Завтра ты умрешь - Анна Малышева

– Я тут ничего еще не знаю, – плаксиво начала та, но Марина ее остановила:

– И не узнаете! Поставьте поднос и считайте себя уволенной. Кошмар – я бы уже десять раз сварила кофе и пару яиц всмятку!

– Так и варили бы сами! – огрызнулась горничная, разом погасив холуйскую улыбку. – Я и не в таких домах служила, и ничего, все были довольны!

– Вот и видно, что в не в таких! – бросила Марина, все больше входя в роль хозяйки. – Свободны!

Горничная с грохотом швырнула поднос на стол и удалилась в такой ярости, что даже забыла о своей фирменной походке. Банницкий, с интересом наблюдавший сцену, похлопал в ладоши:

– Браво! Только когда ты найдешь другую?

– Немедленно этим займусь. – Марина подала ему чашку кофе, добавила сливок, попробовала – не горячо ли, и поморщилась: – Горечь какая! Знаешь, я побегу, сварю заново. Пять минут!

– Родная, у меня нет пяти минут, – Банницкий поднялся из-за стола и обнял женщину: – Опоздал страшно. Ничего, выпью на работе. Займись детьми, ладно? Как освобожусь, позвоню.

И уже в дверях, обернувшись, с улыбкой добавил:

– Ты, кажется, боялась, что будешь тут лишней?

Что безделье ей в этом доме не грозит, Марина поняла очень скоро. Завтрак был несъедобен – яйца оказались совсем сырыми, салат утопал в масле, от горького кофе сводило скулы, а поданные к нему сливки явно провели ночь не в холодильнике, а на столе. Горничная, к счастью, уже покинула кухню, и Марина успела все приготовить заново к приходу девочек. За стол уселись втроем. Дети восприняли ее присутствие как нечто само собой разумеющееся, что очень порадовало Марину. Еще больше она обрадовалась, убедившись, что девочки не собираются больше плакать и задавать щекотливые вопросы. Если они и не забыли о вчерашних откровениях, то, во всяком случае, сумели их пережить.

– Что будем делать? – спросила Алина, первой расправившись с нехитрым завтраком. – Куда поедем?

– Поедем? – озадачилась женщина. – А куда вы обычно ездите?

Девчонки мгновенно переглянулись, и Марина тут же постучала ложкой по столу:

– Не вздумайте морочить мне голову! Вот позвоню вашему отцу и спрошу, какой у вас был распорядок дня!

– А он не в курсе, – безмятежно пояснила Ульяна, слизывая джем с гренка. – Тебя Надя обещала свозить нас в Москву. Мы города совсем не помним.

– Я помню цирк, – вдруг заявила Алина, и женщина вздрогнула. Ей подумалось, что девочка вполне может иметь в виду тот самый вечер, когда с ее матерью случилось несчастье. Марине стало так жутко, будто в комнате появился призрак.

– Хорошая идея, – неуверенно сказала она. – Нужно узнать, что там идет, и съездить. Я сама никогда в московском цирке не была.

– А вы теперь и школу для нас ищете? – явно не без задней мысли поинтересовалась Алина.

– На данный момент я ничего не ищу. – Марина ощутила себя в западне. Все проблемы этой осиротевшей семьи свалились на нее разом, словно только и ждали ее появления. – А в чем дело?

– Я хотела попросить, чтобы вы не очень торопились. – Алина посмотрела на нее такими деланно-наивными глазами, что женщине захотелось смеяться. – Это тете Наде было невтерпеж, она хотела опять нас куда-нибудь запереть. Она и папу уговорила, зато теперь он может передумать!

– Мы хотим жить с ним, – с надеждой добавила Ульяна. – Если вы это устроите, мы вас не станем доставать! Вы будете делать все, что хотите, и мы – что хотим. Идет?

Женщина встала и, подойдя к детям, потрепала их светлые макушки:

– Это очень серьезное деловое предложение. Я должна его обдумать. А пока…

– Там какая-то женщина приехала, – мрачно бросила просунувшаяся в дверь горничная. – А мне кто заплатит?

– Хозяин, – машинально ответила Марина и вдруг всполошилась: – Какая женщина?

– Она говорит, раньше тут служила и что-то забыла, – пояснила разжалованная горничная. – Так мне до вечера денег ждать?

Внезапно озадаченную Марину осенила мысль, что это может быть та самая бесценная горничная, прослужившая в доме семь лет. Если бы удалось ее переманить обратно – одна большая проблема была бы решена. Не отвечая, она бросилась вон из столовой, и девчонки помчались за ней по пятам, как цыплята за курицей.

…За решеткой виднелась потрепанная «девятка», а рядом с ней, перекидываясь репликами с вышедшим навстречу охранником, курила высокая рыжеволосая дама. Заслышав шаги, она обернулась. Марина замедлила шаг – ее поразила внешность гостьи. Грубоватое лицо, покрытое явно искусственным загаром, кокетливо прищуренные глаза, чрезмерно подчеркнутые тушью, чувственный рот, блестевший от жирной розовой помады… Все это как-то не вязалось с обликом идеальной горничной и больше подходило для стойки бара. Даже несносная уволенная девица выглядела куда скромнее.

– А Михаила Юрьевича нет? – начала было рыжая дама, увидев Марину, и вдруг осеклась, испуганно расширив глаза.

– Он только что уехал, – любезно объяснила Марина, решив не обращать внимания на странности гостьи. – Вы служили здесь? Да откройте же ворота!

Охранник послушался, и эффектная визитерша, по-прежнему странно поглядывая на хозяйку, вошла на территорию парка. В следующий миг она увидела детей и ахнула:

– Приехали! Какие красавицы! Аля и Уля, правильно? И кто из вас кто?

– Вы сами-то кто? – отрезала Алина, критически щуря глаза.

– Я работала у вашей мамы, – слегка оторопев от такого приема, объяснила женщина. – Меня зовут тетя Наташа. Мы с вашей мамой очень дружили!

Алина отмолчалась, но, судя по ее скептическому виду, не слишком поверила «тете Наташе». Марина поспешила на помощь окончательно смутившейся женщине:

– Вы были компаньонкой у Ксении Константиновны? Я о вас слышала. Кофе не хотите? Кажется, он еще горячий.

Гостья с радостью приняла предложение – ей явно хотелось избавиться от насмешливого внимания детей. Девочки собирались последовать в столовую вслед за взрослыми, но Марина остановила их на пороге:

– Барышни, вы уже позавтракали, и нечего сидеть дома в такую погоду.

– А что нам делать? – капризно возразила Ульяна.

– А когда поедем в цирк? – возмутилась Алина.

– Если вы сейчас не оставите меня в покое – никогда! – твердо сказала Марина, и, как ни странно, ее заявление было сразу принято противной стороной. Сестер как ветром сдуло, и через минуту в парке раздались их крики – они искали ключ от теннисного корта.

Бывшая компаньонка тем временем успела расположиться за столом. Она привычно налила себе кофе, закурила, покосившись на испачканную скатерть, и снова устремила загадочный, оценивающий взор на Марину. Женщина не выдержала:

– Я вам кого-то напоминаю? Кажется, мы не виделись прежде.

– Нет-нет, – смешалась гостья, отводя глаза. – Я просто… Теперь вы выйдете за него замуж?