Сокровища Рейха - Томас Гиффорд

От камина струилось приятное тепло, и я придвинулся поближе.

– Директор-распорядитель филиала в Глазго, – ответил он, потягивая чай и сосредоточенно глядя на меня поверх очков влажными голубыми глазами. – Дважды в месяц посылаю письменный отчет мистеру Сирилу Куперу на адрес нашей лондонской конторы. – Он говорил так, будто оправдывался. – Что касается Глазго – тут целиком хозяин я.

– Присаживайтесь, мистер Дамфриз, прошу вас, – сказал я.

Фарфоровая чашка на блюдце тихо задребезжала, когда его безупречная фигура опустилась в другое кожаное кресло. Дождь глухо бился в створки окна, нагоняемый порывами ветра сквозь толщу тумана.

– Мой брат Сирил умер, мистер Дамфриз.

– О, не может быть… – Лицо директора-распорядителя стало печальным, однако чувствовалось, что мозг его напряженно работает.

– Он скончался весьма неожиданно в нашем фамильном доме в Куперс-Фолсе, в Миннесоте. – Я достал трубку, начал набивать ее табаком. – Теперь все предприятие «Олл Бритн дистрибьютинг лимитед» целиком переходит ко мне. Я, откровенно говоря, не знаком с его деятельностью, но мои адвокаты уже занимаются этими вопросами. В самое ближайшее время мне понадобятся последние сводки по балансу и данные инвентаризации. – Я чиркнул спичкой и раскурил трубку.

Дамфриз выглядел несколько расстроенным. Я улыбался, наблюдая, как мое сообщение постепенно доходит до его сознания.

– Разумеется, вы можете получить их, когда вам будет угодно, мистер Купер. Я уверен, вы найдете все в полном порядке. – Он наклонился вперед, уперся локтями в колени, готовый отразить любой натиск со стороны нового хозяина.

– Я вполне вам доверяю, мистер Дамфриз, – сказал я. – Вполне. Мой брат отлично разбирался в людях, и коль скоро он поставил вас во главе конторы в Глазго, уверяю вас, я ничего не собираюсь менять. Можете в этом не сомневаться. – Я несколько раз пыхнул трубкой, давая огню хорошенько разгореться, а потом сделал глоток чаю.

Дамфриз вздохнул с облегчением.

– Я просто потрясен, мистер Купер, – произнес он, несколько успокоенный. – Как это случилось с вашим братом? Когда я встречался с ним последний раз осенью прошлого года, он, казалось, пребывал в добром здравии. Мы не часто видели его у себя здесь… Нам никогда не было известно, где он находится. Наша фирма являлась для него лишь одним из предприятий, в которые он вкладывал свой капитал.

– Он умер не от болезни, мистер Дамфриз. Кто-то убил его.

Дамфриз побледнел. Он встал, подошел к окну, глянул сквозь туман на улицу.

– Невероятно. Я просто не нахожу слов. – Потом обернулся и остро посмотрел на меня. – Известно, кто это сделал?

– Нет. К сожалению, нет. Все крайне загадочно и зловеще. Должен сказать, на мою жизнь тоже покушались дважды… И нескольких человек уже нет в живых.

Я коротко рассказал ему о случившемся. За это время он лихорадочно осушил две чашки чаю и закурил сигарету. От его сдержанности не осталось и следа, и это мне понравилось в Джеке Дамфризе. Когда я закончил рассказ, он, не отрывая от меня глаз, прошептал:

– Иисус Христос и все святые… По существу, если такая тенденция сохранится, старый Глазго ждет новая волна преступлений, да? Пока вы здесь, я имею в виду…

– Если сохранится. Кстати, у меня к вам есть несколько вопросов, поэтому, если не возражаете, давайте сразу перейдем к ним. Прежде всего мне хотелось бы, чтобы вы взглянули вот на это. – Я вынул из кармана фирменный конверт отеля «Лорн» и протянул ему.

Он открыл его, достал вырезку и даже крякнул от изумления.

– Вам она знакома?

– Еще бы, – ответил он. – Я же сам и организовал эту съемку. – Он провел рукой по подбородку. – Странно, однако, что вы оба могли увидеть в ней?.. Понимаете ли, эта фотография появилась в нашем «Геральде» как раз в тот самый день, когда ваш брат прошлой осенью прилетел в Глазго. Он принес ее сюда в контору. Мне еще не приходилось видеть его в таком настроении, и я никогда не забуду этого, уверяю вас.

Далее Дамфриз рассказал, что в то время в Глазго проводилась торговая ярмарка и сам он был весьма доволен собой, поскольку ему удалось организовать эту съемку. Фотография появилась в газете, сопровождаемая репортажем журналиста Алистера Кемпбелла, где особо подчеркивалась важность подписания контракта между «Олл Бритн дистрибьютинг лимитед» и мюнхенской импортной фирмой Гюнтера Бренделя. Вполне естественно, «Олл Бритн» пыталась внедрить на немецком рынке новый сорт шотландского виски. Дамфриз до этого некоторое время разрабатывал тактику завоевания этого рынка, и подписание контракта для их фирмы было настоящей победой. Чтобы отметить такое событие, он уговорил Кемпбелла, с которым был знаком уже несколько лет, преподнести эту сделку читателям как пример расширения торговых связей с Германией и одновременно создать рекламу новому сорту виски. В итоге все прошло идеально. Дамфриз и Кемпбелл добились от редактора согласия поместить и фотографию, чтобы привлечь внимание к репортажу, причем отныне и во веки веков – это было предусмотрено – Кемпбелл мог бесплатно потреблять виски этой фирмы сколько его душе угодно; подарок довольно щедрый, если учесть способность журналиста поглощать спиртное.

Когда Сирил появился в то утро в конторе «Олл Бритн», он выглядел необычно возбужденным. Тут же, выпроводив всех из кабинета, он сел у камина и принялся расспрашивать Дамфриза о фотографии, о репортаже и переговорах, завершившихся соглашением с фирмой Бренделя.

– Он настойчиво допытывался обо всем, – вспоминал Дамфриз. – Особенно интересовался, как начались переговоры, кто был инициатором: они обратились к нам или мы к ним. Я сказал, что предпринял первые шаги, поскольку получил сведения, что фирма Бренделя вышла на рынок для закупок.

– Вы ездили в Германию, чтобы убедить их? – спросил я.

– Нет, Гюнтер Брендель сам прилетел сюда из Мюнхена. Хотел удостовериться, состоятельная ли мы фирма, можем ли выдержать конкуренцию, понимаете?

– Он знал, что «Олл Бритн» – собственность моего брата?

– Вот-вот! Именно это больше всего занимало и вашего брата… Убедившись, что инициатива исходила от меня, а не наоборот, он принялся расспрашивать меня, а мог ли Брендель каким-то образом пронюхать, что владелец фирмы он? Упоминал ли я его имя? Может, мне известны пути, откуда Брендель мог получить такую информацию?

Дамфриз закурил новую сигарету, заглянул в чайник, но там было пусто. Тогда он подошел к двери и попросил принести еще чаю.

– Разумеется, я мог говорить только за себя, – продолжал он, – а посему заверил вашего брата, что имя Куперов никогда не произносилось. Да и, собственно говоря, какая в том была необходимость? Директор-распорядитель – я. Какое дело Бренделю, кто возглавляет фирму?

– Значит, ваш ответ удовлетворил Сирила, – сказал я. Огонь от камина припекал ноги. Я встал, повернулся спиной к окну. Медные часы пробили одиннадцать. За окном стоял туман, густой, как и прежде. – Ну а что вы можете сказать о супруге Бренделя? Вы хоть раз встречались с ней? – У меня невольно перехватило дыхание, и я ничего не мог с собой поделать.