Та еще семейка - Алексей Макеев

— Так точно. Можно сказать, под сценой. Наверху, значит, голые девицы пляшут, а внизу схрон.

— Наверно, Илляшевская накапливала такой солидный запас героина для дальнейшей транспортировки. Своим оставляла мелочовку: экстази в сигаретах и нюхательный порошок. — Карепанов затушил окурок в мраморной пепельнице. — Михайлова как информирует? Полимеев, какие у тебя сведения?

— Лейтенант Михайлова не успела все необходимое нам выяснить, товарищ генерал. Когда сообщила, что старший охранник в «Лилии» ее бывший муж Екумович, мы решили ее снять с задания. Ни в коем случае нельзя было рисковать. Екумович законченный подонок, мы выясняли его прошлое. Он недаром ушел из полиции. С ним никакое сотрудничество было невозможно. Но, конечно, мы не предполагали, что именно накануне операции Екумовича кто-то уберет. Даром предвидения, к сожалению, не обладаем.

— А надо обладать. Плохо проследили все связи, знакомства, ходы. Очень загадочное это убийство Екумовича, хотя и на руку нам. Кто мог его совершить так дерзко и неожиданно? Его напарник Зыков? Экспертиза определила: Зыков явился на работу через полтора часа после смерти Екумовича. Правда, время прихода называет сам Зыков. Других свидетелей нет.

— Зыков законченный бандит, — подтвердил мнение генерала Коломийцев. — Видит, полицией проводится спецзадание, выволакивает откуда-то «калашников» и готов дать очередь. Пьян был, конечно. Но не настолько же. Еще секунда, и опер…

— Капитан Сидорин, — подсказал Полимеев.

— …влепил бы Зыкову пулю. А что делать?

— Ну, влепил бы этот капитан пулю Зыкову. А кого допрашивать? С кем проводить следственную работу? Кокова отвечает за наркотики в «Золотой лилии». Илляшевская, получается, от всей истории в стороне. И мы ничего, по сути, не можем ей предъявить. По Салону аргентинских танцев то же самое. Транспортировку наркотиков осуществляли Пигачев и Стеценко, а директор и художественный руководитель Алимова вне преступной деятельности.

— И даже вне подозрений, — усмехаясь, добавил Коломийцев. — Такая благородная пожилая дама, дальше некуда.

— Короче говоря, — продолжал Карепанов, — отвечать перед законом, как у нас теперь обычно бывает, придется стрелочникам.

— Пигачев про свое руководство упорно молчит. Стеценко взять не успели. Он не был в салоне. А скрылся из своего дома.

— Это скверно, Василий Васильевич, — с досадой сказал Карепанов. — Считай большим везением, что Стеценко не предупредил Кокову или саму хозяйку.

— Стеценко в розыске. Между прочим, в мобильнике Пигачева зафиксированы звонки Любови Коковой. Еще по наркотикам у нас проходит ночной клуб «Гиссарская долина» с восточным рестораном, кальяном и девушками-таджичками. Затем ночной клуб «Королевство Фальтер». Фальтер — по-немецки «бабочка». Шикарная европейская обстановка, цветочная оранжерея, розы пятидесяти сортов. Самая дорогая роза «Глория Дей», двести долларов штука. Тоже эстрада, шоу, голые балерины. Представление вроде как у феминистского клуба, но балерины юноши…

— Ничего себе бабочки!.. — поджал сухой рот Карепанов. — Бесятся до опупения…

— Деньги крутят немереные, в основном — криминальные. Крышуют их депутаты — районные, городские, есть и повыше. Наркота проходит везде, работы у нас не убавляется. Африка, Средняя Азия, Кавказ без виз, почти без контроля заполняют потоками героина страну. Заведения такого рода, включая «Лилию» и «аргентинцев», приносят баснословный доход некоему гражданину Кипра, имеющему также украинское и румынское гражданства. Кто такой? В настоящее время имеются три варианта: Макар (он же Макаров), Маркар (он же Маркарян) и Мак-Карроу, английская… вернее, шотландская фамилия. Находится он сейчас на территории РФ или вне ее, неизвестно. Вот какие разработки по наркоте.

— Тем более границы у нас теперь относительные, — словно бы назидательно и с оттенком черного юмора добавил генерал. — Так что работайте, Василий Васильевич, со своими полицай-нюхачами, выявляйте. Работы море-океан, радуйся.

— Да радуемся, Сергей Никанорович, без работы не сидим. Даже спать иногда забываем. Только положение не меняется, в смысле уменьшения количества преступности, — заключил с довольно горькой интонацией полковник Коломийцев. — А вот еще интересные сведения. Расскажи, Полимеев.

— Это лейтенант Михайлова сообщила. Однажды, при ее нахождении в Салоне аргентинских танцев, она заметила одного человека. Раньше Михайлова случайно видела его в нашем управлении в полковничьем мундире. Насколько она знает, он приезжал с Петровки. Ваш сослуживец, Сергей Никанорович. А тут, в салоне, на нем был, конечно, штатский костюм, дорогой, парижской фирмы. Пришел этот модник к госпоже Алимовой и долго сидел у нее в кабинете.

— Мы запросили кого надо, — вступил, продолжая тему, Коломийцев, — могут ли у данного полковника (фамилию пока не называю) быть дела по оперативной работе с Алимовой Ануш Артуровной? Выяснили: по работе дел у него в салоне не имеется. Разве что пристрастие к латиноамериканской музыке и танцам. Напрашивается все-таки еще вопрос. Какой? А такой: не осуществляет ли сотрудник МУРа в звании полковника защиту Алимовой от обвинений в организованной преступности? Естественно, небезвозмездно.

— Думаешь, крышу держит над салоном? — раздумчиво произнес Карепанов. — Проверим. Напиши-ка мне ФИО этого полковника на бумажке.

— Не хотелось бы пока, Сергей Никанорович. А может, там ничего и нет…

— Это не твое дело. У тебя другая работа, — с суровой насмешкой сказал генерал. — Ты давай наркотрафики прослеживай и перекрывай. А цивильный любитель салона — наша работа. Доверяй, но проверяй. Ну, что — все на сегодня?

— Все. Если в расследовании будут новости, сразу позвоню, — вставая, пообещал полковник Коломийцев.

Встал вместе с ним и Харитонов, они пошли к двери.

— Ладно, держи меня в курсе, — сказал генерал, не меняя выражения на красноватом лице. — А вы останьтесь. — Он поманил Полимеева и Маслаченко. — Подсаживайтесь.

— Есть, — с готовностью поднялся и вытянулся Полимеев.

— Вот что я еще хотел узнать. Не так давно, я помню, у вас в округе происходило расследование самоубийства пенсионера, как-то связанного… вернее, пересекавшегося с «Золотой лилией». И, естественно, с Илляшевской. Что удалось выяснить?

— Очень запутанная история, товарищ генерал, — заговорил Полимеев, одновременно подумав: «Голова, Сергей Никанорович… Ну, память… Вот уж правда — специалист…»

— В чем запутанность? Не спеши уходить. Попробуем проложить логическую магистраль через все известные факты. Давай сначала. Тем более кроме наркотиков там ваша тема: убийства.

— Постараюсь, товарищ генерал, если получится. Живут два человека — супруги. Он, бывший сотрудник спецпредприятия, с прошлого лета пенсионер по выслуге лет. Она музыкант. Интересная дама лет за сорок. Живет с мужем в согласии. Хозяйственная, верная на первый взгляд женщина. Играет на аккордеоне в Салоне аргентинских танцев. Каким-то образом, по наущению якобы дежурной консьержки в их подъезде, жена этого пенсионера…