Высшая мера - Виктор Пронин

Было еще одно опасливое соображение - Юферев не знал истинных отношений Серковой и Максимовой. Кто знает, что стоит за их знакомством, не Серкова ли свела несчастную свою подругу с ее будущими убийцами? И не для того ли ей понадобился час, чтобы предупредить, оповестить, подготовиться? Отморозки, как уже понял Юферев, отличались необыкновенной скоростью и в принятии решений, и в исполнении этих своих решений. Кто знает, может быть, вовсе не перед зеркалом она сейчас сидит, а на телефоне?

Но телефон Серковой был на контроле - и об этом позаботился Юферев, и это предусмотрел, а уже потом позвонил женщине. Он был уверен, что Серкова опоздает, обязательно опоздает минут на десять-пятнадцать. Она будет ходить вокруг кафе и приглядываться к нему. По фотографии, которая осталась на карточке автомобильной школы, он уже представлял ее - короткие светлые волосы, вскинутые брови, полные губы, а взгляд… Была во взгляде еле заметная усмешка.

Юферев подъехал к кафе за одну минуту до назначенного срока и, выйдя из машины, направился к свободному столику. Посмотрел на часы - он пришел точно вовремя. Но тут уж ему пришлось удивиться - не прошло и минуты, как к его столику подошла молодая женщина в джинсах и мужской рубашке.

- Не помешаю? - спросила она.

- Это вы и есть?

- Да, это я.

- Садитесь, жду вас с нетерпением.

- Ваша гвардия? - Она показала большим пальцем за спину, где расположились водитель с оперативником Брыкиным - они успели взять пива и теперь делали вид, что, кроме этого пива, их ничто в мире не интересует.

- Моя, - кивнул Юферев.

- Правильно. Одобряю. Если бы все так поступали… - Женщина замолчала.

- То что было бы?

- Жилось бы спокойнее. - Серкова положила на стол пачку сигарет, вынула зажигалку, прикурила, придвинула сигареты к Юфереву. - Угощайтесь.

- Не курю.

- А, понятно… Значит, пьете?

- Пью. Часто и в больших количествах.

- Это хорошо, значит, здоровье позволяет.

- Образ жизни требует.

- Будем считать, что разминка закончилась?

- Согласен. - Юферев сразу усвоил манеру разговора Серковой, лаконичную и вызывающую.

- Тогда, пожалуйста… - Серкова протянула руку, как бы поиграла указательным и большим пальцем. Обычно этот жест означает деньги, но она, похоже, имела в виду нечто другое.

- Не понял? - Юферев в упор посмотрел на Серкову. Красивые глаза, подумал он.

- Ксивы.

- А, виноват. - Вынув удостоверение, он раскрыл его и показал Серковой.

- В руки не даете?

- Могу. - Он положил удостоверение на стол, рядом с пачкой сигарет.

Серкова взяла удостоверение, повертела его перед глазами, вчиталась в надписи, печати, убедилась, что удостоверение уже дважды продлялось.

- Все правильно, - сказала она. - Достаточно затертое, значит, не фальшивое. Вы и в самом деле Юферев?

- А что, есть сомнения?

- Вы недавно по телевидению рассказывали об этих убийствах… На улице я бы вас не узнала, а вот сейчас что-то вроде совпадает. Даже не знаю что…

- Я сейчас наряднее и взволнованнее, - серьезно сказал Юферев.

- С чего бы?

- С красавицей сижу.

- Это вы верно подметили, - рассмеялась Серкова, но покраснела, смутилась. - Ладно, ближе к телу, как говорят классики.

- Не возражаю. Мороженое едим?

- Нет, спасибо. Я ненадолго. Значит, так, Александр Леонидович…

- На Сашу не тяну?

- На Сашу… Если сделать над собой небольшое усилие…

- Сделайте его, пожалуйста.

- Как будет угодно, гражданин начальник, - она улыбнулась. - Значит, так… Мы познакомились с Максимовой на курсах вождения. Она бывала у меня, я у нее. Как-то познакомила со своими приятелями. Мне они не понравились.

- Чем?

- Бандюги. А им не понравилось то, что они мне не понравились.

- Как они об этом догадались?

- Наташка сказала. Ребята проявили какую-то там озабоченность, она им и врезала… Дескать, не надо, мальчики, не для вас расцвела эта роза.

- Обиделись? - предположил Юферев.

- Немного. Но у них хватало дел и без меня. И потом… Они ведут достаточно скромный образ жизни. Замкнутый, я бы сказала. Избегают шумных компаний… Когда все это случилось с Наташкой… Один из них нашел меня, на улице как бы случайно столкнулись… И сказал… «У тебя, - говорит, - шейка потоньше, чем у Наташи…»

- Это тот, у которого щербинка между зубами?

- У следствия, смотрю, есть некоторые достижения?

- Работаем, - пожал плечами Юферев.

- Поздравляю.

- Что еще сказал щербатый?

- А, - Серкова стряхнула пепел на бетонные плитки, постучав по сигарете розовым ноготком. - Вот, собственно, и все. Шейка, говорит, у тебя потоньше, поэтому надо бы ее поберечь, а то мало ли что может случиться… С некоторыми случается, подумай, дескать. Конечно, я послушалась этого человека, подумала.

- И к какому же выводу пришли?

- А вывод таков, что наша с вами беседа, Саша, заканчивается. - Она в упор посмотрела на Юферева. - Не буду я вам помогать. Боюсь. Жить хочется.

- Понимаю, - кивнул Юферев.

- Вот и хорошо. Прошу не звонить мне, не вызывать повестками. Все эти опознания, очные ставки, выезды на место преступления… Очень прошу - не привлекайте меня для всех этих дел. Можете пообещать?

- Пообещать могу, - сказал Юферев. - А вот выполнить обещание… Вряд ли я смогу его выполнить.

- Тогда я уеду.

- А если нам так договориться… Мы с вами посидим еще минут десять-пятнадцать, вы ответите на несколько моих вопросов… И я вас больше не трогаю, не вызываю, не привлекаю, как вы только что выразились.

- Мне не придется ничего подписывать?

- Не придется.

- Мое имя нигде ни разу не будет упомянуто?

- И это принимается. А почему, собственно, вас это тревожит?

- Потому что я уверена… Уголовное дело будут листать не только в вашей конторе, Саша.

- Как?! - вскричал Юферев несколько фальшиво. - Вы не верите в то, что…

- Не верю, - спокойно перебила его Серкова. - И вам не советую. Эти ребята… Они очень состоятельные ребята. Работа у них напряженная, но, похоже, непродолжительная. У них будет время ознакомиться с документами в деле. Вот видите, я уже начала давать показания. Это, заметьте, под обещание не упоминать моего имени в уголовном деле. Мы договорились?

- Да-да, - зачастил Юферев, собираясь задать какой-то вопрос, но Серкова положила ему на ладонь свою руку.