Пояс Ориона - Татьяна Устинова

– Зачем?! Я на автобусе! – перебил Родион, но тут в трубке ответили, Тонечка махнула на него рукой и заговорила совершенно другим тоном, елейным:

– Галина Сергеевна, здравствуйте, это Антонина Герман. Как вы поживаете? Спасибо, мы тоже. Мы тут все поговорили и решили взять Бусинку. Вы нам её отдадите? Тогда сейчас приедет Родион, привезёт предоплату, чтоб вы больше её никому не предлагали, а мы днями собаку заберём? Что?.. Конечно, конечно, и договор подпишем, а как же? Хорошо, разумеется, мы все пройдём ваш инструктаж! Нет, маленьких детей у нас нет. Да, он уже едет.

И нажала кнопку отбоя. Родион переминался с ноги на ногу.

– Значит, поедешь на такси, – продолжала Тонечка прежним командирским голосом. – Машина будет тебя ждать у подъезда. Никаких автобусов!.. Вежливо поздороваешься и вежливо попрощаешься. Хозяйку зовут… как?

– Галина Сергеевна, – выпалил Родион.

– Вот именно. Ко взрослым нельзя обращаться «Эй!», это крайняя степень бескультурья! Делай всё, как она скажет. Разуешься, пройдёшь осторожно, собаку на руки возьмёшь аккуратно.

– Да, да! – вскричал Родион, гарцуя от нетерпения. – Я всё понял! Я побежал!

– Подожди, я такси не вызвала!

– Может, я на автобусе всё-таки, а?.. Ну, быстрее будет, чесслово!

– Никаких автобусов, – отрезала Тонечка. Гопники авторитета Сутулого не шли у неё из головы. – У меня будет номер машины и маршрут, я всё время буду видеть, где ты.

Он понял это по-своему, дёрнул шеей и сузил глаза:

– Не брал я никаких ваших карточек, понятно?! И деньги ваши мне не нужны! На, забери лучше!..

– Я не буду с тобой препираться, – не растерялась Тонечка. Она умела разговаривать с подростками. – Один раз тебе уже надавали по шее в этом городе. Вон под глазом фингал! Второго раза я не допущу. Машина пришла, пойдём.

Родион сунул деньги во внутренний карман куртки и поплёлся за ней. Вид у него был пристыженный.

Она подтолкнула его вперёд, подождала, когда машина тронется.

– Ну вот, – сказала она себе. – Теперь у нас, кажется, есть собака.

Позвонила Настя и доложила, что как только они поднялись на второй этаж, как раз, где выставка «Красная Атлантида», мальчик Родион сбежал.

– Мам, я ничего не поняла, – взволнованно рассказывала Настя в трубке. – Он что-то такое проблеял и смылся! Данька говорит, что не нужно тебе звонить, а я считаю, что нужно!

Тонечка знала такую особенность своей дочери – если уж та принималась опекать «несчастных», то делала это вдохновенно и с восторгом. Родион оказался таким «несчастным» – бедный детдомовский ребёнок, брошенный негодяями-родителями, – и Настя теперь за него отвечает.

Тонечка объяснила, что встретила Родиона возле отеля и услала его под делам.

– По каким делам? – подозрительно спросила дочь. – Мам, у вас там какой-то заговор Фиеско в Генуе, что ли?

– Какие ты слова знаешь! – восхитилась Тонечка. – Нет никакого заговора, а просто дела.

– Мам, а кто у него родители?

Тонечка вздохнула.

– Толком не знаю. У него очень рано умерла мама, остался дядя, мамин брат. И почему-то этот дядя взялся его искать только сейчас. Саша ему помог.

– А он с нами будет жить?

– Не говори глупостей, Настя.

– А где он будет жить? – продолжала дочь в трубке. – И кто его побил? Он же весь побитый, когда смеётся, морщится даже.

– Настя, ты в музее? Вот иди, изучай быт помещика девятнадцатого века, тебе для этюда нужно! А потом мы обо всём поговорим.

– Когда потом-то?… – пробормотала недовольная дочь, но тем не менее от Тонечки отвязалась.

Поднимаясь по ступенькам «Шератона», Тонечка думала, что дочь у неё хороший человек. Не слишком лёгкий в общении, а в быту так вообще свинья свиньёй – тут нежная мать улыбнулась, – но хороший, добрый, прямой человек!

…Заговор Фиеско в Генуе, надо же! Не иначе Данька что-то излагал, а она запомнила!..

Этот заговор вдруг направил её мысли совершенно в другое русло.

…А ведь действительно! Почему Кондрат Ермолаев столько лет племянником не интересовался, и вдруг – на тебе! Принялся искать! И Мишаков тогда, в подворотне, спросил мальчишку, как звали его мать, и когда мальчишка сказал, подполковник сразу поверил, что он и есть племянник.

…Какое-то странное имя назвал Родион! Моника или Ванда…

Александр Герман сказал, что не знает, как Кондрат жил последние годы. А Сергей Степанов из ФСБ, что тот знаменитый вор.

Получается, Кондрат промышлял воровством, о мальчишке не вспоминал и, только когда украл Пояс Ориона, вспомнил и позвал к себе.

Но в этот момент что-то случилось.

Лена Пантелеева исчезает, Кондрат в участке, мальчишку избивают на улице.

…Ах, если бы обсудить всё это с Сашей!.. Его здравый смысл и логика так помогли бы ей! Но с Сашей ничего обсуждать нельзя!.

Во-первых, тогда ей придётся рассказать про ФСБ и про то, что Кондратом интересуются и оттуда. Во-вторых, неизвестно, замешан ли во всё это её муж, и что делать, если замешан?

Нужно узнать как можно больше о самом Кондрате, решила Тонечка. Только как это сделать?..

Она кивнула официанту, стянула куртку, уселась и стала думать.

Кондрат родом отсюда, из Нижнего Новгорода. Если так, у него должны остаться соседи, одноклассники, приятели! Которые вполне могли знать и его сестру тоже!.. Их можно разыскать и расспросить. Только вот – как? Как их искать?

…В сценарии бы героиня позвонила бы знакомому оперу или следователю, у героини сериала всегда и непременно есть такие знакомые, сказала заветные слова: «Пробей по базе!» И – ать!.. Тут же явились бы все необходимые сведения.

Где она, Тонечка, не имея возможности сказать заветную фразу – Мишаков ей не поможет точно! – может добыть сведения о человеке?..

Разумеется, в интернете!..

Она достала телефон и углубилась в него.

Примерно через сорок минут отложила гаджет и потёрла глаза.

Никаких сведений о человеке по имени Кондрат Ермолаев мировая сеть не содержала. Тонечка пыталась и так, и сяк, и эдак, и разэдак, – ничего.

Попадались какие-то тёзки, но ни один не подходил ни по возрасту, ни по виду.

Где и как искать дальше, она не знала.

Из знакомых в Нижнем у неё были только две телевизионные редакторши и директор театра Борис Петрович.

Впрочем… телевизионщики всегда всё знают. У них скапливается прорва информации, разнородной, разношёрстной, несистематизированной. Но именно – прорва.

Можно попробовать.

Тонечка сначала посмотрела, где там Родион. Машина такси на карте не двигалась, должно быть, мальчишка не мог оторваться от собаки и торчал у Галины Сергеевны в квартире.