Печать фараона - Наталья Солнцева

- Сколько еще продлится ваш больничный? - выждав пару минут, спросил Всеслав.

- Что? А… больничный… не знаю. Не помню… кажется, еще три дня. Может быть, мне отпуск взять за свой счет? Так ведь не дадут… К черту! Уволюсь, уеду куда-нибудь! Я не хочу умирать… не хочу-у!

- Не раскисайте.

- Бросьте вы эти штучки! - истерически всхлипнул Стас. - Вы не верите, да? Не верите?! Я тоже не верил, пока меня не коснулось. Проклятие существует, оно уносит жертвы в могилу! Наши деды и прадеды в этом не сомневались, а они были не дураки. Сначала Марина… потом Вероника, кто следующий? А? Я вас спрашиваю!

- Успокойтесь, ради бога.

- Вот-вот! И вы Бога вспомнили! Потому что от проклятия без Его помощи не спасешься!

- За чем же дело стало? - гнул свое Смирнов. - Сходите в церковь, помолитесь, покайтесь.

- Не иронизируйте… Как вам не стыдно?! Вероника мертва… вам этого мало? Какие еще доказательства нужны? Чтобы и я… стал покойником? Вы этого добиваетесь?

- Я добиваюсь выяснения всех обстоятельств, - невозмутимо ответил сыщик. - Прекратите истерику, господин Киселев. Вы мне нужны в здравом уме и памяти. Как спасателю, вам должно быть известно, что паника губит того, кто тонет.

Молодой человек дернулся, открыл рот, со свистом втянул в себя воздух, выдохнул и… ничего не сказал.

- Так-то лучше, - усмехнулся Смирнов. - Я хочу задать вам пару вопросов. Вы сможете обдумать их и ответить?

Киселев понуро кивнул.

- Вам знакома некая Яна Хромова?

- Нет.

- Не спешите.

- Я не знаю никакой Хромовой! - вспылил Стас. - Вы что, опять не верите? С какой стати я буду лгать? Речь идет о моей… моем спасении! При чем тут какая-то Хромова?

- Вам не встречалась такая фамилия? Может быть, на работе? Среди клиентов банка, например?

Стас наморщил лоб, перебирая в уме фамилии знакомых и клиентов.

- Не встречалась, - уже спокойнее ответил он. - А что?

- Это женщина, которая погибла так же, как Вероника. От руки «Алой маски».

- Молох… - бледнея, прошептал господин Киселев. - Он жаждет крови. Люди бессильны противостоять ему. Хромова, Хромова… нет, не припоминаю. Она случайно не посещала то же заведение, что и мы с девушками? Вы узнавали?

- Пытался. Но ведь в «Молохе» у посетителей не спрашивают фамилий.

- Да, конечно, - опустил голову Стас. - Какой ужас… Знаете, я в глубине души всегда считал магию не более чем сказкой. Страшилкой для взрослых! Интересной игрой, где дяди и тети для развлечения пугают друг друга. То, что происходит со мной… как ночной кошмар. Стоит мне закрыть глаза, и тысячи острых иголок вонзаются в мой мозг, терзают его, раздирают в клочья. Но это не та боль… не физическая. Это глубинный, животный страх, которого я еще не испытывал: он парализует мое тело, мою волю и мой разум. Я… даже не могу дать этому ощущению подходящего названия… я…

Смирнов положил свою ладонь на дрожащую, влажную руку Стаса, легонько сжал.

- Нервы все усугубляют, - мягко произнес он. - Реально вам никто не угрожает. Смерть Вероники не обязательно связана с «Молохом».

- А с чем же тогда?

- Пока не могу вам ответить. Я работаю. Повторяю: в целях безопасности вам не стоит выходить одному на улицу и впускать в квартиру посторонних. Хорошо бы продлить больничный или взять отпуск. Только уезжать не следует, здесь мне проще оказать вам помощь в случае необходимости.

- Да-да… да…

Молодой человек кивал, но было заметно, что до него плохо доходит сказанное.

- Идите домой, Стас. Вас проводить?

- Н-не надо… подъезд пустой, я же выходил. В квартире мама, она домохозяйка… Господи, до чего я дошел! - в отчаянии воскликнул он, потом наклонился к сыщику. - Мне страшно находиться в комнате… даже когда мама за стеной. Представляете?

- Я буду вам звонить. И сопровождать вас завтра во время похорон. Согласны?

У Киселева вырвался вздох облегчения. Он даже выдавил жалкую, кривую улыбку.

- За дополнительную плату?

- Разумеется, - пошутил Смирнов.

Он проследил, как клиент скрылся за дверью парадного, дождался звонка от него, перевел дух и закурил. Насмерть перепуганный Стас вызывал у него сочувствие. Вляпался парень по самые уши, хлипким оказался, трусоватым. Такой, пожалуй, начнет шарахаться от собственной тени.

Поразмыслив, сыщик набрал номер майора.

- Ну как, пришла справка из Шахт?

- Насчет Грушиной и Комлевой? - уточнил тот. Он был завален делами, голоден и зол. - Кстати, почему нас интересует подружка убитой? Думаешь, она причастна к «Алой маске»? Говорят, девица уехала куда-то, то ли на заработки, то ли к жениху.

- Проверить не помешает. Да, еще одно… есть такое заведение, «Молох» называется. Проверь-ка его на предмет связи с «Алой маской». Чем черт не шутит?

- «Молох»? - удивился майор. - Это что, кафе, клуб, бар, массажный салон?

- Скорее общество последователей языческого культа или клуб по интересам… в общем, неважно. Начнешь получать информацию, разберешься.

- Ладно, спасибо. А по поводу сведений из Шахт позвони завтра. Видимо, ребята не успели собрать данные.

После разговора со Стасом и майором Всеслав отправился в Кунцево - вдруг ему повезет, и он застанет неуловимого господина Хромова.

Так и вышло. После нескольких настойчивых звонков за дверью квартиры раздались осторожные шаги.

- Кто там? - спросил мужской голос.

- Я из жилконторы, - соврал сыщик. - Мне нужен хозяин квартиры.

Мужчина, наверное, рассматривал посетителя в глазок, решал, открывать или нет.

- Я по поводу списков, - продолжал Смирнов. - Мы заявки собираем от жильцов на установку общего счетчика.

- Какого счетчика? - раздалось из-за двери. - Мне не нужен счетчик.

- Откройте, пожалуйста, не бойтесь. Если вы не хотите сдавать деньги, напишите отказ.

Мужчина колебался. Наконец он щелкнул замком и выглянул из полутемной прихожей.

- Разрешите? - сыщик напористо шагнул вперед, и хозяину ничего не оставалось, как попятиться и пропустить незваного гостя. - Здравствуйте. Где мы можем поговорить?

- Пройдите сюда, - жестом показал на дверь кухни невзрачный мужчина лет тридцати на вид, одетый в спортивные штаны и футболку.

- Вы Хромов? - на ходу спросил Всеслав.

- Да.

- Квартира принадлежит вам?

- Похоже на то, - неопределенно ответил Хромов. - Моя… жена… она умерла, и…

Каждое слово давалось ему с трудом. Мало-помалу он рассказал об убийстве Яны, опустив лишние, по его мнению, подробности.