Компания чужаков - Роберт Уилсон

— Значит, она не работала на американцев?

— На разведку? В Управлении стратегических служб? Замечательные у американцев эвфемизмы. Нет, думаю, нет, хотя к единому мнению мы не пришли. Мне кажется, американцы пытались заставить Джуди Лаверн добыть для них какую-то информацию, но она была предана Лазарду и к тому же увлеклась Уилширом, так что с ними сотрудничать не пожелала. И мы до сих пор не знаем, что им требовалось от Лазарда. Эти янки помешаны на секретности, даже теперь, после вторжения в Нормандию, хотя, казалось бы, во имя всего святого… — Усилием воли Сазерленд сдержался, ущипнул себя за переносицу и, собрав усталость в щепоть, стряхнул ее на пол.

— Точно известно, что она погибла в автомобиле? — спросила Анна. — А то говорят и про депортацию…

— Служба государственной безопасности отказала ей в продлении визы, это правда. Ей оставалось три дня до отъезда, это тоже достоверно. Но она погибла в автомобиле, который слетел с обрыва поблизости от поворота на Азойю…

— Но почему ее решили выслать из страны?

— Не знаю, и американцы тоже не знали. Мы думали, это они подстроили депортацию, решили выдернуть Джуди отсюда, раз она не согласилась играть в их игры, но американцы отрицали все наотрез. Говорили, для них это такая же неожиданность, как для самой Джуди.

— Итальянская графиня сказала, что депортацию подстроила Мафалда.

— Не все следует принимать на веру, — возразил Сазерленд. — Бичем Лазард дружен с директором тайной полиции, капитаном Лоуренсу. Он бы выяснил, будь это так.

— Вы думаете, Лазард подозревал, что американская разведка вербует Джуди Лаверн?

— Вероятно.

— И, может быть, его подозрения заходили еще дальше?

— Если бы он решил, что она продала его разведке, он бы не ограничился депортацией.

— Вы хотите сказать, он бы ее убил? — прошептала Анна. — Что ж, она мертва.

— Она погибла в аварии.

— Вы уверены?

— Тайная полиция явилась на место аварии незамедлительно, прочесала все вокруг, за считаные часы провела расследование — тут не любят подозрительных смертей среди иностранцев — и направила рапорт в американское посольство. Американцы остались удовлетворены. Во всяком случае, никаких претензий не предъявляли. Еще чаю?

Она допила последний глоток. Сазерленд подлил чаю в ее чашку. Отлегло, она снова могла дышать.

— Значит, вы думаете, я вне опасности?

— Во всяком случае, до тех пор, пока сохраняется ваше прикрытие, — обнадежил ее Сазерленд. — Мы же не сами внедрили вас в эту компанию, мы воспользовались тем, что Уилшир предложил Кардью комнату для его новой секретарши. Легенда у вас основательная, секретарша Кардью и впрямь беременна и так далее. Вот сами скажите… чего вы, собственно говоря, боитесь?

— Я боюсь, что Джуди Лаверн работала на американскую разведку. Она провалилась, и Лазард или Уилшир — или они вместе — убили ее.

— Полагаете, Уилшир смог бы ее убить? — тихо спросил Сазерленд, внезапно заинтересовавшись той трещиной, что шла вдоль стены и множеством рукавов расползалась по потолку. — Вы же говорите, он ее любил. И наши агенты, видевшие их вместе в Лиссабоне, подтверждают…

Что могут подтвердить агенты, наблюдавшие со стороны, подумала Анна. И так импонировавшие ей слова Фосса вдруг стали отравой, она усомнилась в его отношении к ней.

— Что бы вы почувствовали, — медленно заговорила она, — если б оказалось, что женщина, которую вы любили, — шпионка, что она шпионит за вами? Вы бы решили, что ее любовь — лишь прикрытие, подделка, не так ли? Что она злоупотребила вашим чувством, предала доверие. Разве такое можно простить?

— Да, если бы она была агентом. Но Джуди не служила…

— Вы спросили, чего я боюсь.

— А я вам говорю, что подобные опасения безосновательны, и, даже если б она была агентом, я уверен, у Патрика не поднялась бы рука… Лазард другое дело…

— Вот теперь я совершенно спокойна.

Сазерленд заерзал в кресле. Этот разговор только мешал задуманной им разведывательной операции.

— Хватит переживать из-за Джуди Лаверн, — приказал он. — Никакого отношения к вам она не имеет.

— Не из-за нее ли Уилшир предложил мне жилье? — напомнила Анна.

— Мы рассматривали другую гипотезу: Уилшир хотел поселить англичанку у себя дома, чтобы через нее снабжать нас информацией — или дезинформацией. Но мы пришли к выводу, что у него нет причин затевать столь сложную игру, и зачем бы ему понадобилось так рисковать?

— Кардью говорил, что Уилшир — игрок.

— Верно, — кивнул Сазерленд, вертя в пальцах жетон, попавший к нему через посредство тайника для писем. — Что это такое?

— Один из множества жетонов, которые Лазард передал Уилширу в казино.

— На мой взгляд, ключевая фигура не игрок, а тот человек, который сидит за столиком для баккара и забирает выигрыш. Он-то играет наверняка.

Анна покраснела: надо же оказаться такой дурой! Позволила сбить себя с толку. Нужно было полностью сосредоточиться и обрабатывать информацию, а она отвлеклась на эмоциональную чепуху — так назовет это Сазерленд. Причем «эмоциональная чепуха» не сводится к переживаниям из-за Джуди Лаверн.

— Еще один вопрос… Тот человек, который помог вам доставить Уилшира домой, — напомнил Сазерленд. — Вы не назвали…

— Он не представился.

— Но ведь очевидно, что этот человек следил за вами.

— Это был не Джим Уоллис.

— Да, конечно, я поручил ему присмотреть за вами, но не приближаться вплотную. Если бы он отволок Уилшира в дом, это было бы, так сказать…

— Вероятно, таинственный незнакомец.

— Все у нас таинственные, — проворчал Сазерленд.

— За исключением Бичема Лазарда.

— Да, он, кажется, довольно прост. Его интересуют деньги, и только. Хотя… его отношения с Мэри Каплз несколько удивили меня.

— Вероятно, у супругов Каплз дела обстоят совсем скверно.

— Тут имеется загвоздка. Вы сказали, Каплз работал на «Озалид»?

— Так он сказал мне.

— Мы только что обсуждали американский филиал концерна «И. Г.», — напомнил Сазерленд. — В числе прочих компаний им принадлежат «Дженерал анилин энд филм», «Агфа», «Анско» и… «Озалид». «ГАФ» поставляла хаки и красители для военной формы, что обеспечило им доступ на все военные базы Соединенных Штатов. Все съемки военных учений проявлялись в лабораториях «Агфа» и «Анско», а все чертежи военных объектов печатались на множительной технике «Озалид».

— И вся информация прямиком поступала в Берлин?

— Фе-но-менальное нарушение элементарных правил безопасности, — отчеканил Сазерленд. — Но после Перл-Харбора этому положили конец. «Очистили источники», как они говорят.