Черри - Мишель Франсис

Выйдя из машины, она сразу поняла, что поступила правильно. Солнце пригревало так ласково, и она видела тени на тротуаре, которых не было уже несколько недель. Так давно, что они казались странными ее глазу, словно какая-то экзотика. Это приподняло ей настроение, которое на несколько месяцев застыло в вечно подавленном состоянии. Встреча с представителями канала прошла хорошо, они прочли сценарий и остались довольны. За полгода их интерес к проекту не угас, и они хотели увидеть вторую черновую версию как можно скорее. Если сценаристка учтет все замечания, которые обсуждались сегодня, Лора могла надеяться на зеленый свет.

Солнце и свежий воздух хорошо сказались на ее самочувствии, но головная боль все не проходила, угрожая взорваться мигренью. До случая с Дэниелом у нее никогда не бывало мигреней, но сейчас они исправно посещали ее каждый месяц. Она полезла в сумочку в поисках таблеток, которые всегда носила с собой, но упаковка оказалась пустой. Зная, что, если мигрень настигнет ее, боль будет неумолимой, Лора заскочила в аптеку. Она встала в очередь, разглядывая лекарства на полках за спиной аптекарши, пока не нашла то, что ей было нужно. Подошла ее очередь. Девушка в очереди перед ней обернулась. Это была Черри.

Лора не видела ее несколько месяцев, и ее внешний вид шокировал ее. Она осунулась, побледнела, под глазами появились мешки, а сияние, которое Лора отметила в первый раз, когда увидела ее, в тот самый день, когда подглядывала за ней в окно агентства, это сияние потухло.

Черри оправилась первой.

– Здравствуйте, Лора.

– Здравствуй, Черри.

Две женщины, связанные одним мужчиной, постояли, не зная, как относиться друг к другу.

– Кажется, пришло время нам поговорить, ты согласна? – сказала Лора.

Они зашли в оживленную кофейню, место шумное и безличное. Едва они успели занять место в очереди, Лора успела пожалеть, что позвала Черри. Что им было сказать друг другу? Она испытывала к ней сильную неприязнь, но в то же время ей хотелось знать, как проходили ее визиты к Дэниелу. Она просто поговорит с ней и успокоит свои подозрения – что на ее присутствие он так же не реагирует, как и на их с Говардом, после чего попрощается и уйдет.

Они нашли столик, на котором были рассыпаны песчинки сахара, и Лора смахнула их на пол бумажной салфеткой. Они присели. Черри разглядывала в окно прохожих и явно была не в настроении первой начинать разговор. Лора понаблюдала за ней.

– Ты разве не должна быть сейчас на работе?

Вопрос прозвучал жестче, чем она хотела, как будто она обвиняла ее в чем-то. Черри посмотрела на нее в упор и затем отпила свой чай, не торопясь с ответом.

– У меня выходной. Я работаю по субботам.

Лора пристыдилась и задумалась.

– Но сегодня четверг, ты навещаешь Дэниела.

– Да.

– То есть ты специально приезжаешь в Лондон.

Черри рассердилась сразу по двум причинам. Во-первых, Тутинг тоже был Лондоном, хоть и окраиной, и во-вторых, конечно, она приезжала к нему.

– Да, Лора. Я его девушка.

Они помолчали, и Черри продолжила смотреть из окна.

– Какие у тебя впечатления от… посещений? – спросила Лора.

Черри пожала плечами.

– Думаю, что я ему надоела со своими разговорами об аренде.

– Ты считаешь, он слышит?

– Не знаю. Иногда – да.

Лора подскочила.

– Что? Он что-то сделал?

– Нет. То есть я не хотела создавать ложное впечатление, это скорее просто чувство. Он всегда отличался своим интересом ко всему и вся, чтобы теперь вдруг перестать слушать, – ее глаза заволокло слезами, и Черри быстро вытерла их. – Они ведь не знают, когда он проснется?

– Нет.

– Я скучаю по нему. – Ее голос был таким тихим, таким потерянным, что Лорино сердце сжалось на долю секунды.

Черри взяла себя в руки.

– Извините, я знаю, что вы тоже. – Она наклонила голову, повертела в руке ложечку и снова посмотрела на Лору. – И мне жаль, что я увезла его, тем более в ваш праздник. Если бы я только могла повернуть время вспять…

Вдруг она заплакала, в голос, ни от кого не таясь. Лора смотрела на нее в шоке, и когда начали обращать внимание другие посетители, она схватила бумажную салфетку и сунула ее Черри.

– Держи. Вытри слезы.

– Простите, мне правда очень жаль… – Ей как-то удалось остановить рыдания. Лоре показалось, что Черри теперь выглядела еще более растрепанной, чем до этого. – Иногда, – продолжала она, – иногда мне кажется, что я вот-вот развалюсь на части и буду находить отвалившиеся куски под ногами, – она неуверенно улыбнулась.

Лора не сводила с нее глаз. Она не знала, что и думать об этой раскаивающейся, горюющей Черри. Лора ей не доверяла. Это была та же самая девушка, что ложью и манипуляциями пробралась в их жизнь, бросилась в бассейн и сказала всем, что Лора толкнула ее, намеренно испортила ей день рождения и увезла ее сына в поездку, которая довела его до больничной койки на долгие пять месяцев. Но Черри выглядела не на шутку расстроенной. Может, у нее все-таки была совесть.

– Мне кажется, тебе стоит пойти домой.

– Не могу. Я жду шести часов.

То есть часа, с которого Лора разрешила ей видеться с Дэниелом.

– Я уверена, он не будет возражать, если ты пропустишь один день. Позже все равно придет Говард.

– Я не могу, я…

– Скажу честно, Черри, ты выглядишь ужасно. Иди домой, прими ванну, отдохни. А лучше возьми отпуск. Когда ты в последний раз была в отпуске?

– Что вы хотите сказать?

– Отдохни недельку. Смени обстановку. Отдохни от мыслей о Дэниеле.

– Я всегда о нем думаю.

Лора начала выходить из себя, чувствуя, что ее сострадание иссякает.

– Да боже мой, езжай куда-нибудь в теплые края. Возьми отпуск. Дэниел наверняка будет в том же состоянии, когда ты вернешься.

– Вы думаете?

Она нехотя кивнула.

Черри вяло улыбнулась.

– Может быть, вы и правы. Отпуск мне бы не повредил.

Лора кивнула и встала.

– До свидания, Черри.

– До свидания, Лора.

Черри проводила Лору взглядом и, когда та скрылась в толпе, решила взять себе шоколадное пирожное. В конце концов, ей было что отпраздновать. Это правда, что она была на пределе. От больниц, от ожидания, от неизвестности у нее начались проблемы со сном, и ей прописали снотворное, которое сперва помогало, но делало ее вялой. В самом начале она ужасно скучала по Дэниелу. Ведь он стал огромной частью ее жизни, и они столько времени проводили вместе. Но время шло, и тоска перестала относиться к нему самому. Она скорбела по своей новой жизни, по их… ее будущему. Все резко изменилось, когда он попал в больницу. Не стало ужинов в хороших ресторанах, ночевок в его роскошной квартире, хотя на работе она узнала, что его родители продолжали платить за нее, потому что отказаться – значило бы признать, что Дэниел не вернется. Черри содрогалась при каждой мысли о том, что такое красивое, дорогое место простаивает почем зря пустым и некому ему порадоваться. Ей даже машину пришлось вернуть, когда Говард приехал из Уэльса. Он позвонил ей на работу и попросил оставить машину у дома и опустить ключи в почтовый ящик. Она стала просить Дэниела поторапливаться и выходить из комы, чтобы вернуться наконец к жизни, которую она для них задумала. Но прошло пять долгих месяцев, и ничего не менялось. Черри исправно навещала его два раза в неделю, хотя легко могла придумать оправдания и увильнуть от этой обязанности, но предпочла не делать этого, и эти бдения начали сказываться на ней. Она стала задаваться вопросами, как долго можно оставаться с человеком, который не реагирует на нее ни в каком виде. Черри была молода, у нее были планы, и чем дольше она просиживала у его кровати, тем чаще задумывалась, какие возможности упускает. Она рассчитывала получить предложение через четыре месяца – год со дня их знакомства, а в противном случае (все указывало на то, что этого уже не произойдет) ей придется начинать все сначала. От таких мыслей Черри впала в уныние, оплакивая то, что могло бы быть. Она была слишком умна для такого. Ей надоело. Ей приходилось много работать, чтобы поддерживать свой имидж, и она чувствовала себя в западне. Она не могла все бросить, потому что без работы потеряет квартиру, а это значит – снова Кройдон. Она могла бы найти другую работу, но здесь она продержалась всего один год, и это будет плохо выглядеть в резюме. Что было ей жизненно необходимо, так это пауза, возможность отдохнуть, набраться сил, посмотреть на свою жизнь свежим взглядом. Но она не хотела просто пропасть на две недели в Мексике и вернуться две недели спустя отдохнувшей и загорелой, чтобы Лора не сочла ее черствой. Однако теперь ей дали разрешение. Черри улыбнулась. Слезы пришли как нельзя кстати.