Шик, блеск, красота - Марина Серова

— Ну, что думаешь делать? — сразу после того как Иванникова вывели из кабинета, спросил у меня Володька.

Интересная постановка вопроса! Вообще-то я уже достаточно сделала. Ему тут преступника, можно сказать, на блюдечке преподносят, а он еще и недоволен. Похоже, разговорить Иванникова — моя задача.

— Еще не знаю, — честно ответила ему я. — Четкого плана у меня нет, есть только одно предположение.

— Могу я узнать какое?

— Может, я и не права, но мне почему-то кажется, что заказчица — это какая-то родственница Иванникова, — вздохнув, призналась я. — Или возлюбленная, хотя в это я, признаюсь, не особенно верю. Не тот он человек, что на убийство пойдет ради любимой женщины. А вот ради дочери…

— Так у него же нет детей, — спохватился Володька.

— То, что они не указаны в паспорте, еще не говорит об их отсутствии, — заметила я. — Он немолод, наверняка парочка внебрачных ребятишек наберется.

— Хочешь попробовать их поискать? — полюбопытствовал Володька.

Я кивнула, попросила Кирю позвонить мне, если Иванников вдруг что-то согласится рассказать, сама вернулась в машину и, заведя ее, направилась к дому нашего задержанного. Мне хотелось еще раз пообщаться с той соседкой, которая могла бы рассказать что-нибудь о женщинах Виктора. Иного способа получить информацию о внебрачных детях я просто не видела.

Хорошо зная дорогу до дома Иванникова, я без лишних проблем добралась до нужного места и, припарковав машину по соседству с каким-то магазином, поспешила к уже известной двери. Дойдя до нее, решительно надавила на звонок и стала ждать, когда мне откроют. Наконец за дверью что-то зашебуршало, и знакомый мне женский голосок спросил:

— Кто там? Что надо?

— Из милиции, — коротко ответила я. — Я к вам уже приходила.

Дверь сразу же открылась, и я опять увидела ту же неприятную женщину. При виде меня она устало вздохнула и деловито спросила:

— Ну что еще? Я вам вроде бы все сказала, больше не знаю ничего.

— Извините, если отвлекаю вас от домашних дел, — решив хоть как-то умаслить женщину, произнесла я. — Но такая уж у меня работа. Я не отниму у вас много времени.

— Ладно, проходите, — смилостивилась соседка и посторонилась, пропуская меня в дом.

Проводив меня до зала, она усадила меня на диван, покрытый старым пледом, сама села рядом и, сложив руки на коленях, приготовилась слушать. Я не заставила себя ждать.

— Вы давно знаете Иванникова? — поинтересовалась я.

— Сколько тут живу.

— А сколько вы здесь живете?

— Да с детства, — ответила женщина. — Так что Иванников ваш на моих глазах вырос.

— Замечательно, значит, вы о нем многое знаете, — обрадовалась я, но соседка тут же строго заметила:

— Я в чужую жизнь не лезу.

— Я этого и не говорю, просто надеюсь, что вы человек наблюдательный и, следовательно, замечали, как и чем жил ваш сосед, — улыбаясь, проговорила я.

Соседка сдвинула брови к переносице.

— К чему вы клоните? — недовольно спросила она.

— Хорошо, не стану более ходить вокруг да около, — заметила я. — Сразу скажу, что меня интересует только один вопрос: есть ли у вашего соседа внебрачные дети?

— Есть, — даже не задумываясь, ответила соседка. — Девочка. Сейчас ей пятнадцать или шестнадцать лет.

— Возможно, вы знаете, почему Иванников не женился на ее матери? — Я была уверена, что и об этом соседке известно.

— Она сама не захотела. Встречаться — встречались, а потом ей подвернулся какой-то богатенький франт, обвела она его вокруг пальца, сказав, что ребенок — его. Тот на ней женился, и они сразу уехали.

— И вы больше не видели ни ее, ни девочку?

— Почему же, видела. Прожила-то эта шалава с богатым мужиком недолго. Он ее через год выкинул, и она опять в Тарасов вернулась. Вновь с кем-то сошлась.

— А что же Иванников? Он не пытался вернуть дочь?

— Зачем? Какому мужику такой багаж нужен? Ему и одному неплохо жилось. Он после той девки еще кучу переменил, что ни неделя, то новая. Ни одна надолго не задержалась. Последний год только, когда приболел… Ну… — женщина как-то смущенно отвела взгляд. — Вы понимаете, по мужской части.

— Понимаю, — чтобы более не смущать ее, кивнула я.

— Девки кончились. Тогда-то он про ребенка и вспомнил. Ко мне приходил, спрашивал, может ли усыновить дочь. А моя дочь как раз — адвокат, так я у нее консультировалась. Оказалось, что через столько лет сделать это совсем непросто.

— И чем все закончилось? — полюбопытствовала я вновь, надеясь, что меня просветят и в этом вопросе.

Увы, женщина только пожала плечами и добавила:

— Не знаю. Вроде встречается с какой-то девчонкой, подарки ей покупает. Больше не знаю ничего.

— Что ж, тогда еще один вопрос, — немного подумав, сказала я. — Вы знаете имя дочери Иванникова и фамилию ее матери?

— Имя девочки знаю, — кивнула соседка. — Катя ее зовут. Мать — то ли Надя, то ли Настя. Фамилии не помню, хоть и слышала. Но зато знаю, где живут, кстати, в нашем районе.

— Описать сможете? — сразу спросила я.

Соседка опять кивнула и принялась мне объяснять, как найти квартиру, где живет дочь Иванникова. Я молча выслушала ее, поблагодарила за помощь и поспешила в свою машину. В голове у меня крутилась масса различных мыслей, причем большинство из них были обращены на решение одного вопроса: может ли быть заказчицей дочь Иванникова? Если да, то что такого могла ей сделать Прокопчук или Дрягель, чтобы девушка пошла на убийство?

Между тем, в два счета добравшись до нужного дома, я на лифте поднялась на пятый этаж, надавила на дверной звонок и, решив положиться на случай, стала ждать, когда мне откроют.

Очень скоро из квартиры донеслись шаги, а затем и вопрос:

— Кто там?

— Милиция, — коротко ответила я.

На минуту воцарилась тишина.

— Открывайте, — приказным тоном произнесла я. — Разговор есть.

На этот раз дверь все же открыли, и я столкнулась взглядом с совсем юной девицей. В мужской клетчатой рубашке и темно-синих джинсах, на ногах — мягкие белые кроссовки. Видимо, девушка собралась куда-то выйти. Волосы у девчушки были коротко стрижены и просто зачесаны назад, хотя при ее широком лбе это противопоказано. В целом же она производила довольно приятное впечатление.

— Ты — Катя? — Я решила обращаться к девушке на «ты».

— Ну я, а что? — вызывающе глядя на меня, поинтересовалась та.

— Я бы хотела поговорить с тобой о твоем отце, — внимательно следя за реакцией девушки на мои слова, произнесла я. — Его только что задержали по подозрению в убийстве.