Убить легко - Агата Кристи

– Это она расторгла помолвку с ним. Вышла довольно неприглядная история, скажу я тебе.

И он вкратце передал все, что поведала ему мисс Уэйнфлит. Бриджит удивленно уставилась на него:

– И это сделал Гордон?

– Да, как видишь, даже в те годы он, должно быть, был уже ненормальным!

Бриджит поежилась и пробормотала:

– Все эти годы… все эти годы…

– Может быть, на счету лорда Уитфилда гораздо больше жертв, чем нам известно. И только целая цепочка смертей за последнее время привлекла к нему внимание! Неизменный успех явно ослабил его осторожность!

Бриджит кивнула. Она немного помолчала, размышляя, потом произнесла:

– Что именно сказала тебе мисс Пинкертон тогда, в поезде? С чего она начала свой рассказ?

– Она сказала, что собирается в Скотленд-Ярд. Упоминала местного констебля. Объяснила, что он очень славный малый, но ему не справиться с расследованием всех этих убийств.

– Она с этого начала?

– Да.

– Продолжай.

– Потом сказала: «Вы, я вижу, поражены. Я сначала тоже не могла в это поверить. Я подумала, что у меня просто разыгралось воображение».

– А потом?

– Потом я спросил ее, уверена ли она, что это не просто ее разыгравшееся воображение, на что она ответила совершенно спокойно: «Я могла ошибиться в первый раз, но никак не во второй и тем более не в третий. Тогда я убедилась, что это не случайности, а убийства».

– Потрясающе, – промолвила Бриджит.

– Разумеется, я подбодрил ее – сказал, уверен, что она поступает правильно. Но тогда я ей не поверил, как и тот Фома неверующий.

– Понятно. Нетрудно чувствовать свое превосходство, когда слышишь такое. Я ощущала примерно то же самое, когда бедная овечка предупреждала меня! О чем она говорила потом?

– Дай подумать… О! Она упомянула случай с Аберкромби. Ну, знаешь, с тем уэльсским преступником. Сказала, что не верила, будто преступник смотрит на жертву как-то по-особенному. Но теперь верит, поскольку видела этот самый взгляд сама.

– Повтори, как она это говорила?

Люк задумался, сдвинув брови.

– О, очень приятным голосом: «Я тогда не поверила, когда читала об этом, но так оно и было, это правда!» Я спросил: «В чем правда?» Она ответила: «Насчет особого взгляда». И боже мой, Бриджит, то, как она это сказала, совершенно поразило меня. Ее тихий голос и лицо – словно она видела нечто настолько ужасное, что невозможно передать словами.

– Расскажи мне обо всем подробно!

– А потом она назвала жертвы: Эми Гиббс, Картера и Томми Пирса, еще сказала, что Томми был несносным мальчишкой, а Картер – пьяницей. И добавила: «Но теперь… вчера… это был доктор Хамблби… такой замечательный человек… такой хороший человек». Но если бы она пошла к Хамблби и все ему выложила, он бы не поверил ни одному ее слову и поднял на смех.

Бриджит глубоко вздохнула.

– Теперь понятно… – сказала она.

Люк посмотрел на нее.

– В чем дело, Бриджит? О чем ты думаешь?

– О том, что однажды сказала мне миссис Хамблби. Интересно… нет, неважно… продолжай. Что именно она сказала тебе под конец?

Люк почти точно повторил слова пожилой леди – они произвели на него сильное впечатление, и он хорошо их запомнил.

– Я заметил, что не просто совершить столько преступлений и остаться вне подозрений, а она возразила: «Нет-нет, мой дорогой мальчик, тут вы ошибаетесь. Убивать легко – до тех пор, пока вас никто не заподозрит. И, видите ли, тот человек, который совершил эти убийства, заслуживает подозрений меньше всего…»

Он замолчал. Бриджит поежилась и произнесла:

– Легко убивать? Ужасно легко… вот уж точно! Неудивительно, что эти слова застряли у тебя в голове. Я их тоже буду помнить… всю свою жизнь! Человек вроде лорда Уитфилда… О! Ну конечно же, легко!

– Но уличить его будет сложно, – сказал Люк.

– Ты так считаешь? У меня есть одна идея, как помочь тебе.

– Бриджит. Я тебе запрещаю…

– Ты не можешь. Нельзя оставаться в стороне и ничего не делать. Это касается и меня, Люк. Возможно, это опасно. Да, я это признаю, но должна сыграть свою роль до конца.

– Бриджит…

– Это касается и меня, Люк! Я приму предложение мисс Уэйнфлит и остановлюсь в ее доме!

– Моя любимая, я заклинаю тебя…

– Это опасно для нас обоих. Я знаю. Но это касается нас с тобой, Люк, – нас двоих!