Глаз урагана - Сергей Донской

– Сандали масля, сандали масля, – затараторил продавец, жонглируя пузырьками и флаконами с ловкостью заправского наперсточника. – Нюхать бесплатно, покупать – платить. Ароматик натураль, сама цветок будешь.

Сочетание этой тарабарщины, жары и густых запахов ударили Наташе в голову. Минуты через три она вышла из лавки с бутылкой неведомой жидкости, которая, по уверениям торговца, должна была пахнуть, в точности как «Шанель». Надпись на этикетке утверждала обратное. «Rose oil», гласила она.

– Черт! – воскликнула Наташа. – Но я ведь никогда не пользуюсь розовым маслом!

– Теперь будешь, – предположил Саша. – Запасов на внуков хватит.

– У меня нет внуков!

– Дело наживное.

Наташа резко остановилась, уперев кулаки в крутые бока.

– В бабки меня записываешь?

– Ни в коем случае, – поспешил возразить Саша, глядя честно и ясно, как Швейк на начальство.

– Тогда прекращай эти разговоры о внуках.

– Слушаюсь, мадам.

Проследив, как залихватски пристукнул Саша ногой об ногу, Наташа не удержалась от улыбки.

– А ты сегодня смотришься гораздо симпатичней, чем во время нашей первой встречи.

– Сейчас я слегка навеселе и выбрит до синевы. А тогда был слегка выбрит и до синевы пьян.

– Ты притворялся, – укоризненно сказала Наташа.

– Самую малость.

– Зачем?

– Разве я мог допустить, чтобы моя соотечественница попала в чужие волосатые лапы! – патетически воскликнул Саша.

– Некоторые чистые руки хуже всяких лап.

– Согласен.

Наташа посмотрела по сторонам и тихо заговорила:

– Что за человек Галатей? Что он задумал? Зачем ты меня сюда привел? Если меня намереваются похитить, то безопасней оставаться в отеле, правда?

– Слишком много вопросов, – сказал Саша.

– Я и половины не задала из тех, что хотела.

– А вот за это спасибо.

Убедившись, что она ничего не добьется от спутника, Наташа отправилась в магазин «Сак-аль-Саха», где перебирала ожерелья, сережки и браслеты до тех пор, пока Саша не предупредил:

– Золото здесь дешевое, но и проба не фонтан.

– Проба выше самый верх! – заголосил торговец. – Сто, нет, двести. А цена ниже самый низ.

Наташа положила на прилавок кольцо.

– Так много золота, что выбрать невозможно.

То же самое повторилось в посудной лавке, до потолка набитой египетским стеклом – синим, зеленым, фиолетовым, коричневым. Для того, чтобы купить одно-единственное блюдо, нужно было отвергнуть сто почти таких же, а Наташа была на это не способна. Охмурили ее лишь в лавке специй, предварительно напоив каркаде. Утратив бдительность, она приобрела упаковку шафрана и баночку каких-то подозрительных грибов для омоложения кожи.

– Гуд прайс! – долдонил хозяин лавки. – Унбеливели гуд прайс.

Как он и обещал, цена действительно оказалась очень хорошей, просто невероятно хорошей. Для продавца, а не для покупателя. Эта истина стоила Наташе тридцать баксов. Присоединив покупки к бутылке с розовым маслом, она предложила погулять где-нибудь подальше от рынка.

Взглянув на часы, Саша пообещал:

– Обязательно погуляем. Но сначала я должен купить… – Досадливо морщась, он пошевелил пальцами. – Купить папирус, да.

– Зачем? – подозрительно спросила Наташа.

– В Египте все покупают папирус. Если ты не сделал это, то ты просто лох.

– А если сделал?

– Тоже лох, но зато при сувенире.

– Есть разница?

– Огромная, – заулыбался Саша. – Когда ты вручаешь кому-нибудь подарок, тебя не назовут лохом. Если же возвращаешься домой без подарков, то парочка нелестных эпитетов тебе гарантирована.

Наташа вспомнила про Степушку, про Виталия и надолго умолкла.

Они еще минут сорок бродили по торговым улицам Хан-аль-Халили, сильно смахивающего на Черкизовский рынок, захваченный арабами. Глаза разбегались от обилия тряпок, кастрюль, овощей, фруктов, кур и кроликов, алмазов и пучков сушеных трав, купальников и восточных халатов.

А в магазин изделий из папируса Саша так и не наведался. Выражение его лица было пасмурным, как будто ему передалось мрачное настроение Наташи.

– В чем дело? – не выдержала она.

– Что? – встрепенулся Саша.

– Ты прямо как на похоронах.

– Ага. Вовремя напомнила.

Он снова сверился с часами и увлек Наташу в неведомом ей направлении.

– Куда мы идем? – напряглась она.

– На кладбище, – ответил Саша так просто, словно в это время дня он постоянно гулял среди могил и надгробий.

А лицо его больше не выглядело угрюмым. Оно было злым и решительным.