Сердечная отрава - Владимир Колычев

В Москве вечер, офисы пустеют, а кафе наполняются. Арсений заказал целый ужин. Кролик по-милански, утиная ножка с яблоками, кофе, пирожные. От спиртного он отказался. Пусть Вита за рулем, но у него встреча с Сиреной, не хотелось бы дышать на нее перегаром.

Он позвонил в офис благотворительного фонда, сказал, что у него есть важное сообщение для Сирены Эдуардовны. Однако его вежливо послали куда подальше. Тогда он назвал свое имя, и через полчаса ему перезвонили, сказали, что его отвезут к Сирене, нужно только немного подождать.

— Ты хоть понимаешь, что это опасно? — спросила Вита.

— И для тебя тоже.

— Ты берешь меня с собой?

— Если разрешат, — пожал плечами Арсений.

— А если нет?.. Ты же не станешь за меня просить? — Вита смотрела ему в глаза, давая понять, что знает ответ.

— Я всего лишь поговорю с Сиреной.

— Ты с Казимиром из-за нее разодрался?

— Сейчас это не важно.

— А я вижу, что для тебя это всегда будет важно!

— Если меня через час не будет, уезжай. Но не домой. Сними номер в гостинице.

— Может, мне и самой сняться? — съязвила Вита.

В этот момент в кафе зашли два качка брутально-офисного типа. Мощные парни, суровые, но при этом ухоженные, строго элегантные. Арсений мог бы подождать, когда они подойдут сами, но Вита что-то почуяла и сильно занервничала. Это значило, что ему пора уходить.

— Ты куда? — всполошенно спросила она, глядя, как он поднимается с места.

— Делай, как я сказал.

— Я не буду сниматься, — захныкала Вита.

Но Арсений даже не обернулся. И свой телефон, который остался на столе, забирать не стал.

Он шел к атлетам в черных костюмах, внимательно наблюдая за ними. И у одного ствол под пиджаком, и другого, но стрелять никто пока не собирался.

— Арсений, — тихо сказал он, останавливаясь перед парнем, в котором признал старшего.

— Пустой? — спросил он.

Арсений кивнул. Ни ножа у него, ни пистолета, о гранатах и говорить нечего. Тем не менее его обыскали — на улице, перед тем как усадить в машину.

Это был удлиненный «Мерседес», с четырьмя креслами в задней части. Два кресла полноценные — с перегородкой-подлокотником между ними, а остальные — откидные.

На полноценном кресле, за длинным широким подлокотником, сидела Сирена. Строгая прическа, спокойный макияж, стильный, наверняка — дорогой, костюм, близкий к офисному стилю. На Арсения она смотрела мягко и с затаенной улыбкой, как на любимую игрушку из детства. Приятные воспоминания о неодушевленном предмете. И поздоровалась она с ним едва заметным кивком головы. Не рассыпаться же в приветствиях перед забавной зверушкой.

Телохранитель просунул руку в салон, опустил сиденье кресла, передком развернутое к Сирене. Арсений забрался в машину, уселся спиной к панели, которая отделяла задний отсек от водительского места. Дверца закрылась за ним почти бесшумно.

— Как ты меня нашел? — спросила она.

Арсений кивнул, глядя на Сирену. Она и двадцать лет назад была милой, отстраненно нежной девушкой. Тогда, в офисе у Ширмана, она казалась ему чужой, но смертельная опасность резко сократила расстояние между ними. Они уезжали в тесной машине, Сирена села к нему на колени. И стала своей.

А сейчас она снова чужая. Все такая же милая и нежная красавица, но уже чужая. И своей не будет, потому что теперь между ними уж слишком огромное расстояние. Не сможет Сирена спуститься к нему с небес и сесть на колени. Он для нее из другого мира, и он должен это понимать.

— Нашел.

Арсений вынул из кармана и показал ее визитную карточку. В этот момент машина плавно тронулась с места.

Сирена взяла карточку, рассеянно покрутила ее в руках. Она сразу догадалась, что это такое, но продолжала рассматривать. Лишь бы не встретиться взглядом с Арсением.

— Откуда это у тебя?

— Казимир выронил.

Арсений вдруг понял, что не хочет бороться за свое счастье быть с Сиреной. Она все такая же невозможно красивая, но унижаться, пытаясь сблизиться с ней, не станет. Если бы он мог подъехать к ней на белом коне, сказать ей «люблю» с высоты собственного величия… Но не будет такого. Ни денег у него нет, ни положения… Нет, не станет он слезать со своего шестка, чтобы добраться до Сирены. Закончит разговор, пожелает ей счастья и уйдет к Вите…

— Где выронил?

— Деньги мне предлагал. Чтобы я его спрятал.

— Спрятал?

— В него стреляли.

— Кто? — встрепенулась Сирена.

— Не знаю.

— И где он сейчас?

— Ушел.

— Куда?

— Не знаю.

— Ты не спрятал его?

— Да нет, я согласился, а он передумал. И ушел. Куда не знаю.

— Когда это было?

— Сегодня утром. Я нашел визитку, понял, как тебя найти. Пришел, чтобы предупредить об опасности.

— О какой опасности?

— Если опасность угрожает Казимиру, то она угрожает и тебе.

— Да, наверное… Спасибо! — тепло, с искренней благодарностью, сказала Сирена.

Но при этом смотрела куда-то мимо Арсения. Он, как личность, ее совершенно не интересовал.

— Куда мы едем?

— Никуда. Просто нельзя оставаться на месте.

— Меры предосторожности?

— Да, что-то вроде того.

— Значит, ты знаешь, что вам угрожает.

— Да, были тревожные звоночки. Мы обязательно со всем разберемся, — кивнула Сирена.

— Отлично!.. Скажи, чтобы остановились, я сойду, — сказал Арсений.

Сирена явно тяготилась его обществом; что ж, он готов оставить ее в покое. И назад к Вите пойдет пешком. Прогуляется по вечерней Москве. А если будет опаздывать, то возьмет такси. Вита не уйдет без него, они отправятся к себе домой, закроются, пошлют всех на хрен и займутся любовью. А завтра он примется за чердак: Вита хочет устроить там зимний сад, а он только «за».

— Сойдешь? — Сирена посмотрела на него так, как будто только что заметила его присутствие.

— Останови планету, я сойду, — сказал он с чувством легкости после принятого решения.