Операция "КЛОНдайк" - Неонилла Самухина

– Здравствуй, Оленька, аппетитно выглядишь, – поцеловав Ольгу в ответ, Эдуард Абрамович обнял ее за плечи и, повернувшись к мужчинам, сразу перешел к делу: – Господа, чем могу быть полезным?

Ольга что-то тихо сказала ему на ухо.

Кивнув, Эдуард Абрамович выпустил ее из объятий, приглашая всех к себе в кабинет.

Вымыв руки, он усадил Леонида в стоматологическое кресло и, осмотрев его, поинтересовался:

– Так, ну и что бы вы хотели иметь?

Сергей молча протянул ему фотографию Велло.

– Тэк, тэк, – сказал Эдуард Абрамович, переводя взгляд с фотографии на подбородок Леонида. – Понятненько: чуть повысим прикус… нижнюю челюсть выдвинем немного вперед… тэ-эк… а зубы полностью перекроем. Ну что ж, давайте, сделаем вам слепок, молодой человек.

Он вышел в соседнее помещение и через некоторое время вынес оттуда оттискную ложку – железную штуковину, похожую на совок, с зеленой массой внутри.

– Откройте рот, молодой человек, и пошире, мне это нужно в вас засунуть, – попросил Эдуард Абрамович, в речи которого постоянно проскальзывали какие-то местечковые еврейские интонации.

Леонид послушно распахнул рот. Доктор впихнул ему «совок» внутрь и прижал так, что Леониду показалось, будто зеленая каша тут же расползлась по нёбу, плотно облепляя рот целиком.

У Леонида мгновенно заломило зубы от этой «каши» с привкусом то ли мяты, то ли ментола. Ему даже начало казаться, что он задыхается.

– Все, можете пока закрыть рот, – сказал Эдуард Абрамович. – Теперь посидите так спокойно.

«Изнутри задушат!» – в панике подумал Леонид, сжимая челюсти, и жалобно посмотрел на Ольгу.

– Потерпите, это ненадолго, – успокаивающе улыбнулась она ему. – Вам что, никогда не делали слепков?

Леонид отрицательно поводил глазами.

– Наверняка не делали, у молодого человека замечательные зубы, – ответил за него Эдуард Абрамович, одобрительно глядя на Леонида. – Я не нашел у него ни одного удаления. Видимо, хорошо следит за своим здоровьем, уважаю!

Но Леонид не обратил внимания на комплимент, потому что в этот момент усиленно боролся с неожиданно подкатившей тошнотой.

Через несколько долгих минут Эдуард Абрамович просунул Леониду в рот пальцы, слегка пахнущие табаком и, раскачав «совок», содрал его с окоченевших и ноющих зубов пациента.

Леонид облегченно вздохнул. Подобрав языком оставшиеся во рту крошки «каши», он выплюнул их в мисочку слева от кресла и вытер губы платком.

– На сегодня все, – сказал Эдуард Абрамович. – Приедете завтра в девять утра, я сделаю припасовку капы.

– А сколько это времени займет? – поинтересовался Сергей.

– Завтра и посмотрим. Возможно, придется повозиться.

– А можно это сделать как-нибудь побыстрее? – спросил Сергей.

– Уважаемый, быстро можно только выбить зубы, а чтобы новые сделать – требуется время. На все есть своя технология… Тем более на изготовление капы. Я и так оставляю нашего техника работать в ночь. А в спокойном состоянии это заняло бы около недели…

– И сколько мы будем должны за это удовольствие? – спросил Леонид, незаметно для себя переходя на еврейские интонации доктора – он всегда был «речевой промокашкой».

Эдуард Абрамович насмешливо взглянул на него:

– Попрошу не примазываться, молодой человек, еврея из вас все равно уже не получится, это надо впитать с молоком мамы. А ваша мама, я так думаю, далеко не еврейка.

– Извините, – сказал, покраснев, Леонид. – Я не хотел вас передразнивать, это случайно получилось. Мама говорит, что у меня с детства способность к языкам.

– И что вы себе думаете, с чего бы мне это обижаться? – рассмеялся Эдуард Абрамович. – Говорите, как хотите, и дай вам Бог здоровья!

Сергей нетерпеливо кашлянул, решив вернуть разговор в нужное русло.

– Ах да! Сколько это стоит… – вспомнил Эдуард Абрамович заданный вопрос. – По цене я буду разговаривать с заказчиком, я так понимаю, что заказчик это вы? – спросил он, глядя на Сергея.

– Ну, пусть буду я, – кивнул Сергей. – Так сколько же?

Повернувшись к Ольге, тихо сидящей на стуле в углу кабинета, Эдуард Абрамович спросил ее:

– Это тебе близкие люди?

– Очень близкие, – ответила та. – На задание идут…

– Ну тогда с вас сто доллaров, – сказал Эдуард Абрамович, сделав ударение в слове «долларов» на втором слоге. – И остальное меня не касается…

Расплатившись и попрощавшись с Эдуардом Абрамовичем, они вышли из клиники.

– Ольга, куда вас отвезти? – спросил Сергей, открывая перед ней дверцу своего джипа.

– На Чапыгина, шесть, – ответила та, садясь в машину. – У меня еще сегодня съемка.

– Вас будут снимать? – с любопытством посмотрел на нее Леонид.

– Нет, снимать будут программу, а я привожу ее участников в надлежащий вид, – улыбнулась Ольга.

Высадив Ольгу у телецентра, Сергей свернул на улицу Академика Павлова, направляясь в сторону Кантемировского моста.

– Лёнь, я тебя отвезу на дачу, а сам съезжу домой, – сказал он. – А то Нинок еще подумает, что я завел себе любовницу, и бросит меня. А завтра я за тобой заеду, часов в восемь. Будь готов.

– Всегда готов! – шутливо откликнулся Леонид и, подумав, добавил: – Но, похоже, не ко всему…

На следующий день, ровно к девяти утра, Сергей привез Леонида к Эдуарду Абрамовичу, который ждал их с уже готовой «продукцией».

Увидев в руках доктора белую зубастую конструкцию, Леонид остановился, испуганно представив, что ему придется носить этот «щучий ряд» во рту. Но он терпеливо снес, пока доктор производил ему примерку, вкладывал копировальную бумагу в рот, заставляя то сжимать, то разжимать зубы, и стачивал с капы лишнюю пластмассу противно визжащей бормашиной.

Потратив полчаса на припасовку капы, доктор, наконец, удовлетворенно кивнул и, попросив фотографию прототипа, сравнил с ним Леонида.

– Ну что, вроде похожи? – спросил он, обращаясь к Сергею.

– Да, очень похожи, – согласился тот. – Лёнька, попробуй что-нибудь сказать, – попросил он Леонида. – Скажи: «терве»…

Но у Леонида, который ощущал жуткое неудобство от чужеродного предмета во рту, вместо «терве» получился какой-то рвотный звук.

– Мда… – сказал Сергей и расхохотался.

Быстро вытащив капу изо рта, Леонид спросил у Сергея с надеждой:

– А Велло не может быть глухонемым?

Сергей замахал на него руками, опять расхохотавшись:

– Да ты что, он этого не переживет!

– Ничего-ничего, с речью вы постепенно справитесь, – вмешался Эдуард Абрамович и, протянув Леониду зеркало и фотографию, сказал: – Вы лучше посмотрите на себя. Вас все удовлетворяет? Наденьте и посмотрите, чтобы вы потом не говорили, что Эдик Кацовский вас плохо обслужил.