Высшая мера - Виктор Пронин

И снова неожиданно резко тишину квартиры разорвал телефонный звонок.

- Слушаю вас, - проговорил Юферев, опускаясь в тесноватое затертое кресло.

- Все сидишь.

- Сижу.

- Ищешь?

- Ищу.

- Нашел?

- Нашел.

- Будешь брать?

- Обязательно. Ты мне вот что скажи, отморозок отмороженный… Ты бабу трахнул перед тем, как зарезать?

- А тебе-то что? Завидно?

- Нет, так не пойдет, - сказал Юферев голосом, которым обычно говорил в своем кабинете, каким обычно задавал вопросы, чтобы записать ответ в протокол. - Я спросил, а ты отвечай, уж если позвонил, если пообщаться захотелось. Спрашиваю не потому, что не знаю. А потому, что хочу услышать это от тебя.

- Ну трахнул! Тебе-то что до этого?! - вдруг сорвался на крик незнакомец.

- Именно это я и хотел услышать.

- Зачем?!

- Чтобы знать, с кем имею дело.

- И с кем же ты имеешь дело?

- С полным дерьмом. Ну просто с окончательным.

- Ох, доберусь я до тебя, капитан!

- До скорой встречи! - Юферев положил трубку, когда из нее уже неслись короткие гудки. Видимо, убийца решил, что и так достаточно долго разговаривает, и, чтобы не рисковать, прекратил разговор. - Ох, доберусь я до тебя, ох, встретимся, - бормотал Юферев, спускаясь по лестнице к машине. - Чует мое сердце, недолго тебе еще гулять, недолго куражиться. Уголовный кодекс - ладно, можешь им пренебречь. Но есть другие законы, миленький ты мой, они есть, хотя вряд ли ты знаешь о них что-нибудь… И действуют.

Наутро Юферев сидел в полуподвале школы и разговаривал с начальником курсов автолюбителей полковником Машуковым. Ладонь у Машукова была длинная, сухая, сильная.

- Садитесь, - он показал на стул.

- Спасибо.

- Слушаю, капитан, - сказал Машуков, бегло взглянув на удостоверение следователя.

Юферев вынул из блокнота квитанцию, расправил и молча положил на стол перед полковником. Тот взял ее, внимательно вчитался, всмотрелся в печать, подписи и наконец поднял глаза.

- Ваша бумажка? - спросил Юферев.

- Наша.

- Меня интересует человек, который получил эту квитанцию после уплаты за учебу на ваших курсах.

- Вы имеете в виду Наташу Максимову?

- Да.

- Я смотрю телевизор, капитан… Это она убита?

- Она.

- Я ее помню… Не очень хорошо, но помню. Яркая девушка.

- Не такая уж она и девушка… - проговорил Юферев. - К тридцати шло.

- Неважно. Она вела себя как девушка. И это ей удавалось. Если вам нужны мои воспоминания о ней…

- Мне нужен список группы, в которой она училась.

- Это можно. - Полковник обладал удивительной способностью сразу схватывать суть дела, не произносить лишних слов, не задавать пустых вопросов. Взглянув еще раз на квитанцию, полковник уточнил дату и, подойдя к открытому фанерному шкафу, взял с полки тоненькую папочку и положил перед Юферевым. - Здесь список группы, заявления, адреса, телефоны.

- Потрясающе! - вырвалось у Юферева.

- Что именно вас потрясло, капитан?

- Вот эта ваша папочка. Все просто, разумно, дельно.

- А, - усмехнулся Машуков, показав прокуренные зубы. - Штабной опыт. В военкомате служил.

- А если я возьму ее на время?

- С возвратом, - твердо сказал Машуков.

- Конечно.

- Пишите расписку.

- Разумно, - усмехнулся Юферев. - Максимова с кем-нибудь из группы подружилась во время занятий?

- Не исключено. Учеба продолжается несколько месяцев. Лекции, практические занятия, сдача экзаменов… Все это сближает. Некоторые остаются друзьями надолго.

- Меня интересует, с кем именно она сблизилась.

- В группе было несколько женщин… Три-четыре, что-то около этого. Они получили права совсем недавно, я их помню. Женщины держались вместе. Так всегда бывает. Мужчины Максимову не интересовали. Она была из другого племени. Наши мужички попроще. Или совсем пацанье. Начните с женщин, быстрее кого-нибудь нащупаете.

- Спасибо. - Юферев поднялся.

- На преступников не вышли?

- Если бы вышли, я бы к вам не пришел.

- Тоже верно, - согласился полковник.

- Когда выйдем, в тот же вечер узнаете.

- Да, телевидение нынче бойкое.

- Торгашеское, - уточнил Юферев.

- Работать не мешает?

- Пытается, - усмехнулся Юферев.

- Желаю удачи. - Полковник протянул сухую, сильную ладонь.

Нашел все-таки Юферев подружку Максимовой, нашел. Уже третий звонок, который он сделал в тот же вечер, оказался последним. Трубку подняла Надя Серкова.

- Здравствуйте, - как можно доброжелательнее произнес Юферев.

- Привет, - сдержанно ответила женщина.

- Гражданка Серкова?

- Она самая.

В ответе Юферев явственно почувствовал снисходительную улыбку. Он понял, что там, на том конце провода, уже догадались, кто он есть и что ему угодно. Но он и не собирался этого скрывать.

- Моя фамилия Юферев. Александр Леонидович. Служу я…

- Догадываюсь, где вы служите, гражданин Юферев.

- Повидаться бы, - вздохнул Юферев.

- Прямо сейчас?

- А почему бы и нет? Погода хорошая. В любом случае поговорить лучше где-нибудь на воздухе, за столиком с мороженым… Лучше, чем в наших душных помещениях, пропитавшихся человеческими преступлениями. Как вы думаете?

- Тоже верно, - вздохнула женщина. - Тоже верно, - повторила она, и Юферев понял - соглашается.

- Недалеко от вашего дома есть кафе-мороженое… Там столики, фонарики…

- Хорошо, - решительно сказала женщина. - Только сразу предупреждаю - пользы от нашего разговора не будет.

- Согласен, - быстро ответил Юферев. - Вы меня легко узнаете… Сам я неказистый, но на мне будет хороший серый костюм и красноватый галстук. Говорят, что этот костюм меня красит.

- Я буду через час, Александр Леонидович. Вас это устроит?

- Вполне.

Серкова больше ничего не добавила, просто положила трубку, не произнеся прощальных слов.

Как ни странно, ему даже понравилось, что Серкова согласилась прийти через час, а не раньше. Дело в том, что кафе, где должна была состояться их встреча, находилось чуть ли не через дорогу от ее дома - при желании она могла прийти туда через пять минут. Но если назначила встречу через час, значит, будет готовиться, может быть, причешется, губки подкрасит, сережки наденет. В таком случае разговор может затянуться - не станет же она собираться час, чтобы поговорить пять минут.