесть!

— Сорок три часа.

Эрик снова скрестил руки на груди и дал Логану время покипеть на медленном огне. День начинался с большой проблемы.

— Я выпустил его в понедельник вечером, — наконец сказал Эрик, когда решил, что Логан уже достаточно настрадался. — Мы и не могли держать его дольше. Мы и так его передержали дольше, чем было нужно.

— В понедельник? — переспросил Логан. — Это было два дня назад!.. А что же вы мне не позвонили?

— Мы звонили! Раз десять. Это ты телефон отключил. И прошлой ночью еще раз звонили. Уж если ты людей сюда тягаешь, так ты с ними и занимайся. И нечего оставлять их здесь, чтобы мы за тебя все расхлебывали. Мы не твои папа с мамой!

Логан мысленно выругался еще раз. Он выключил мобильник, когда присутствовал на вскрытии маленькой девочки.

— Прости, Эрик, — сказал он вслух.

Дежурный сержант кивнул:

— Ладно, хорошо. Я проследил, чтобы в дежурной книге не было ненужных записей. И если кто спросит — ничего не случилось. Его сюда вызвали, немного продержали и отпустили. Только не делай так больше, хорошо?

— Спасибо, Эрик, — сказал Логан.

И зашагал по коридору в кабинет, который вчера экспроприировал, по пути взял стаканчик кофе. Здание начинало оживать, первыми запели птицы. Логан закрыл за собой дверь, уселся в кресло за рабочим столом и окинул взглядом прикрепленную к стене карту.

Данкан Николсон. Совсем забыл, что оставил его в камере, подумал Логан. Он начал медленно склоняться, пока лоб не коснулся стопки отчетов.

— Черт, — пробормотал он в пачку бумаги. — Черт, черт, черт…

В дверь постучали, и он резко поднял голову. Отчет, лежавший сверху, упал на пол. Логан наклонился, чтобы поднять его, в этот момент открылась дверь и в комнату заглянула констебль Ватсон.

— Доброе утро, сэр, — сказала она, потом увидела его лицо. — С вами все в порядке?

Логан выдавил улыбку и выпрямился.

— Лучше не бывает, — соврал он. — Что-то вы рано сегодня.

Джеки Ватсон кивнула:

— Мне в суд сегодня утром: вчера днем схватили одного козла, забавлялся со своей штукой в женской раздевалке в бассейне, в Хейзлхеде.

— Отличное развлечение.

— Вот если бы он дождался мою мамашу, — сказала констебль Ватсон с улыбкой, и Логан почувствовал себя немного лучше. — Ладно, — прибавила она, — мне надо бежать, ведь он еще должен дать показания по делу Джеральда Кливера, а я не должна выпуска его из поля зрения. Да, я еще хотела сказать, что мы все просто офигели, когда вы нашли этого ребенка.

Логан улыбнулся:

— Это наша общая заслуга.

— Да черта с два… Кстати, мы сегодня опять собираемся, не большая гулянка, как прошлый раз, так, немного выпить. Хотите к нам присоединиться?

Логан не мог придумать, чего бы он желал больше.

Направляясь по коридору в комнату для оперативных совещаний, он чувствовал себя гораздо лучше. Констебль Джеки Ватсон хочет встретиться с ним сегодня вечером. Нет, не так: она хочет, чтобы он присоединился к ней и ее коллегам, чтобы слегка выпить сегодня вечером после работы. Что было одно и то же. Ну почти одно и то же… Они же еще не говорили о том, что было между ними той ночью.

И она все так же называет его «сэр».

А он называет ее «констебль». Не самое романтическое обращение к женщине.

Как только он открыл дверь, раздались дружные аплодисменты. Логан прошел к своему месту в первом ряду, сел на стул, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— О'кей, о'кей, — сказал инспектор Инш и вытянул руку вверх, призывая к молчанию.

Аплодисменты постепенно смолкли.

— Леди и джентльмены, — продолжил он в наступившей тишине. — Вы все знаете, что прошлой ночью сержант Логан Макрай вернул Ричарда Эрскина матери, после того как нашел ребенка в доме бабушки. — Он остановился и широко улыбнулся Логану: — Давайте встаньте!

Покраснев еще сильнее, Логан поднялся, и овации возобновились.

— Именно так, — произнес инспектор Инш, указывая пальцем на смущенного сержанта, — выглядит настоящий полицейский. — Пока он снова призывал всех к молчанию, Логан быстро сел на свое место, испытывая волнение, радость и ужас одновременно. — Мы нашли Ричарда Эрскина. — Инш взял со стола коричневую папку и вынул из нее фотографию рыжего парнишки с веснушками на лице и с улыбкой, в которой не хватало пары зубов. — Но мы все еще не нашли Питера Ламли. Нет особой надежды, что мы найдем его у бабушки: папаша с ребенком не очень цацкался. Но я хочу, чтобы все это проверили.

Инш достал из папки еще одну фотографию, показал всем. Она была не такая яркая, как предыдущая: опухшее лицо в черных синяках, с пятнами плесени на коже, рот перекошен немым криком боли. Фотография со вскрытия Дэвида Рида.

— Именно так может кончить Питер Ламли, — сказал Инш, не опуская снимок, — если мы не найдем его в самое ближайшее время. Я хочу расширить район поисков. Три группы: поле для гольфа в Хейзлхеде, конюшни, парк. Каждый куст, каждый бункер,[5]каждая куча навоза… Осмотреть самым тщательным образом! — прибавил он. И начал называть фамилии.