Транзита не будет - Дмитрий Федотов

— Не глупи. Ты — лицо гражданское. Случись в Кустанае с тобой что-либо, кто отвечать будет?

— А вы меня вместе со своими агентами отправьте.

— Невозможно! Это против правил…

— А вот давай у твоего начальства спросим? Возьми меня с собой на доклад?..

Скоренко долгую минуту разглядывал мою невозмутимую физиономию, видимо, пытаясь понять, где тут подвох. Потом вздохнул и махнул рукой.

— Ладно. Я уже понял, что ты самый отчаянный и безбашенный сыщик, каких я знал. Завтра с утра подходи к управлению. Я закажу пропуск…

* * *

Начальник оперативного отдела областного пограничного управления ФСБ полковник Киянов оказался невысоким крепким мужчиной лет пятидесяти с глубоким и цепким взглядом темно-серых глаз. Он принял нас в своем большом, светлом и очень практично обставленном кабинете. Рукопожатие полковника только подтвердило мое определение его как человека энергичного и сильного. Такие люди и решения принимают твердые и окончательные, но лишь получив полное представление о проблеме.

Помимо нас, к моему немалому удивлению, в кабинете уже присутствовали подполковник Гурский и мой брат, майор Торопов.

— Располагайтесь, товарищи, — махнул рукой Киянов. — Думаю, все присутствующие обладают своей долей информации и соображений по поводу сложившейся ситуации. Но всё же будем соблюдать протокол и субординацию. Подполковник Гурский, вам слово.

Виктор Георгиевич кратко и сухо обрисовал обстоятельства последних суток, и я приятно удивился той оперативности, с которой начальник отдела собрал и проанализировал всю служебную информацию о происшедшем на его участке.

Киянов ни разу не перебил, выслушал внимательно, с загадочной полуулыбкой под густыми седыми усами.

— Таким образом, товарищ полковник, в процессе отработки факта нарушения государственной границы было установлено, что проникновение на нашу территорию машины с группой казахских граждан явилось прикрытием для обратного перехода границы неким неустановленным лицом или лицами, предположительно имеющими отношение к организованной преступной группировке, занимающейся перевозками и торговлей наркотиками из стран Средней Азии в России, — завершил свой доклад Гурский.

Киянов с минуту размышлял, по очереди поглядывая на нас и делая какие-то пометки в блокноте на столе. Затем повернулся к Вадиму.

— Вам слово, товарищ майор, как ответственному куратору по линии ФСКН.

Мой брат тоже был сегодня собран и серьезен, как никогда. Во всяком случае, я не смог припомнить, когда еще видел его таким.

— В рамках начатого расследования о разработке нового, предположительно транзитного наркотрафика через территорию России в направлении стран Северной Европы, — четким, хорошо поставленным голосом начал Вадим, — Челябинским управлением Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков разработан план следующих оперативных мероприятий…

Он буквально в течение пяти минут изложил, как и в какой последовательности нужно отслеживать и выявлять новый трафик, кого и когда задерживать, и сколько для этого может понадобиться людей. Я даже заслушался, как все у Торопыги гладко и правильно получалось. Но меня насторожило то, что он ни разу не упомянул о Мстителе и его важнейшей роли во всей этой кутерьме. А ведь мы с Вадимом, казалось, все, и не по одному разу, обсудили, и он вроде бы согласился с моими доводами? А вот поди ж ты!..

Видимо, я не уследил за лицом, увлекшись беседой со своим внутренним голосом, потому что Киянов, дослушав Вадима, неожиданно поинтересовался:

— Кажется, у нашего гостя, господина Котова, есть своя версия случившегося?

— Боюсь, Владимир Андреевич, что моя версия вам не очень-то понравится, — осторожно сказал я.

— И все же я хотел бы выслушать, так сказать, альтернативную точку зрения, — вежливо усмехнулся полковник. — У вас, как я понимаю, есть свое объяснение?

— Да, конечно. — Я решился. — Дело в том, что несколько дней назад ко мне обратились за профессиональной помощью из Управления внутренних дел Томской области…

Я как мог вкратце изложил Киянову хронику предшествующих событий в Томске, Новосибирске и здесь, в Челябинске, а также свое видение оборотной стороны истории, связанной с мистикой древнего братства Детей Солнца. Я говорил и все время подсознательно ждал, что полковник вот-вот прервет меня и скажет что-нибудь вроде «это область фантазий и домыслов, господин сыщик, а мы здесь на службе и должны заниматься безопасностью интересов нашего государства, а не призраков ловить…» Но Киянов выслушал меня так же внимательно, как до этого слушал доклады Гурского и Торопова.

— И в итоге, после всего случившегося, у меня есть только одно непротиворечивое объяснение: этот Мститель настойчиво зовет меня за собой, я зачем-то нужен ему, — завершил я свой монолог.

На сей раз Киянов молчал заметно дольше. И пометок, я заметил, делал больше в блокноте. Неужели поверил?..

— А ведь я, пожалуй, могу сказать, — наконец заговорил полковник, — зачем вы ему понадобились, Дмитрий Алексеевич. Мститель увидел в вас единомышленника, в смысле, человека, не чуждого мистики и одновременно свободного от каких бы то ни было присяг, обязательств, протоколов, и потому способного действовать не по правилам, а по обстоятельствам. Словом, вы для него — идеальный напарник.

— В чем напарник? — пожал я плечами. — В войне с наркомафией?.. Так это, извините, не по адресу. Я не супермен и даже не спецназовец…

— Но вы способны мыслить как Мститель, способны понять его мотивации. И принять их. Ни я, ни Скоренко, ни любой другой профессионал, облеченный официальными полномочиями, этого не может. Конечно, существуют особые… специалисты — одиночки-суперагенты, но во-первых, их еще поискать, а во-вторых, не факт, что такой человек вдобавок окажется еще и мистиком.

— В любом случае, Владимир Андреевич, раз вы так глубоко поняли ситуацию, мне понадобится ваше содействие, чтобы попасть в Кустанай и наконец расставить точки…

Я произнес это и замер в ожидании: откажет или нет? Полковник взял со стола блокнот и целую, как мне показалось, вечность изучал свои записи, потом вернул блокнот на место и постучал по нему карандашом.

— Из того, о чем мне здесь доложили, вырисовывается вполне конкретный план действий. Он в значительной степени согласуется с планом оперативных мероприятий наших коллег из ФСКН. Во-первых, необходимо незамедлительно выяснить, действительно ли этот Рымбаев-«мамка» добрался до Кустаная. Если — да, то установить за ним наблюдение и постараться выявить его тамошние связи, а в идеале — выйти на его хозяина. Во-вторых, то же самое проделать в отношении некоего Мстителя, стремящегося уничтожить Рымбаева и, предположительно, его подельников. Только после получения вышеперечисленных сведений можно будет планировать какую-либо серьезную операцию, естественно, совместно с ФСКН.

Киянов сделал вполне профессиональную паузу. Все молча внимали.