Виртуальный муж - Анна Данилова

– Вот видишь, и мама твоя с дочкой прилетают… Подумай сама, суд могут отложить на день, на два… Не думаю, что на месяц, но все равно… Куда вы спешите? Если бы у твоего Крымова были где-то там, – она махнула рукой в сторону окна, подразумевая тот необъятный мир, в котором обитал Крымов, человек, ведущий странную жизнь, предполагающую постоянные перелеты и путешествия, – важные дела, то он не стал бы заниматься ремонтом своего дома… А то посмотри, обложился журналами, пригласил дизайнера, развил такую кипучую деятельность… Это правда, что он хочет построить оранжерею?

– Женя, поверь, мне сейчас не до Крымова и тем более не до оранжереи… Неблагоприятные метеоусловия – вот что меня волнует сейчас больше всего на свете. Уж лучше бы они вернулись домой, позвонили бы и сказали, что никуда не полетят… Но у моей мамы… характер… Она ничего не боится, решительная женщина… Вот хочется ей увидеть нашу семью в сборе – хоть провалиться! Думаю, она не верит мне, что у нас с Женькой все нормально, думает, что его здесь нет, что он в Европе, вот и хочет меня уличить в обмане, пристыдить… Она сама мне сказала недавно по телефону, что Крымов представляется ей как виртуальный муж, с которым я переписываюсь и общаюсь исключительно по Интернету. Не могу сказать, что она его недолюбливает, нет, он с самого начала произвел на нее ошеломляющее впечатление, но ей меня в какой-то мере жалко. Ну не может она поверить, что такой мужчина, как Крымов, может составить счастье ее единственной дочери. Так что, скорее всего, так оно и будет…

– Что именно?

– Что мы останемся здесь все и встретим Новый год. Но ведь и у Крымова характер непредсказуемый. Скажет, к примеру, что надо возвращаться в Париж, что он хочет показать любимой теще нашу недавно отремонтированную парижскую квартиру, и заберет нас с собой… Как начнут они меня с мамой уговаривать… Не знаю, не могу пока ничего обещать. К тому же я сильно волнуюсь из-за суда.

– Но здесь-то уж точно ничего нельзя поделать. Психолого-психиатрическая экспертиза лишь подтвердила, что Погодин в момент преступления был совершенно здоров и отдавал отчет в своих действиях. Никаких смягчающих обстоятельств… Быть может, как говорит Игорь, ему дадут не двадцать лет, а девятнадцать, но и это немалый срок. И что тут поделаешь?

– Лиду жалко, она так переживает. Как вышла из больницы, взяла отпуск за свой счет и ни разу не вышла из дома. Совсем раскисла. Когда я видела ее в последний раз, она сказала мне, что сама во всем виновата, что вместо того, чтобы строить отношения со своим мужем, находить какие-то компромиссы, она вступила в связь с Юдановым… Она уверена, что именно этот факт и спровоцировал Андрея…

– Да при чем здесь она? И на что его спровоцировали? Ведь он так и не признался в причине, толкнувшей его на убийство Британа.

– Понятия не имею. Но ее постоянно гложет чувство вины. Что касается убийства… Статья пятьдесят первая Конституции гласит: «Никто не обязан свидетельствовать против себя самого…» Думаю, эта фраза не раз прозвучит в зале суда, когда обстановка будет раскалена до предела и судья неоднократно будет задавать ему один и тот же вопрос: за что вы убили своего лучшего друга? И – я голову даю на отсечение! – никто и никогда так и не услышит ответа.

– Но почему?

– Да потому что его нет…

Женя зачем-то достала из шкафа стакан и принялась вытирать его салфеткой. При этом она старалась не глядеть на Земцову.

– Правильно говорит Игорь – ты что-то от нас скрываешь…

– Глупости. Просто я представляю себе это двойное убийство вовсе не таким, каким его видит вся общественность города. Уже сколько статей было написано на эту тему? И все похожи между собой. Словно они переписывались одна с другой с добавлением каких-то несущественных деталей. Схема – проста до абсурда. Жили-были две пары: Британ и Погодины. Жены и мужья дружили между собой, все было чудесно. Семья Британ – показательная во всех смыслах: красавица-жена, двое очаровательных крошек-детей и милый, обаятельный, как Пьер Безухов, Лева Британ. Семья Погодиных – с проблемой: у них нет детей. Спрашивается, за что Андрей мог убить Леву? Может, причина убийства связана каким-то образом с Лидой Погодиной и ее бесплодием? Во всяком случае, такая версия тоже проглядывалась… Предположим, Лева прежде был любовником Лиды, она сделала от него аборт, и теперь она бесплодна, ее семья разваливается на глазах, она завела себе любовника… Но все равно за это не убивают.

– А ты помнишь, как досталось Борису Стужину? Он чуть не поплатился за то, что в день убийства переспал со своей невестой, Зориной. У него и алиби не было… И если бы Погодин не признался в убийствах, Стужина бы арестовали, глядишь, и посадили бы…

– Зорина… Глупая смерть, не правда ли? – и Юля невольно улыбнулась. – Свидетельница…

Женя не могла не уловить эту ироничную интонацию, но и настаивать на том, чтобы Земцова поделилась с ней своими мыслями по поводу погибшей Зориной, не стала. Она вообще в последнее время решила для себя, что, общаясь с Земцовой, человеком непредсказуемым, непростым и закрытым, надо руководствоваться лишь рассудком, но никак не эмоциями. Не хочет Земцова делиться с ней своими мыслями – не надо. Придет время, она сама позвонит ей и что-нибудь расскажет. Но чем больше проходило времени после ареста Погодина, тем все более странно вела себя в отношении Лиды и Наташи Земцова. Она словно чего-то ждала. Чувствовалось, что и Крымов устал от этой чрезмерной загадочности жены – он вообще отстранился от дела, в которое, как показалось Жене, он толком и не успел вникнуть; занялся вот ремонтом и перепланировкой своего загородного дома. Значит, пусть все идет, как идет. Шубина тоже не было в городе – они с Чайкиным отправились в какую-то глухую волжскую деревеньку на зимнюю рыбалку. И вот уже несколько дней Земцова проводит в агентстве, в кабинете Шубина, что-то чертит там, рисует, кому-то звонит, время от времени прося Женю приготовить ей кофе с бутербродами. Теперь вот стало известно, что она ждет из Москвы приезда матери с дочкой.

– Женя, ау… Ты где это витаешь? У тебя сотовый надрывается…

Женя очнулась, схватила телефон:

– Да, слушаю… Игорь, это ты? Сидим вот тут с Юлей, ждем твоего звонка… Да? Понятно.

И почти в одно и то же время зазвучала мелодия мобильного Земцовой. Она так быстро взяла его в руку, что он чуть не выскользнул между пальцев – такой маленький, перламутровый, темно-синий.

– Да… Мама? – Лицо ее просияло, глаза распахнулись, взгляд остановился на Женином лице. – Отменили на сегодня вылет? Вот и хорошо… возвращайтесь с Машей домой. Все. С меня хватит, я тут чуть не поседела, пока дождалась твоего звонка. Зачем рисковать? Через пару-тройку дней погода нормализуется, небо прояснится, тогда и поедете. В крайнем случае, можно полететь не на самолете, а поехать на машине. Скажу Женьке, он сам за вами приедет. Он водитель отменный. Хотя на машине, зимой, тоже, конечно, опасно. А может, вы поедете поездом? В голову не пришло? Ну ты даешь, мамуля! Привыкла она на самолетах… А сколько их сейчас разбивается?! Все, значит, решено. Купи билет на ближайший день, СВ, на «девятку». Только обязательно позвони, чтобы мы вас встретили. Все, целую. Прямо гора с плеч…