Иллюзия смерти - Сергей Майоров

— Каком спортзале?..

Тварь!.. Меня тошнило уже не только от здешних запахов.

— Ты хоть знаешь, что вместо тебя казнили человека? По приговору суда поставили к стенке, убили ни в чем не повинного цыгана. Ты знаешь?.. Его звали Харман!

Он молчал долго. Что-то обдумывал. Уж не сценарий ли спектакля, который мог бы отвести от него беду?

— Делай то, зачем пришел.

Наверное, он не смог ничего придумать. Когда бывший тракторист выдавил это из себя, на меня словно кто-то дунул из выгребной ямы. Поморщившись от вони, я не сводил с него глаз.

— Наконец-то появилась возможность миновать ад, — хрипел он. — Я ждал… я все эти годы молил, чтобы кто-то из родителей этих щенков пришел и пролил мою кровь. Но они тупы до безобразия. Даже не ищут!.. Моя смерть от твоего ножа — искупление.

— Ответь мне только на один вопрос, — попросил я.

— Ну?.. — простонал он, и лучше бы я не спрашивал, потому что дышать было уже невозможно.

Кажется, во время разговора этот тип умудрился еще и сходить под себя.

— Зачем?

Некоторое время он лежал молча, а потом вдруг улыбнулся, как тогда, в кабине «К-700».

— Я цыган ненавижу.

— Ты не цыган ненавидишь! Ты просто больной сукин сын. Твоя история о похищенной сестре — ложь.

Он снова улыбнулся, демонстрируя неровный ряд зубов.

Надо же. Одного-двух всего-то и не хватает. Почти все сохранил. А у меня на пятнадцати протезы.

— Ну, скорей же! — издевательски заторопил он меня. — Сюда редко заходят. Сделаешь дело и уходи спокойно.

Я покачал головой.

— Как же ты жалок. С этим резиновым шлангом, торчащим из члена. Без ног, без будущего. С одним лишь прошлым. В очках — подзорных трубах, по локоть в крови, доживая свой век здесь, в зловонии. Как же ты жалок! — Я поднес лезвие к его левому уху. — Ты настолько мерзок, что мне хочется перерезать твое горло и сидеть здесь до тех пор, пока из тебя не выйдет последняя капля грязной крови.

— Давай. — Он посмотрел вверх и приготовился.

— Жалеть умеют все. — Я говорил и не узнавал свой голос. — Но я этому не обучен, тварь, вот в чем твоя проблема.

— Хватит болтать. Делай!..

— Искупления захотел? — Я покачал головой. — Боишься, что скоро прилетят мириады маленьких ужасных существ, подхватят тебя под руки и унесут туда, где ты не хотел бы оказаться? А смерть грешника от руки его несостоявшейся жертвы резко повышает шансы на полное прощение. — Я убрал нож от его уха, а из кармана пальто вынул яблоко. — Но тебе не повезло. Твой посетитель — милосердный человек.

Одним движением я рассек яблоко и положил половинки на грязную тумбочку.

— Тебе нужны витамины. Я попрошу сестру принести тебе второе одеяло.

Я поднялся и направился к выходу.

— Вернись! Иди назад, щенок!.. — прохрипел он в изнеможении.

Даже сейчас этот тракторист видел во мне того мальчишку, которого можно было без особых хлопот вздернуть на куске колючей проволоки.

Я вышел в коридор.

— Я специально убил твою мать! И тебя хотел, да мимо вышло! — спиной слышал я голос, дребезжащий, словно исходящий из треснувшего фагота.

Я прижался плечом к стене и закрыл глаза.

— Вернись и сделай то, что должен!

Он лгал. Ему нужно было сделать меня своим убийцей, раз уж в свое время не вышло наоборот. Он желает получить очищение, обвести меня вокруг пальца. Теперь я знаю, что это такое.

Я спустился по лестнице, вышел на улицу и стал жадно хватать ртом свежий воздух.

Уже сидя за рулем, я уронил голову на руль и разрыдался.

Я был пустой как ведро, водой из которого залили костер. Мне оставалось только дождаться, когда пустота заполнится той же водой, но уже чистой. Без осадка страха, боли и сомнений.

Выехав за пределы большого города, я остановился. Мою широкую дорогу, освещенную луной и фарами, пересекала другая, точно такая же. Темная жирная полоса перечеркивала мой путь. Машина, мягко урча двигателем, ждала моего решения.

Докурив сигарету, я выбросил ее в окно, включил передачу, сдвинулся с места и помчался. В открытое окно врывался ветер, наполненный ароматом застоявшихся лугов. Я дышал осенью и никак не мог ею насладиться. Мне было хорошо.

Пусть так будет и дальше.