Когда соблазняет женщина - Дарья Калинина

– Умоляю, только не говорите мужу! Ведь ему всего двадцать восемь лет! Он так молод! Он никогда не поймет меня!

– В чем? В том, что вы транжирите деньги, влезаете в долги, а потом не знаете, как расплатиться с кредиторами, и даете им свою машину? Наверняка машина была куплена на деньги мужа!

– Это случилось всего один раз! И да, Финик прижал меня к стенке! Вы себе не представляете, что это за человек! Кровопийца! Ужасный, жестокий человек! Он дал мне денег, но и слышать не хотел об отсрочке. Пришлось подарить ему нашу машину.

– Подарить?

– Да, да! Именно подарить! Когда мы покупали, машина стоила в полтора раза больше суммы моего долга! Ограбил меня!

– Так то в салоне. А вы ему отдали фактически ворованную машину.

– Ну… Наверное.

– И куда бы он ее дел? Чтобы толкнуть машину, нужно перебить номера, поменять обшивку салона и перекрасить тачку в другой цвет. Я уже не говорю про фальшивые документы, которые тоже денег стоят.

– Хорошо, он не кровопийца, он просто деловой человек. Давать деньги под проценты – это его бизнес. Все прекрасно! Но мне-то что было делать?

– А что? Машину вы отдали, с долгами расплатились, муж ничего не знает. Кстати, а почему вы не подали заявление немедленно, как только отдали машину Финику?

– Это было его непременным условием. Он хотел пару недель покрасоваться на моем «мерсике».

И женщина жалобно всхлипнула. Похоже, она была здорово привязана к своей машине. И разлуку с ней принимала очень близко к сердцу. На что же могла пойти женщина, чтобы ей так понадобились деньги? Минуточку. Она сказала, что деньги ей были нужны на операцию. Догадка осенила Маришу в один миг.

– Вы хотели на эти деньги сделать пластическую операцию? Верно?

– Да.

Женщина понурилась, словно придавленная грузом вины. Но потом слегка оживилась и спросила:

– Как вы думаете, сколько мне лет?

– Ну… Лет двадцать пять.

Женщина просияла.

– Вы правда так думаете? Действительно?

– Да. А что? Вам больше?

– Мне сорок!

– Ого!

– Сорок лет. А моему мужу всего двадцать восемь. Когда мы с ним познакомились, я только что в очередной раз вышла из клиники пластической хирургии. Выглядела как конфетка. У нас закрутился безумный роман, мы поженились. Я даже пошла на то, что подделала в паспорте дату рождения.

– Ну и ну!

– Да! Но подделать свой истинный возраст оказалось куда трудней, чем несколько цифр в паспорте. И вот полгода назад мой муж как-то утром присмотрелся ко мне и сказал, что я выгляжу не так.

– Не так?

– Конечно! Проклятый возраст! Он берет свое. Несколько лет после операции лицо «держится», а потом потихонечку начинает оплывать! Мне была необходима очередная процедура! Иначе мой муж бросил бы меня! Я знаю, что это так.

– И вы ему соврали?

– Да. Сказала, что приболела. И что врач прописал мне длительное санаторное лечение. И уехала на два с половиной месяца.

– Так надолго?

– Сама операция плюс период реабилитации. Все должно было хорошенько зажить. Так что раньше я бы не обернулась. Зато назад я приехала барбариской! Муж повторно влюбился в меня. И все было бы прекрасно, но тут заявился этот Финик! Господи! Он требовал у меня денег! Я попыталась соблазнить его, с целью добиться отсрочки. Мне всегда удавалось добиваться от мужчин поблажек. Я была уверена, что и в этот раз все пройдет без осечки. Но у этого человека нет сердца. Верней, у него вместо сердца вычислительная машинка. Калькулятор!

Одним словом, сделка Финика не устроила. Он не хотел перезревших и перелицованных хирургами прелестей мадам, он хотел свои деньги.

– Мне с трудом удалось уговорить его взять нашу машину! И то он взял ее лишь потому, что в номере, видите ли, три тройки. Если бы там были двойки или восьмерки, страшно себе даже представить, что бы со мной было!

Разговорившись, мадам оказалась очень многословной. Подругам с трудом удалось вклиниться в ее монолог, чтобы выяснить телефон и другие координаты Финика.

Так что уже вечером они смогли явиться к нему для делового разговора. Телефона ростовщика женщина не знала. Но она сказала, что каждый вечер с восьми до десяти часов, а то и позднее, Финик сидит в ресторане «Сен-Бернар», пьет черный обжигающий кофе, который ему варит официант на крохотной спиртовке, которая стоит прямо на столике.

– Он меня тоже угостил. Фу! Невозможно горький и такой горячий! Ему наливают прямо с огня! Я обожгла себе весь рот и губы. А этот человек пьет и не морщится. Наверное, у него кишечник из каучука!

Имея такие подробные описания внешности и привычек Финика, подруги не сомневались, что они найдут его без проблем. Так оно и случилось. Не заметить Финика мог разве что слепой. Вальяжно развалившись в кресле, он сидел и беседовал с каким-то невысоким коренастым мужчиной. Впрочем, беседой это можно было назвать лишь условно. Потому что говорил один крепыш, а Финик, прикрыв тяжелые веки, слушал. Да и слушал ли? Он был похож на какое-то языческое божество, очень грузное, большое и задумчивое.

В руках Финик держал крохотную чашечку, из которой поднимался дымок. Подруги видели, как официант перелил туда из турки густую черную жижу. Несколько секунд Финик смаковал запах, а потом резко, одним глотком, втянул обжигающую жидкость в рот и замер.

– Ой! – сморщилась за него Алена. – Что же должно происходить у него во рту!

– Ожог второй степени, – констатировала Мариша. – При немедленной медицинской помощи самое меньшее из последствий – это полная атрофия вкусовых рецепторов.

Но ничего ужасного с Фиником не произошло. Он не стал бегать и метаться по ресторану в поисках глотка холодной воды. Вместо этого он медленно сказал крепышу несколько слов. Тот просиял. Вскочил с места и резво ускакал прочь.

Видя, что место освободилось, Мариша с Аленой быстро двинулись к Финику. Но тут на их пути возникли двое охранников.

– Пропустите!

– Мы к Финику!

Охранники покосились на босса. Тот разглядел подруг и вяло махнул своей толстой рукой, велев пропустить их.

– Ну? – коротко спросил он у подруг, делая одновременно знак официанту повторить процедуру заваривания кофе. – Что вам?

– У нас к вам разговор.

– Об одном из ваших клиентов.

– О Владимире Кротове.

– Что?

Финик величественно кивнул и взял из рук официанта чашечку. Снова принюхался к аромату напитка и приготовился сделать глоток. И именно в этот момент Мариша выпалила:

– Это ведь твои люди убили старшего Кротова – его отца?!