Дочь врага - Владимир Григорьевич Колычев

— И что, не стрелялся?

— Нет!

Клара выдохнула с двояким чувством на душе. С одной стороны, Семен правильно все сделал, русская рулетка — игра для слабоумных. Но с другой — он не захотел бороться за свою любимую жену.

— Испугался твой Семен!

— А при чем здесь мой брат?

— Ну, так Семен сводником его назвал. Сказал, что убьет его!.. Надо же на ком‐то зло выместить!.. Я Тоше позвонил, сказал, что Семен едет к нему. Сказал, как успокоить его — русскую рулетку ему предложить… Брат у тебя, если честно, трусоват, — снисходительно усмехнулся Вадим. — Отказался! А вдруг Семен согласится? Тогда придется стреляться… А зачем Семену соглашаться? Что ему с Тошей делить? Если только наследство твоего отца…

К Вадиму подошел его телохранитель, подал телефон.

— Вадим Николаевич, Костя звонит!

Вадим важно кивнул, взял трубку, жестом велел немного подождать. И так же жестом велел Кларе отойти. Не сам отошел, а ей велел!.. Ну, не наглец?

Отходить Клара не стала, но и Вадим остался на месте.

— Да, Костя!.. Ну, молодец, что уж тут сказать!.. Подъехать, глянуть?.. А это безопасно?.. Ну, хорошо, сейчас подъеду… Да, запомнил!..

Вадим сбросил вызов, вернул мобильник телохранителю и задумался, приложив палец к виску.

— Что‐то случилось? — не выдержав, спросила Клара.

— Случилось! — улыбнулся Вадим. — Мужа твоего уговорил! Едем стреляться!

— Ты стреляться? С Семеном?!

— Пусть победит… Хотел сказать, пусть победит сильнейший. Но тут все зависит от случая. Пусть победит везунчик!.. Ты же пойдешь за меня замуж? Ну, если мне повезет…

— Нет, — мотнула головой Клара.

Она лихорадочно думала, как остановить мужа. Нельзя ему стреляться. И у нее плохое предчувствие, да и Семен не уверен в себе, если уже отказался тянуть жребий.

— Э-э, нет, у нас уговор! Кто победит, с тем ты и будешь!

— И куда ты едешь?

— «Стрелка» у нас на кольцевой, на развязке под мостом. Прямо сейчас и еду.

— Я с тобой! — закивала Клара.

Ну, конечно, она поедет с Вадимом, и там уже уговорит и его, и Семена. Смелое решение, а оттого небезопасное, но, в конце концов, хватит сидеть на месте ровно.

— Ты в этом уверена? — задумался Вадим.

— Да!

— Ну, не знаю… Дело в том, что у меня мало времени. Все, давай!

Он поспешил к машине, Клара за ним. Не переодеваясь, в теплой куртке поверх спортивного костюма прошла мимо мамы.

— Ты куда? — обращаясь к дочери, она мечтательно смотрела на Вадима. Вот такого бы ей зятя!

— Ирина Карловна, обещаю вернуть Клару в целости и сохранности!

Мама чуть не расплакалась от умиления. Не надо ей в целости, да и возвращать совсем не обязательно, если Вадим женится на Кларе.

Открывая дверь, Вадим глянул по сторонам, помог Кларе сесть и умостился рядом. Пять бойцов с ним, но дверь за собой он закрыл сам и с начальственной небрежностью бросил:

— Давай на кольцевую!

— А дальше? — спросил водитель.

— А дальше не надо, там остановка. Возможно, последняя…

Парень пожал плечами, разогнал машину и бросил взгляд в зеркало заднего вида. Второй «Мерседес» шел за ними.

— Наган подвезти должны как только, так сразу, — думая о чем‐то своем, проговорил Вадим.

— Дурью маетесь! — тряхнула головой Клара.

— Я на месте Семена тоже отказался бы стреляться. Зачем ему, когда ты с ним? Но у меня вариантов нет. Ты должна быть моей. Это и любовь, и навязчивая идея, два в одном флаконе.

— Навязчивые идеи — признак шизофрении, — фыркнула Клара.

— Ничего, вылечусь… В любом случае вылечусь, — загрустил вдруг Вадим. — Или пуля в голову вылечит, или ты. Если согласишься уйти ко мне. Согласишься?

— Никто не будет стреляться! — мотнула она головой.

— Звучит как согласие.

— Нет!

— А если мне не повезет? — Голос у Вадима дрогнул.

— Не повезет! — оживилась Клара. — Вот я точно знаю, что не повезет!

— Ну, значит, не судьба, — вздохнул он, с обидой глядя на нее.

— Не надо тебе стреляться! Откажись! А я с Семеном поговорю.

— Да Семен‐то откажется… А я нет!.. Будь что будет! — решительно махнул рукой Вадим.

Клара глянула на него с затаенным восторгом. Он, конечно, сволочь, но при этом настоящий мужчина. На смерть ради нее идет. Страшно ему, но отказываться от своего решения он не собирается. А Семен вот не сразу согласился. Может, потому что недостаточно любит Клару? За Оксану свою насмерть с братом дрался… Или не насмерть? Может, и не дрался. Потому что трус глубоко в душе. Бандита застрелить не смог, от поединка с Вадимом отказался…

Они уже подъезжали к развязке Московской кольцевой автострады, когда зазвонил телефон. Вадим приложил трубку к уху. Приложил плотно, и Клара не слышала, что ему говорили.

— Как ловушка? Кто сказал?.. — выслушав, с тревогой спросил Вадим. — Ну, хорошо!

Он отключил телефон и велел водителю разворачиваться.

— Так сплошная, нельзя! — возмутился тот.

— А я сказал, можно! — Вадим едва не треснул его трубкой по голове.

— Что случилось? — спросила Клара.

— Семен твой кинул нас! Засада там у кольцевой. И за нами погоня!.. Давай вправо уходи! — потребовал Вадим.

На этот раз водитель и слова не сказал, свернул с шоссе на трассу, чтобы уйти от возможного преследования со стороны Пехорска.

— Ты бы мог меня высадить, — спохватилась Клара.

— Ну да, конечно! — Вадим шлепнул себя по коленкам. — Как я сам не догадался! Вдруг стрелять будут, а в машине ты… Но стрелять уже не будут. Нас уже не достанут.

— И все равно останови!

— Ты паспорт взяла?

— Нет.

— Денег‐то я тебе дам, а без паспорта… Нет, я тебя сам домой отвезу. Потом!

— Я могла бы позвонить Семену.

— Я сам ему позвоню. Скажу, что ты со мной. Пусть не волнуется… — едко усмехнулся Вадим и так же едко добавил: — Если он за тебя волнуется.

— Что значит «не волнуется»? — возмутилась Клара.

— Похоже, он только за себя волнуется!

Клара с укором глянула на Вадима. Злая ирония по отношению к сопернику вполне оправдана, но все равно мог бы промолчать… Или не может молчать? Если враг такое ничтожество…

* * *

План сработал, но ловушка еще не захлопнулась. Семен успел собрать довольно внушительный кулак из десятка бойцов, подтянул их к месту, рассредоточил, но Лиханов не появлялся. Миндаль позвонил ему, Вадим сказал, что едет, но уже два часа прошло, а его все нет.

— Все‐таки ты кинул меня! — Одним глазом Семен смотрел на Миндаля, лежащего на земле, другим — на пистолет в