Шумный балаган - Владимир Колычев

– Ну, не всех, – покачал головой Дмитрий. – Пятеро убитых, из них двое – случайные посетители ресторана. Трое – из твоей бригады, Сазонов. И еще девять человек ранены, из них пятеро – случайные люди.

– Не понял, начальник, какая бригада? О чем ты?

– О банде, которую ты, Сазонов, организовал.

– Не знаю, начальник, никакую банду я не создавал.

– Боюсь, что у меня плохие для тебя новости. Твои ребята сознались в том, что ты привлекал их к участию в преступных деяниях.

Стрельба в «Балагане» наделала много шуму. Четыре головореза с автоматами устроили настоящую бойню. Уцелевшие боевики из банды Сазонова разбежались кто куда. Банда просто-напросто перестала существовать. Раненых бандитов допросили, один из них сознался в том, что состоял в бригаде Сазонова. Правда, особо крамольного про Антона не рассказал. Как будто не было за ним никаких убийств и зверских избиений. Все это было. Но доказательств пока нет. Да и не до Сазонова сейчас, если честно. В городе идет большая криминальная война. Русские бандиты насмерть дерутся с кавказцами. Заодно и Сазонова причесали. Ладно, если бы только бандитам досталось, так нет, пострадали случайные люди. Хотя, если разобраться, случайные люди в «Балаган» не ходят.

– Да врут они все, – безмятежно спокойно сказал Антон. – Мы просто вместе собирались, да, ну выпить там, поговорить.

– Выпить там, ну, рыбзавод по случаю данью обложить, так?

– Даже не понимаю, о чем ты говоришь, начальник.

– Об этом мы с тобой еще поговорим. Ты мне скажи, кто Неверова убил?

– Не знаю такого.

– Правильно, ты у него документы не спрашивал, когда стрелял. Убийство на улице Красноармейской, дом четыре. Или скажешь, не знаешь этот адрес?

На брошенной квартире, в непосредственной близости от которой произошло убийство, обнаружены были следы пребывания граждан Сазонова, Леонида Тарасюка и Евгения Киселева. Проведена дактилоскопия, опрошены соседи, которые опознали Киселева. И если сейчас Сазонов будет отрицать…

– Как не знаю, если знаю! Женька там жил. Мы позапрошлой ночью у него были. Водку пили, за жизнь говорили.

– От Кудлакова вы прятались, – уточнил Миронов.

– А, от этого? Да кто он такой, чтобы от него прятаться.

– Действительно, зачем вам прятаться, если вы – сами сила. Подъехали к вам бандиты кудлаковские, так вы их из пистолетов.

– Какие пистолеты? У нас отродясь никаких пистолетов не было.

– А труп Неверова откуда взялся? А Киргизова кто ранил?

– Не знаю, начальник. Мы когда уходили, никаких трупов не было. Может, потом появились.

– А вот свидетели утверждают, что вы садились в машину после того, как были произведены выстрелы…

– Не знаю, путают они что-то, твои свидетели.

Увы, свидетельские показания очень блеклые. Мужчина видел, как какие-то люди садились в какую-то машину. Темно было, поэтому он не мог разглядеть ни лиц, ни марки автомобиля. Но их было четверо – три парня и девушка. В этом свидетель разобрался. А милиционеры, которые преследовали не подчинившийся их требованиям автомобиль, разобрались с его пассажирами. Три парня и девушка. Все задержаны. Девушка уже дома, а парни в изоляторе. Гаишники отличились. Они ведь не только машину задержали. Они заметили, как преступники избавлялись от оружия. Проведены были масштабные поиски, обнаружены два пистолета системы «ТТ». В рекордные сроки проведена баллистическая экспертиза.

– А ты ничего не путаешь, Сазонов?

– Так это путают, когда хотят запутать. А я не хочу. Я с вами как на духу, гражданин начальник.

– И я с тобой как на духу. Поэтому не буду прятать козыри, которыми сыграю против тебя. Пистолеты ведь найдены.

– Какие пистолеты?

– А от которых вы избавились, когда пытались уйти от преследования сотрудниками ГАИ.

– Не знаю, начальник, боюсь, что ты что-то напутал.

– Согласно заключению экспертизы, из одного пистолета были произведены выстрелы в гражданина Неверова и гражданина Киргизова. А мы уже знаем, что в результате один погиб, а другой тяжело ранен.

– Ерунда какая-то. Наклеп, в натуре.

– Да нет, Антон, все гораздо серьезней, чем ты думаешь. Дело в том, что на оружии были обнаружены отпечатки твоих пальцев.

Сазонов небрежно усмехнулся. Небрежно и недоверчиво. Он знал, что оружие было тщательно протерто. Поэтому был спокоен.

– Да, я знаю, вы пытались уничтожить отпечатки своих пальцев. Но, к счастью для нас, вы не догадались разобрать пистолет, чтобы уничтожить отпечатки пальцев на внутренних частях оружия.

– Не грузи, начальник! – ухмыльнулся Сазонов. – Мы ж не дауны, в натуре! Внутри там тоже все протерто.

Действительно, бандиты предусмотрели все. Ни единого отпечатка на пистолетах не оставили.

– А откуда ты это знаешь? – пряча в кулак торжествующую улыбку, спросил Миронов.

– Да сам лично протирал. Да, лично протирал! – разозлился Сазонов.

Понял, что допустил промашку. Но также он хорошо понимал, что без протокола это признание ничего не значит.

– И не надо радоваться, начальник! Ничего ты не докажешь!

– А если докажу?

– Все равно ничего не скажу. Не было ничего!

– А Кудлаков считает, что было, – спокойно сказал Дмитрий.

Зато Сазонов утратил спокойствие. Встрепенулся, когда услышал фамилию своего врага.

– Он-то здесь при чем?

– Есть информация, что ему не терпится свести с тобой счеты, Сазонов.

– Это я знаю и без тебя, начальник.

– Так ведь можно ему помочь. Отправим тебя в камеру, куда сможет попасть его человек.

– Ха-ха! – надрывисто, на нерве хохотнул Сазонов. – Да делай что хочешь, начальник! Я ничего в этой жизни не боюсь!

– Это ты сейчас так говоришь.

– Слышь, начальник, не надо меня грузить. Делай что хочешь, только по ушам ездить не надо. Не на того нарвался! Не было у меня ствола, не убивал я никого, точка!

– Напрасно ты так, – сказал Дмитрий.

Но Сазонов его уже не слушал. Отключил внимание, тупо уставился в окно. Ничем не пробьешь. Впрочем, можно его пробить. В камеру к каким-нибудь озабоченным отморозкам бросить. Или, что хуже, пресс-хату ему организовать. Но Миронов не привык пользоваться такими методами. Принципы не позволяли. Да и не до Сазонова сейчас. С ним в общем-то все ясно. Он еле ноги от кудлаковских головорезов унес, он отстреливался от них в доме на Красноармейской улице. Он и его дружки стали жертвами бандитского произвола. Не безответными, но жертвами. За что боролись, на то и напоролись. Опасности для общества они уже не представляют. А вот Кудлаков и его босс по кличке Старшина продолжают лютовать. Беспредельничают на всю катушку. И чеченцы не остаются в долгу. Кровь льется рекой. И майор Миронов не в силах положить этому конец. Но он старается. Он ведет работу. Много уже чего нарыл. Рано или поздно с бандитами будет покончено. Но скорее поздно, чем рано. Слишком уж круто разбушевалась выпущенная на волю стихия.