Предают только свои - Марина Серова

— Здравствуй, здравствуй, дорогой, — выходя из машины и обнимая встречающего, проговорил здоровенный детина, объемами превышавший Борю раза в четыре. — Что стряслось у вас? Рассказывай.

— Да чего рассказывать, Гарик, ты же знаешь нашу историю. Тут с этим дебилом никак не разберешься, а теперь еще и баба какая-то за ним таскается везде. Надоело. Я думаю… да что это мы на улице разговариваем! Проходи в дом. Выпьем, закусим, да заодно и обмозгуем, как нам лучше все это… провернуть.

Гость и хозяин скрылись в доме, а я, поняв, что теперь на улицу долго никто не выйдет, подобралась к самым окнам.

После первых приветствий и возлияний разговор перешел к основной теме.

— Я думаю, кончать их всех надо, — решительно прозвучал баритон Бори.

— Ух ты! Прямо-таки всех? Смотри, какой кровожадный, — с усмешкой ответил ему Гарик.

— А что, Игорь, я тоже согласна, — включилась в разговор женщина, и по ее голосу можно было понять, что она уже в хорошем подпитии. — Из-за этого гада у нас, считай, вся жизнь наперекосяк пошла. А он в шоколаде. На дорогой тачке катается, статейки пописывает.

— Ну тачку-то вы ему, как я понял… подновили, — лукаво произнес Гарик.

Из комнаты послышался смех.

— Тачка — это ерунда, — снова начал Боря. — Так, разминка. А он серьезной кары заслуживает. Да и баба эта… откуда она взялась вообще? Ты слышал, что Миха про нее рассказывал?

— Да, интересно, — ответил Гарик. — Не знаю, как она смогла этих его головорезов раскидать. Может, пьяные были?

— Пьяные или трезвые, а за это ее наказать нужно. Да как следует. Чтоб знала, как это — в мужские дела лезть.

— И что ты предлагаешь?

— Я-то? А вот… пойдем-ка покурим.

Услышав эту фразу, я обрадовалась, решив, что ребята сейчас выйдут на улицу и я смогу, как в кинотеатре, смотреть и слушать, без труда получая информацию об их дальнейших планах. Но, как выяснилось уже через минуту, именно это «покурим» как раз и явилось тем роковым обстоятельством, которое не позволило мне ничего узнать об этих планах.

Ребята уже минут пять как вышли из комнаты, а входная дверь все не открывалась, и, удивленная этой заминкой, я перешла поближе к крыльцу, чтобы выяснить, в чем дело. Двигаясь по периметру дома, я была надежно прикрыта его стенами и не опасалась, что меня обнаружат.

Выглянув из-за угла, я увидела свет, льющийся во двор из окон веранды, и тут же поняла, почему Гарик и Боря не стали курить на улице. Они устроились с гораздо большим комфортом, а главное — смогли обеспечить себе гораздо большую конфиденциальность.

Со стороны двора, напротив места, где стояла сейчас машина Гарика, к дому была пристроена небольшая веранда. Ее высокие окна были сейчас закрыты, и воздух проникал лишь через небольшие форточки, наподобие тех, что были в окнах дома.

В эти форточки сейчас вылетали клубы дыма, и, по-видимому, стоя рядом с ними, можно было услышать и некоторые слова, но в том-то и дело, что подслушивать возле этих форточек я уже не имела возможности.

Хорошо освещенный двор и опасность того, что в любую минуту кто-то может появиться на крыльце, лишали подобное предприятие всяких шансов на успех. Друзья обнаружили бы меня раньше, чем начали говорить.

С досады кусая губы, я вернулась в заросли сада и стала ждать, когда военный совет окончится и стратеги вернутся в комнату. Оставался еще небольшой шанс, что, все обсудив, они поделятся своими планами с мамкой, и тогда я смогу узнать хоть что-то. Но и эти мои надежды сбылись лишь отчасти.

Боря и Гарик вернулись очень довольные друг другом, но делиться планами не спешили.

— Так значит, ты сможешь найти человека? — спросил Боря.

— Да чего искать? Вон Миху попросить, он все в лучшем виде обделает. Он у нас крутой, в горячих точках служил, — посмеиваясь, ответил Гарик. — Ему человека положить — раз плюнуть.

— Кого? Кого положить? — беспокойно заговорила Инесса. — Вы чего это придумали там? На нары захотелось? Смотри, Борька! Это тебе не шутки.

— Погоди, мамка, не лезь, — пренебрежительно произнес Борис. — У нас все схвачено.

— Ну да, схвачено у тебя! И так вся жизнь из-за этого урода наперекосяк пошла, так еще напоследок придется передачки в зону возить.

— Не придется, не волнуйся. Все продумано.

Ничего более внятного по интересующему меня вопросу я узнать так и не смогла. Гарик засиделся в гостях до первых петухов, и я прилежно слушала под конец уже совсем пьяные разговоры, но нового узнала из них немного. Единственное, что я смогла добавить в копилку фактов, — это то, что Гарик, видимо, тоже имеет некоторое отношение к построенному на нищих бизнесу и что с Инессой они знакомы очень давно.

Я все ждала, что Гарик начнет собираться домой, но в пятом часу утра из форточки стал доноситься густой храп, и я поняла, что ожиданиям этим сбыться не суждено.

Осторожно пробравшись на соседний участок, я вновь перепрыгнула через забор и оказалась на улице. Она по-прежнему была пустынна. Решив, что сейчас вполне подходящее время для утренней пробежки, я дала небольшой кросс до машины и поехала домой.

Думы мои были совсем невеселыми. Фразы типа «человека положить — раз плюнуть» не предвещали ничего хорошего, и, учитывая, что о планах наших врагов ничего конкретного я не знала, для беспокойства были все основания.

«Нужно будет сегодня днем позвонить Аркадию, — решила я. — Пускай пока не возвращается в город. Поживет какое-то время на даче или где-нибудь в пригороде у друзей. Он же журналист, у него должно быть много знакомых. А я пока разберусь, кого это они собрались тут «положить». Нужно выиграть время».

Когда я подъехала к дому, часы показывали пять утра. Уставшая и замерзшая, я еле дождалась, пока лифт привезет меня на нужный этаж. Тихонько открыв замок, я разделась, приняла теплый душ и, юркнув в кровать, заснула как убитая.

* * *

Пользуясь тем, что в этот день мне не нужно было заступать на дежурство, я позволила себе немного расслабиться и поспать до девяти часов. Учитывая, что легла я в пять, это не было таким уж большим нарушением режима.

— А что, сегодня ты не поедешь к Аркаше? — удивленная моим непривычно поздним появлением в кухне, спросила тетушка.

— Он в командировке, — вдыхая аппетитный запах свежих блинчиков, ответила я. — Уехал в Москву по делам.

— Вот как. А я уж подумала было, что вы поссорились.

— Я на работе, тетушка, какие могут быть ссоры? У нас чисто деловое сотрудничество.

— Ну… все-таки, — уклончиво произнесла тетя Мила. — Вы то в театр ходите, то еще неизвестно куда. Мало ли что могло случиться…

Что я могла на это ответить? Моя тетушка была неисправима.

Однако время шло, и сейчас оно работало против меня. Необходимо было как можно скорее узнать, что за новые козни задумал Борис, и предпринять какие-то контрмеры.