Код расплаты - Евгений Сухов

– Выход есть, – уверенно произнес Никодим. Отломив кусочек печенья, он энергично его зажевал и запил уже остывшим чаем. – У меня в запасе имеется еще одна программа, которую пока никто не засек. Могу тебе ее передать.

– Так в чем проблема? Давай! – расплылся в довольной улыбке Гуревич. – Свои люди, сочтемся. Если тебе нужен какой-то процент, так ты его получишь.

– Программу я разрабатывал для банка «Империал», слыхал о таком?

– Американский, что ли? Кто же о нем не слышал? Но вот никогда не думал, что в него можно попасть.

– Любую дверь можно открыть, важно только подобрать к ней нужный ключ.

– Это что-то вроде отмычки, что ли? – заулыбался Гуревич.

– Можно сказать и так… Я отыскал кое-какие слабые места в компьютерной защите и заложил туда пару закладок, они активизируются в тот самый момент, когда ты войдешь в банк, и перекачают тебе на диск счета пользователей, так что скачивай сколько влезет!

– Хорошее дело, – в задумчивости произнес Гуревич. – А если все-таки обнаружат?

– Исключено! Даже если предположить немыслимое и тебя обнаружат, деньги ты переведешь в офшорные счета, куда у американцев не будет доступа. А потом кто тебя искать будет в России? Америка – она через океан!

– Что ты за это хочешь?

– Отпусти Жанну. Чего ты мучаешь девчонку, она не при делах.

– Хорошо.

– Сделай это сейчас. Позвони своей пехоте! Пусть они отвезут ее домой.

– Настырный же ты парень! Ладно, так и быть. – Аркадий вытащил из кармана телефон, заговорил: – Вот что, Тимоха, лялька у тебя?.. Понимаю, что никуда не денется, просто уточняю… Хорошо себя вела? Я так и думал. Вот что, отпусти ее… Я уже договорился. И смотри, чтобы со всем почтением. Отвези прямо домой… Хочет в аэропорт? Отвези тогда в аэропорт… – Уложив телефон в карман, сказал: – Ну, вот и все, теперь твоя очередь.

– Только после того, как переговорю с Жанной.

Вздохнув, Слон сказал:

– Какой ты недоверчивый все-таки.

– У меня есть на это причины.

– Ладно, что с тобой поделаешь, – вытащив телефон, заговорил вновь: – Тимоха, Жанна рядом?.. Дай ей трубку. – Говори, – протянул он телефон Никодиму.

– Никодим, прости меня, – услышал Панкратов плачущий голос девушки. – Я сама во всем виновата. И с Гуревичем и в другом…

– Не надо ничего объяснять, Жанна, я все знаю.

– Я знала, что ты догадаешься.

– Лучше ответь, с тобой все в порядке?

– Да… Со мной все в порядке. Через четыре часа я улетаю в Америку. Прощай…

Никодим вернул телефон.

– Ну а теперь что скажешь?

Протянув флеш-карту, Никодим сказал:

– Владей. Если чего-то не поймешь, там написано, что делать следующим шагом. Программа несложная, она сама за тебя все делает, твое дело только набирать номер счета и переводить деньги на свой адрес.

– Приятно иметь с тобой дело, – сказал Гуревич, упрятав флеш-карту в карман. – Большинству людей нужно дать по зубам, чтобы они догадались, чего от них требуется, а ты просто на лету все ловишь. Голова! Пойду! – поднялся он из-за стола. – У меня еще полно разных дел. Да вот еще что, провожать не нужно. Доберусь как-нибудь сам.

Гуревич вышел из квартиры, энергично застучав каблуками по кафельным ступеням.

– Ты думаешь, получится?

– Я очень на это надеюсь. – Устроившись за компьютером, весело сказал: – А теперь давай поставим последнюю точку! Значит, ты говоришь, что завтра собирается саммит двадцатки?

– Да. Заседают в Берлине.

– Весьма интересно. Всегда любил нестандартные задачи.

* * *

– У меня такое впечатление, что мы с тобой прожили не три дня, а целую жизнь, – произнесла Дарья.

Никодим устало откинулся на спину стула: он пришел из мира киберпространства и вернулся в реальную вселенную. Не так уж она плоха, рядом с ним находилась девушка, которой он дорожил.

– У меня тоже такое чувство. Как будто бы я тебя знаю очень давно. Послушай, – взволнованно продолжал Никодим, – может, сейчас не самое подходящее время, но у нас с тобой все получается, может быть, нам вместе как-то…

Прозвеневший телефонный звонок прервал разговор. Дарья, посмотрев на экран телефона, невольно покачала головой, вспомнив, что за это время ни разу не позвонила матери.

– Это мама, я должна ответить, – сказала Дарья. – Извини.

– Не извиняйся, – отвечал Никодим, – не буду мешать, я пока поработаю за компьютером, нужно еще кое-что проверить.

Никодим вновь застучал по клавиатуре, погрузившись в мир цифр, позабыв о том времени, в котором пребывал.

– Здравствуй, мама.

– Здравствуй, доченька, как ты там? Когда приедешь, – спрашивала мать, – я вся извелась. С тобой все в порядке?

– Мамуля, со мной все в порядке. Просто… просто сейчас очень мало времени. Нужно сделать срочную работу.

– Понимаю, ты у жениха, скажи мне откровенно. Пытаешься наладить свою жизнь? Так ведь? Что же еще может интересовать молоденькую красивую девушку?

Посмотрев на Никодима, сидящего за компьютером, уверенно отвечала:

– Ты, как всегда, права, мама.

– Ну, тогда я все понимаю, сама была молодой. Борись за свое счастье и ни за что не сдавайся, я буду держать за тебя кулаки! Приезжай, как только уладишь все свои дела, мы тебя ждем.

– Хорошо, мамуля.

Вот, кажется, и все, одна проблема утрясена. Все-таки хорошо иметь понимающую мать.

* * *

Едва Донан Гольдберг вошел в кабинет, как Обрайн по его сияющему лицу тотчас догадался, что произошло нечто знаменательное.

– Мы его засекли! – воскликнул Донан.

– Кого? – обескураженно произнес Обрайн и сразу же осознал несуразность вопроса.

– Хакера! Он находится в России. В Москве! Мы знаем даже район и дом, с которого он выходит в наш банк.

– Ты не ошибся? – остудил Обрайн холодным тоном восторженность Гольдберга.

– Ошибки быть не могло, мы вычислили линию, с которой он выходил, а засечь его не составляет труда. Пустили по его адресу вирус, который перекачал для нас все его личные данные. У нас есть его фотографии, – протянул он несколько снимков.

– Великолепная работа, – похвалил Обрайн, забирая карточки.

– Мы старались.

– Блокировать программы не стали?

– Нет, – отрицательно покачал головой Гольдберг, – он мог бы заподозрить.

– Тоже верно, – рассудил Обрайн.

Взглянув на распечатанную фотографию, Анри Обрайн невольно хмыкнул. Значит, именно этот человек, шесть дней державший руководство страны в наивысшем напряжении, и являлся нешуточной угрозой мировому финансовому коллапсу. Конечно, он не физиономист и не способен только по одной фотографии определить характер человека, но все-таки он ждал нечто иное, полагал, что черты лица будут более благородными. Да и на рисунок, оставленный Бернардом Майклсоном, не очень-то и похож.