Рекрут - Владимир Престолов

Лом весьма удивился звонку Михи.

— Алло, — раздался суровый голос Лома.

— Ты, Лом? — как ни в чем не бывало спросил Петухов.

— Я… — ответил приятель, и на некоторое время в трубке воцарилась тишина, — а это ты, Миха?

— Он самый…

Голос Лома сразу повеселел, Петухову даже показалось, что его звонку рады.

— Куда ты пропал, Миха?

— А ты не догадываешься? — сухо ответил вопросом на вопрос Петухов.

Опять воцарилось недолгое молчание.

— В общих чертах, — сказал Лом и тихо воскликнул. — Ну ты и задвинул фишку, приятель!

Петухов усмехнулся, чувствуя фальшь.

— Это я задвинул? — съязвил он.

— А то кто же? — удивился кореш.

Миха не стал долго выяснять подробности по телефону, боясь, что он прослушивается.

— Ладно, зайди через часок, — предложил Миха приятелю, — разберемся, что у нас за фишки на кону.

— Не понял! — насторожился Лом.

— Я тоже многого не пойму, — ответил Миха, — вот на месте и разберемся.

— Ты, видно, совсем рехнулся… — тяжело вздохнул на другом конце провода Лом.

— Только без фокусов, — предупредил Миха и положил трубку.

И тут в дверь позвонили…

Глава 4

Миха на мгновение замер. Затем пошарил в боковом правом кармане брюк, чтобы убедиться, что выкидная финка лежит на месте, прикрыл газеткой лежащей на тумбе железный прут с острым наконечником и только тогда, не спеша, пошел открывать дверь.

— Кто там? — спросил Миха.

— Свои… — раздалось в ответ.

Миха, засунув одну руку в правый карман и нащупав финку, свободной рукой открыл дверь…

Лицо Петухова перекосило от удивления. Он ждал Лома, но вместо него на пороге стоял высокий молодой мужчина лет тридцати с красивым волевым лицом, проницательными серо-голубыми глазами, короткие светло-русые волосы были зачесаны назад.

Миха с нескрываемым удивлением оглядел его спортивную крепкую фигуру в кожаной куртке, и волна нехорошего предчувствия прокатилась по его тощему телу.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался незнакомец.

— Добрый… — неуверенно пробубнил Миха и, покрепче сжав в ладони финку, бросил подозрительный взгляд за спину молодого мужчины в надежде увидеть Лома или еще кого-нибудь. — Вам чего?

— Петухов Михаил здесь проживает? — поинтересовался гость, пристально рассматривая щуплого перепуганного мужичка с пропитой рожей.

— А зачем он тебе? — спросил хозяин.

Незнакомец слегка усмехнулся и добродушно прищелкнул языком и широко улыбнулся.

— Ну, это уж я ему скажу.

— А ты мне скажи, — оправившись от первого испуга, заявил мужичок, — я ему передам.

Гость потер мочку уха и покачал головой.

— Передашь?

— Передам.

Вадим сразу понял, что перед ним стоит тот, кто ему нужен, то есть Петухов собственной персоной, но решил, до поры до времени подыгрывать слесарю-водопроводчику.

— Видите ли, — как бы извиняясь, произнес Вихрев, — мне посоветовали его как отличного специалиста по сантехнике.

— А кто посоветовал? — подозрительно поинтересовался водопроводчик, по-прежнему находясь в состоянии полной боеготовности.

— В домоуправлении, диспетчер…

— А-а, — свободнее вздохнул Петухов, поняв, что наклевывается халтура, но тут же спохватился.

— Я сегодня не смогу.

Вадим не стал долго уговаривать хозяина, а достал из портмоне долларовую купюру и помял ее в пальцах.

— Очень нужно.

При виде твердой конвертируемой валюты глаза водопроводчика откровенно загорелись.

— Ну, не знаю, — замялся он, — ну, может, через часок забегу к вам, посмотрю…

— Согласен.

— Адрес какой?

Вадим спрятал деньги обратно в портмоне…

— Переулок Багратиона…

— Так, — кивнул Миха.

— Дом шесть… квартира двадцать два, — продолжил Вихрев, пристально следя за реакцией Петухова, который самодовольно кивал головой в знак согласия.

— Хорошо, квартира двадцать два, — повторил хозяин и вдруг испуганно поднял голову, бешено вытаращив мутные глаза на незнакомца, словно увидел перед собой гадюку, на которую чуть было не наступил. — Двадцать два? — по слогам переспросил побледневший мужичок и сделал шаг назад.

Вадим спокойно кивнул головой:

— Да, на четвертом этаже.

Петухов не сразу совладал со своими чувствами:

— Нет, нет!..

— Что нет? — сделав вид, что не понял отказа, переспросил Вадим.

— Не могу вообще-то…

Незнакомец недовольно фыркнул.

— Цена не устраивает? — строго и жестко поинтересовался Вихрев. — Так мы поднимем ставку.

— Нет, нет, — замахал руками Петухов, — времени нет и, вообще, я не по этой части.

Петухов вдруг рванулся к двери и попытался захлопнуть ее перед носом незнакомца, но тот оказался сильнее.

— Нехорошо, гражданин Петухов, — сурово произнес Вадим, заходя в квартиру.

— Что нехорошо? — отступая вглубь комнаты, спросил хозяин.

— Ну, как же, — невинно пояснил незнакомец, — взялся за починку и не доделал работу.

— Я ни за что не брался!

— Как? — простодушно удивился незнакомец и даже сделал виноватое лицо. — Так это не вы пятого числа занимались ремонтом в ванной у гражданки Лефтовой?

Петухов побледнел еще больше, его испуганная физиономия стала похожа на белое пятно. Казалось, в лице не осталось ни единой кровинки.

— Нет, не был…

— Странно…

Вадим прикрыл дверь и уселся на тумбу с газеткой, но, ощутив что-то твердое, встал и, сняв газету, увидел железный прут с обмотанным тряпкой концом вместо ручки. Вихрев взял смертоносное холодное оружие и, взвесив его в руке, аккуратно положил на прежнее место.

— Ждешь кого?

Петухов потерял дар речи и только отрицательно покачал взъерошенной головой.

— А зря! — сочувственно посетовал странный незнакомец и прошелся по комнате.

Петухов вжался в угол, не вынимая из кармана руки и лихорадочно соображая, что это за хрен, который, кажется, что-то знает, но не договаривает до конца: может, это дружок Косого или Лома, а может, милиционер.

— Так, говоришь, не был? — весело произнес Вихрев.

— Нет.

— А кто же тебя подставил?

Миха не знал, что и говорить, незнакомец бил прямо в точку с первого попадания, и у Петухова исчезли сразу все опасения: это человек его дружков, которые хотят проверить его на вшивость, выдаст он их ментам или нет.

Однако водопроводчик решил стоять на своем до конца. Он представил себе такую картину: как только он «расколется» и сдаст корешей, тут же откроется входная дверь, ввалятся Косой и Лом и один из них с ухмылочкой скажет: «Я же говорил, что сдаст, падла!»

— Ничего не знаю! — повторял дрожащими губами Миха, готовый защищаться до последнего дыхания.

— А накладная?

Миха был на таком взводе, что уже почти ничего не соображал, стараясь только все отрицать.

— Какая накладная? Ничего не знаю, ничего не видел…

Вихрев смотрел на этого жалкого алкоголика и понимал, что сейчас от Михи ничего не добьешься…

— Ладно, — примирительно сказал незнакомец и снова взял железный прут в руку. Играя с ним, он направился