Побег в пустоту - Дарья Кожевникова

— Анж? — Влад застал ее за этим занятием.

— Что не спим? — поинтересовалась Лика, оглянувшись. — Или тоже вспомнил про прекрасные лица друзей?

— Они мне не друзья. Так… — он покосился на аппаратуру. — Что ты собираешься делать с этими записями?

— Просто сохранить на память. В том случае, если они снова не надумают здесь появиться. Потому что если появятся — пеняйте на себя, и ты, и они.

— Не появятся, — он мрачно вздохнул. — Теперь не тебе, а мне стоит ждать от них неприятностей.

— Ну извини, что уже дважды твою затею сорвала, — иронично хмыкнула Лика, вынимая флешку. Отошла от мониторов, развернулась к нему лицом. Как это было странно! Она стояла перед ним, огромным и сильным. И не боялась его, даже несмотря на то, что в руках у нее сейчас был компромат на его… не друзей, нет — дружков. Который он наверняка бы предпочел уничтожить. Но Лика даже мысли не допускала, что он сейчас может вырвать флешку у нее из рук. Ванька мог! И вырвать, и избить, и испинать уже упавшую на пол! А этот, хоть и подличает у нее за спиной потихоньку, но все же за время их совместной жизни даже грубого слова ни разу ей не сказал. И Лика была уверена, что не только ее деньги тому причиной! Просто у Влада совсем другая натура. Чувствуя, как улетучивается ее злость на него, она привычно положила руку ему на грудь.

— Анж! — Он обхватил эту ее руку обеими своими и начал целовать. Пальцы, ладонь, запястье. — Ну что с нами происходит? Почему мы с тобой начали отдаляться друг от друга?

«Да потому, что ты мечтаешь лишь о безбедной жизни. А я, как всякая женщина, даже тогда, когда сама себе в этом не признавалась, никогда не переставала мечтать о настоящей любви. О той, которой ты, дружок, недостоин», — грустно подумала Лика. Но не стала возражать, когда Влад подхватил ее на руки. Пусть! Клин клином. Вот только пусть попробует хоть раз, хотя бы что-то еще сказать против Федьки! Тогда ему точно будет несдобровать! А до тех пор его вполне можно терпеть. И не только терпеть, а временами даже и восхищаться, как любым удачным творением природы, при этом не поленившимся еще и поработать над собой, чтобы стать еще лучше. Ах, вот к этому творению да еще и подлинную бы душу, и настоящий мужской характер! Ведь кто он был без этого? По большому счету — просто большой эгоистичный ребенок. Что, впрочем, не мешало ему быть прекрасным любовником. Только бы Лике не забыться в первобытном экстазе и не назвать его сейчас совсем другим именем! Закрыть глаза, но помнить при этом, что перед ней сейчас Влад. Влад, а не Сергей!

Лика сдержалась, сумела не потерять над собой контроль этой ночью. Однако это мало помогло, потому что утром, перед завтраком, когда они, все трое, уже собрались в столовой, у Федьки зазвонил телефон.

— Да, дядь Сереж! — мгновенно среагировал просиявший мальчишка.

У Лики, накрывавшей в это время на стол, в руках предательски звякнула стопка тарелок. Все ночные подвиги Влада были разом забыты. Она замерла, глядя на Федьку с его трубкой и пытаясь уловить хотя бы обрывки доносящихся оттуда фраз. Голос! Просто слышать его голос. Это ли уже не было счастьем?

— Анж! — Влад напомнил ей о себе, забрав у нее тарелки. — Опять он звонит? И вот скажи еще, что этот урод не портит нам жизнь!

— Сам ты урод! — окрысился на него Федька, окончивший разговор и услышавший эти в сердцах вылетевшие у Влада слова. И даже вчерашний диск мальчишку не подкупил! — Вот если бы дядя Сережа жил с нами вместо тебя!

— Федя! — Лика решила, что нужно вмешаться, но было поздно. Тарелки снова жалобно звякнули, когда Влад почти швырнул всю стопку на стол. Развернулся к Федьке, пылая от гнева. Но мальчишка и не подумал отступать, так что пришлось Лике вклиниться между ними. И, глядя Владу в глаза, предупредить:

— Попробуй только, хоть пальцем его тронь!

Несколько секунд Влад стоял перед ней, тяжело дыша. Потом резко развернулся и вышел из столовой, хлопнув дверью.

— Федька, — проводив Влада взглядом, Лика развернулась к мальчику. — Ну зачем же ты так? Видишь, что ты натворил?

— Ну и пусть валит на все четыре стороны! Нечего было обзывать дядю Сережу!

— Как же с вами тяжело, — вздохнула Лика. — Ладно… Чего он звонил-то?

— Он мне вчера обещал, что поможет сделать уроки на понедельник.

— А ко мне ты что, с этой просьбой не мог обратиться?

— Мог, — несносный мальчишка помолчал, а потом выдал: — Я бы и без всякой помощи мог их сделать, сам.

— Так что же ты тогда озадачиваешь человека? Зачем?

И что было спрашивать? Ведь сама же уже прекрасно знала ответ!

— Затем. Просто мне нравится, когда он рядом. И особенно когда все мы вместе. Он, ты и я. Без твоего Влада.

— Федька, да ведь ты его знаешь без году неделя!

— А помнишь, когда ты только из детдома меня забрала? Мы с тобой еще сидели в кафешке, и ты мне говорила про постоянные и временные варианты людей. Так вот, Влад твой временный. А дядя Сережа не такой. Я это знаю, потому что тоже разбираться в людях умею! И неважно, кто сколько времени с кем знаком. Ты же сама это тоже тогда говорила!

— Говорила, но совсем в другом смысле. Про взрослых и детей.

— Да какая разница?

— Большая. Федь, чтоб ты знал: даже если бы я с Владом рассталась, с дядей Сережей я все равно не стала бы жить. Понимаешь? Нет!

— Да почему?! — у Федьки аж губы дрогнули. — Он же хороший! И любит тебя, между прочим! Не так, как твой Влад! А по-настоящему!

Тут Лике отчитать бы мальчишку, чтобы не лез не в свои дела! Но при этих словах у нее сердце забилось сильнее. И, проглотив образовавшийся в горле ком, она поинтересовалась:

— Ты-то с чего это взял?

— С того. Я у дядь Сережи фотки ваши смотрел. Там, где вы еще совсем молодые и где он держит тебя на руках. И другие тоже…

Опять эта жизнь, о которой Лика знать ничего не знает! Ее несуществующее прошлое! Фрагмент из которого Федька хотя бы видел, а ей и этого было не дано! Оставалось только выкручиваться, как будто она понимает, о чем идет речь!

— Федь, то, что парень берет девушку на руки, еще ни к чему никого не обязывает. И было это давным-давно, за это время многое изменилось. Теперь это делает Влад.

— Да, он таскает тебя иногда на руках! Но никогда при этом так на тебя не смотрит! А дядя Сережа — да! До сих пор! И все время спрашивает о тебе.

— Что именно? — тут Лика насторожилась.

— А все! Ему все про тебя интересно, ты понимаешь?

«Я-то понимаю, сынок! А вот ты даже не догадываешься, что своей болтовней однажды — не специально, конечно! — можешь подвести меня под монастырь! Что, если только он угадает правду, то будет мне беспощадно мстить за нее!»

— Лика, ну что ты? — Федька тронул ее за руку, заглядывая в омрачившееся лицо.