Золотой грех - Кирилл Казанцев

— Нет, в сейфе она лежала, — задумчиво ответил Давыдов. — Это что же, прав он был? Тогда получается, что кто-то надеется, что я брошу район, перенесу прииск на другое место, а он потом предъявит документы и начнет разрабатывать то, что я бросил. Вообще-то я не совсем вам точно сказал, дела на приисках идут не так уж и хорошо. Истощается поле. Двух участков еще лет на десять хватит, но содержание постепенно падает, себестоимость увеличивается. А вот на третьем совсем плохо, там у меня шахтная разработка ведется.

— Понятно, Борис Михайлович. Все это еще проверять надо, доказывать. Думаю, что материалы, которые вам этот геолог дал, у него не в единственном варианте. Есть же черновики, какие-то записи предварительные. Восстановит. А вот скажите мне, кто знал, что он вам эти материалы передал? Ведь если охотились за этой папкой, то кто-то еще знал о ее существовании. Кто был рядом с вами, когда он передавал папку?

— Господи, да никого не было! — махнул рукой Давыдов. — В том-то и дело. Мы стояли с Курносовым, уже готовились в зону посадки проходить. Нет, никого не было. Жорка, водитель мой, он улетел в предыдущий день. Этот, помощник по безопасности Курносова, уже ушел. Нет, никого не было.

— А Курносова вы не считаете? Он не человек? Я так понимаю, что вы имеете в виду президента «СибирьНедраБанка» Олега Михайловича Курносова?

— Вы соображаете? — ехидно усмехнулся Давыдов. — Курносов банкир, он не геолог. Он в этом ничего не понимает.

— Но у вас с ним дела.

— Конечно. У нас давние партнерские отношения. У меня все счета открыты в его филиалах. Ну не все, а большинство. Я постоянно кредитуюсь у него. Если вам непонятно, то поясню, что выдергивать деньги из оборота очень неудобно, и это наносит большой вред производству, планам. Производственный цикл — это производственный цикл. А вот когда нужно менять оборудование, приобретать новое, тогда просто удобнее делать это в лизинг или через кредиты в банке. И тут он мой постоянный партнер.

— И он кредитует вас, не зная вашей специфики?

— А зачем ему знать. Он ведь дает деньги, исходя из стоимости и ликвидности моих основных средств, а также из показателей добычи по предыдущим периодам. Это кредитная практика. Он так работает со многими добывающими предприятиями по всей Восточной Сибири.

— Ладно, я вас понял, Борис Михайлович. Тогда назовите этого вашего геолога, который передал вам папку. Мы его найдем и постараемся разобраться.

— Знаете, ребята, давайте я сначала сам с ним разберусь. А то вы полезете воду мутить. Я-то знаю, кто в этой области чего стоит. Кто будет мне врать, а кто не будет. Такое вранье кое-кому может дорого обойтись!

— Борис Михайлович…

— Я сказал, что сам разберусь!

Геннадия Васильевича Рублева в аэропорту Улан-Удэ встретила машина. Молчаливый водитель взял дорожную сумку гостя, положил в багажник «Ауди» и выехал с парковки.

— Где состоится встреча? — спросил Рублев.

— В гостинице, — коротко ответил водитель.

За окном мелькали дома старого низкого города. Домов выше шести этажей почти не было. Потом машина выскочила на проспект Смолина и понеслась мимо новеньких высоток. С тех пор, когда Рублев был в Улан-Удэ в последний раз, город сильно осовременился. И особенно это повлияло на архитектуру. В столице Бурятии, как и по всей России, росли торговые и торгово-развлекательные комплексы, офисные центры и высотки представительств мощных компаний. Еще несколько минут, и «Ауди» свернула к параллелепипеду гостиницы «Бурятия».

Дверь номера открылась, когда Рублев только еще подходил к нему по ковровой дорожке коридора. Человек с заметным неевропейским разрезом глаз улыбнулся и протянул руку, приглашая войти.

— Здравствуй, Рублев. Сколько лет, сколько зим!

— Здравствуйте, Соколов, — усмехнулся гость.

— Заходи, заходи. Выпьешь чего-нибудь?

— Нет, мне еще работать сегодня, — ответил Рублев, осматривая номер.

В номере был порядок. Собственно, это была отличительная черта человека, которого Геннадий Васильевич знал как Соколова. Он догадывался, что это не настоящая фамилия этого человека, что он не бурят, а скорее всего метис-китаец. Такого же порядка Соколов добивался и в своих делах. За это Рублев его уважал и поэтому сотрудничал с ним уже больше пяти лет. Сначала будучи полковником ФСБ, потом работая в аппарате представителя президента в этом федеральном округе, а потом перейдя на работу к Курносову в качестве руководителя службы экономической безопасности.

Соколов подошел к окну, задернул штору. В номере сразу стало немного темнее и появилось ощущение прохлады. Усевшись в кресло, Соколов закинул ногу на ногу и аккуратно поддернул штанину, чтобы она не мялась. Рублев сел напротив, широко расставив ноги и водрузив свои большие сильные руки на подлокотники.

— Ну, ты привез мне ответ? — спросил Соколов.

— Прока еще нет.

— Почему? — удивленно задрал брови Соколов. — Вам не нравится ваша доля? Или вам не нравится этот регион?

— Дело не в этом, — спокойно возразил Рублев. — Просто мы еще не готовы.

— Не понимаю, — проявил наконец признаки раздражения Соколов, — не понимаю, как это можно! Все готово, есть договоренности, а вы еще не готовы. Раньше вы такие дела делали быстрее, намного быстрее.

— Сейчас торопить события опасно. Есть одна проблемка.

— Так устраните ее! Купите, посадите, утопите. Это человек, организация, что это? Почему нельзя решить быстрее? У меня канал простаивает, я плачу деньги нужным людям, а дело стоит. Я несу убытки.

— Мы все можем понести очень серьезные убытки, вплоть до потери свободы, — так же спокойно ответил Рублев. — Я знаю, что говорю. Пока опасно. Если хотите, мы можем расторгнуть наши отношения. Когда придет время, мы возобновим этот разговор или найдем другой канал.

— Другого канала в этом районе нет, ты это знаешь, Рублев! Я не терплю конкуренции.

— Все может случиться за это время, — лениво ответил Рублев и со скучающим видом посмотрел на свои ногти на правой руке. — Может случиться так, что и у вас здесь канала не будет, а появятся совсем другие люди.

— Что? О чем ты?

— С той стороны тоже есть интерес, и они ищут контактов очень активно. Не жадничайте, Соколов, не жадничайте. Просто нужно потерпеть немного и не пытаться торопить события. Все компенсируется, поверьте мне. Золото пойдет таким потоком, что вы будете не успевать рассчитываться.

— Хорошо. Сколько нужно времени?

— Думаю, что пара месяцев. Но у нас к вам есть одно условие.

— Какое? — хмуро осведомился Соколов.

— Нужны китайские рабочие. Разумеется, с опытом работы в шахтах.

— Сколько?

— На первом этапе человек пятьдесят, а потом, когда проложим первый штрек, с каждым месяцем будем увеличивать количество. В общей сложности к зиме нужно будет около двухсот человек.