Ловушка для опера - Алексей Сухаренко

Язычок пламени высветил большой отопительный котел и разводку труб. Оперативник прошел немного вперед, и неожиданно осветил человеческую руку, прикованную металлическими наручниками к одной из труб. Рядом на стене появился долгожданный выключатель, и испуганный неожиданной находкой, Бодряков поспешил на него нажать.

Перед ним, прикованный одной рукой к металлу, лежал Городецкий Борис Семенович. Точнее было бы сказать – то, что осталось от внешности, когда – то принадлежащей удачному бизнесмену. Лицо – сплошная гематома, на груди следы от ожогов. Сергей Иванович пытаясь нащупать пульс дотронулся до его шеи. Городецкий вздрогнул и застонал. Его глаза полные животного страха уставились в Бодрякова.

– Кто Вы? – прохрипела жертва.

– Не узнаете Семен Борисович? Это я капитан Бодряков. – представился оперативник, все еще поражаясь увиденному.

– А Эдика Вы арестовали? – на лице отчима его сына вырисовывалось подобие надежды.

– Нет. А за что его арестовывать? – притворно удивился Бодряков.

Ответом ему был стон отчаяния.

– Вы что не видите, что он со мной сделал?

– Как Ваш телохранитель? – продолжал свою игру Сергей Иванович – Объясните. Я ни чего не пойму.

– Может Вы меня освободите, и мы обсудим это в другом месте? – напомнил о своем положении Городецкий.

– Да конечно – «опомнился» Бодряков – Вас давно уже ждет мать – Бутырка.

Он прошелся по подвалу, и найдя на верстаке ножовку вернулся к пленнику.

– А пока я буду Вас освобождать, Вы мне по порядку все расскажите как до такой жизни докатились – Бодряков начал примеряться ножовкой к стали наручников.

– Может немного после – жалобно попросил Городецкий.

– Вы очень не благодарный человек Борис Семенович. Если бы не я, неизвестно остались бы Вы живы – оперативник приостановился с работой, как бы раздумывая стоит ли ему вообще этим заниматься – К тому же я очень любопытной, и не смогу эффективно работать если мое любопытство не удовлетворено.

– Хорошо – Борис Семенович понял недвусмысленный намек милиционера – С чего начать?

– Начните с шифра, Вы его передали Эдуарду?

– А Вы и без меня много знаете – усмехнулся разбитыми губами Городецкий – Да передал, да только ошибся в последней цифре. Результат Вы видите. Потом дал «правильный». Теперь они вылетели к сейфу, а когда снова не получат доступа, вернутся опять меня пытать.

– Вы наверно мазохист или так любите деньги? Почему же не дали правильный шифр? – удивился оперативник.

– Если бы дал правильный шифр, то был бы уже мертв. А так, вот Вас хоть дождался.

– Кто украл Максима? – задал очередной вопрос оперативник.

– Так не было ни какого похищения. Все это придумано с одной целью узнать шифр от сейфа – в очередной раз горько усмехнулся пострадавший.

– И кто же продумал такую комбинацию? Ваш теловредитель?

– Эдик безмозглое существо. Он может только применять силу. Это похоже на мою женушку. Только Надя, с ее цинизмом и беспринципной прагматичностью способна на такое – услышав ответ Городецкого Бодряков так опешил, что даже перестал пилить.

– Вы хотите сказать, что попались на уловку своей собственной жены? – требовал пояснения оперативник.

– Ну так Вы же то же попались? Иначе зачем Вы ей пытались помочь? – вопросом на вопрос ответил Городецкий.

– У меня совсем другой случай – отмежевался от него Бодряков.

– Что сына выручали? – огорошил его отчим Максима.

– Допустим – как можно увереннее ответил Сергей Иванович.

– И Вы впрямь поверили этой сучке? – Гродецкий посмотрел на наивного оперативника.

– А Вы, что считаете Максима своим сыном? – пытался прояснить создавшуюся ситуацию оперативник.

– Конечно. Разве бы я за чужого ребенка рисковал своей жизнью с побегом? – твердо и с вызовом заявил Городецкий.

– Так откуда Вы знаете, что похищение было разыграно? – ушел от этой темы оперативник, полагая, что переубеждать Бориса Семеновича не стоит.

– Так «шкаф» и не скрывал этого – явно про Эдуарда говорил Городецкий – сразу от Бутырки он привез меня в этот подвал, пристягнул к трубе, и прежде чем начать издевательства, предложил назвать шифр, сказав, что с сыном все в порядке, и даже если бы я не вышел и не назвал из тюрьмы шифр Максиму все ровно бы ни чего не угрожало. Он сказал, что шифр нужен ему.

– Так это он Вам сказал про Надежду? – Бодряков ни как не мог понять почему Городецкий отнес именно к матери его сына авторство этого сценария с похищением.

– Нет, но я знаю, что он как пес был ей предан. Не мне. Ей. И такие комбинации, самостоятельно, в его голове это нонсенс. – уверено отстаивал свою позицию бывший хозяин Эдуарда.

Освободив Городецкого от наручников, Бодряков, поддерживая ослабленного пленника стал выбираться на выход.

– А как Вам в голову пришел такой гениальный план с побегом? – поинтересовался не менее важным для себя вопросом Сергей Иванович – Или может это гений Харчевский так отработал свой гонорар?

– Илья Ильич слишком трусливый что бы придумать такое – сразу отсеил адвоката Городецкий, это собственное ноу-хау.

Они вышли из дома и стали спускаться по ступенькам. В этот момент Бодрякову показалась, что где-то хрустнула веточка. Борис Семенович дернулся назад, словно испугавшись этого звука, а потом стал медленно сползать на землю.

– Что за черт? – недовольно поморщился оперативник, который уже с трудом удерживал, тянущего его за собой к земле Городецкого.

Мимолетного взгляда на бывшего финансиста и на бьющий из его груди фонтанчик крови было достаточно, что бы определить снайперский выстрел. Оперативник всмотрелся в лицо хрипящего Городецкого.

– Шесть… – запузырилась кровь у рта Бориса Семеновича, и тело обмякло.

Отпустив мертвое тело, Сергей Иванович, рванулся за спасительную стену дома. Пригнувшись, что бы не попасть в возможный радиус обстрела, используя дом как заградительный заслон между ним и снайпером, он перелез через забор и впрыгнув в машину, рванулся с места.

«Хорошо, что машину не поставил у ворот» – стали пробиваться первые, и не самые подходящие, для данной ситуации мысли.

Въехав в Москву, и определив, что хвоста за ним нет, он достал телефон и позвонил в УВД Московской области, и сообщил о убийстве гражданина Городецкого Бориса Семеновича.

– Кто сообщил? – раздался наивный вопрос коллеги.

– А может за тебя еще зарплату получить? – разозлился оперативник и отключился.

Перед его глазами еще раз пробежала картина смерти финансиста, и его последнее слово.

«Не ужели он назвал мне последнюю цифру банковского кода?» – не знал как отнестись к получению столь ценной информации оперативник.