Рикошет - Сандра Браун

— И вы продолжали общаться после того, как закончили школу?

— Это было сложно. Коулману дали стипендию, чтобы он продолжил заниматься бейсболом. После колледжа его зачислили в низшую лигу. Вы наверняка про это знаете, — ответила она Дункану.

— Его бейсбольная карьера мне известна. Неизвестна его личная жизнь. Про нее нам и хотелось бы узнать. Про ваши с ним личные отношения.

— Но зачем? Какое это имеет отношение к расследованию?

— Это мы и пытаемся выяснить.

— Здесь нечего выяснять, — сказала она. — Откуда вам вообще известно про нашу с Коулманом дружбу?

— У нас свои методы.

Фраза была идиотская, ничего не скажешь. Дункан посмотрел на Диди с той же иронией, которая читалась во взгляде Элизы. Потом сказал:

— Вы перестали общаться, когда он учился в колледже и играл в низшей лиге?

— Бейсбол отнимал все его время. Мы обменивались открытками надень рождения, на Рождество. Не более того.

— Когда вы видели его в последний раз? Она отвела взгляд и тихо ответила:

— За несколько дней до смерти.

— До самоубийства, — резко поправила Диди. Элиза опустила голову и кивнула.

— Он намекал, что хочет покончить с собой? Она подняла голову и прямо взглянула на Диди.

— Если бы намекал, я бы попыталась его остановить. Вам это в голову не приходило?

— Как сказать. А вы бы стали его останавливать? Резкий вопрос Диди ошарашил Элизу. Она некоторое время смотрела на нее, потом перевела взгляд на Дункана.

— Я не понимаю. Почему вы расспрашиваете меня о Коулмане?

— Это причиняет вам боль?

— Конечно.

— Почему?

— Он был моим другом!

— И любовником.

— Что?

— Мне повторить?

— Нет, но вы ошибаетесь. Мы не были любовниками. Мы дружили.

Диди пренебрежительно фыркнула, но Элиза не обратила на это никакого внимания. Она не сводила глаз с Дункана.

— Я думала, речь пойдет о Гэри Рэе Троттере. Какое отношение может иметь к нему Коулман? И ко всему этому делу?

— Когда вы снова начали общаться? Помимо открыток и прочего.

— Он позвонил и пригласил в гости, в Атланту.

— Мужа он тоже пригласил?

— Нет, это было, когда Коулман только начал играть за «Брэйвз». Мы с Като еще не были знакомы. После свадьбы я пригласила Коулмана к нам на ужин. Като — поклонник «Брэйвз», он был в восторге, когда узнал, что мы с Коулма-ном друзья.

— Они понравились друг другу?

— Очень.

— На том ужине они встретились впервые или как-то общались до этого?

— Один раз Коулман пригласил нас в ложу на одну из своих игр в Атланте. После этого мы пригласили его на ужин. Насколько мне известно, кроме этих двух случаев, они с Като не встречались.

Дункан поднялся со своего места и присел на край стола — благодаря высокому росту он теперь мог смотреть на нее сверху вниз.

— Вы отлично знаете: они больше никогда не встречались, потому что неприлично было бы сводить мужа и любовника…

— Коулман не был моим любовником.

— И вы никогда не виделись с ним наедине, без мужа? Она запнулась.

— Этого я не говорила.

— Значит, вы виделись наедине.

— Иногда.

— Часто?

— График Коулмана…

— Часто?

Она сдалась под его напором:

— Каждый раз, когда позволял график.

— Где вы встречались?

— Обычно здесь, в Саванне.

— Где это — «здесь, в Саванне»?

— По-разному.

— В ресторанах? Барах?

— Коулман старался избегать людных мест. Поклонники не давали ему покоя.

— Значит, вы встречались в уединенных местах?

— Да.

— Например, в гостиничных номерах? Она помолчала, потом кивнула.

— А как ваш муж относился к этим встречам? Она не ответила.

— Он ведь ничего не знал про них? — продолжал Дункан. — Ведь правда же, вы не собирались предупреждать его, что собираетесь встретиться с симпатичным знаменитым спортсменом, со звездой Коулманом Гриэром в номере отеля. Ему ведь такое могло бы и не понравиться.

Она вскочила со стула.

— Я не обязана выслушивать подобное. Дункан положил ладонь ей на плечо.

— Можете выслушать это здесь и сейчас, одна. Или потом, в присутствии адвоката и мужа.

Он чувствовал, как через ладонь ему передается жар ее тела. Она дышала прерывисто, взволнованно.

— Мы с Коулманом были друзьями. Просто друзьями.

— Которые тайком встречаются в гостиничных номерах.

— Почему вы мне не верите?

— Потому что вы не сказали ни слова правды. — Он впился глазами в ее глаза. — Ни одного.

— Я вам не лгала.

— Про себя и Коулмана Гриэра?

— Про все.

— И как долго продолжались ваши милые междусобойчики? Час? Два? Дольше?

— По-разному.

— Примерно.

— Час или два. Редко дольше.

— В зависимости от того, на сколько вам удавалось ускользнуть.

Она медленно выдохнула.

— Вот здесь вы угадали. Като не знал про наши встречи с Коулманом.

— А…

— Но это было не то, о чем вы подумали. Не любовная связь.

— Номера в отелях используются с двумя целями. Одна из них — как следует выспаться. Вряд ли вы встречались с Коулманом, чтобы вздремнуть днем часок-другой.

— Мы разговаривали.

— Разговаривали?

— Да.

— Полностью одетые?

— Да!

— Вы искренне пытаетесь меня в этом убедить? Что вы встречаетесь…

— Я говорю правду!

— …в номере отеля с мужчиной…

— Другом.

— …и он вас при этом не трахает?

Она набрала воздуха и уже хотела ответить, но передумала. Губы ее сжались.

Дункан самодовольно улыбнулся.

— Я так и подумал.

Она сбросила его руку. Оказывается, все это время он сжимал ее плечо.

— Арестуете меня, детектив Хэтчер?

— Пока нет.

Она схватила сумочку и выбежала из комнаты.