Продавец ужасов - Наталья Солнцева

Дух упорно молчал. Он потерял интерес к своему оторопелому потомку, растворился, вернулся в мир иной.

Илья приготовил себе кофе, но вкус напитка показался ему слишком горьким. Попытался съесть печенье, но проглотил кусочек и поперхнулся. Мысли его путались, сердце учащенно билось. Он то порывался сейчас же ехать к Ирине, признаться ей во всем, и пусть она решает его судьбу; то приходил в ужас от того, что может случиться, если он потеряет контроль над собой… если вместо него к Ирине явится Стефан…

Послание от неизвестного заказчика получено, сцена убийства описана и должна осуществиться. Две жертвы свидетельствуют, что аноним не шутит…

* * *

Артеменко нажал на кнопку звонка и… увидел, что дверь приоткрыта. Это ему не понравилось. Он посмотрел, нет ли кого на лестнице вверху и внизу, и скользнул в квартиру. Его внимание сразу привлек шум воды, как будто хозяйка наполняла ванну. Так и было. Вода дошла почти до краев.

Сыщик закрутил кран и прислушался. В иных обстоятельствах нельзя торопиться, а иногда промедление смерти подобно. Как отличить одно от другого? Ошибка может стоить очень дорого.

В гостиной горел свет, и Артеменко осторожно двинулся туда. Предположение, что толстяк в перчатках упал или был сброшен с балкона Ирины, казалось беспочвенным. В доме девять этажей, и человек мог упасть откуда угодно. В том числе и с крыши. Но сыщик заподозрил, что трагедия произошла именно тут.

Увидев лежащую на диване Ирину, он бросился к ней. Женщина была как мертвая. Артеменко проверил ее пульс и в недоумении развел руками.

– Слава богу, дышит…

На столе стояла недопитая бутылка виски, рядом – один бокал, конфеты и тарелка с ломтиками лимона.

– Ирина! Ирина! Проснитесь!.. Ирина! Вы меня слышите?

Он потряс женщину за плечо, похлопал по щекам – никакого эффекта. Слишком крепкий сон! Но хотя бы не подлежит сомнению, что толстяка выбросила с балкона не она.

Беглый осмотр квартиры ничего не дал. Артеменко заметил легкий беспорядок. Ну и что? Не каждая женщина фанат уборки.

Он вернулся в гостиную, вышел на темный балкон и заглянул вниз. Тело, окруженное толпой любопытных, лежало как раз так, что… Нет! Выше были еще балконы, откуда мог упасть этот человек… С чего он взял, будто погибший был здесь?

Повторная попытка разбудить Ирину и задать ей важные вопросы почти увенчалась успехом. Она приоткрыла глаза… но ее веки опять сомкнулись.

– Ирина, да просыпайтесь же!

Артеменко умел оказывать первую медицинскую помощь и без труда определил, что угрозы жизни женщины нет. Дыхание у нее ровное, сердцебиение в норме, кожа обычного цвета. Отчего она так глубоко уснула? Кто-то добавил ей в спиртное сонный препарат? Неужели, толстяк, который приказал долго жить?

Он понюхал бокал, – ничего, кроме запаха виски, не почувствовал; на дне не было следов осадка. Нужно нести на экспертизу. А что это даст? Ирина жива и скоро проснется. Даже врача вызывать нет смысла.

Сыщик поискал следы пребывания здесь посторонних. Ни второго бокала, ни прочих улик. Похоже, кто-то тщательно прибрал за собой. Почему Ирина нарушила запрет и впустила в дом чужого мужчину? Тот был ей знаком? Она ему доверяла? Кто на него напал, если Ирина спала? Может, гостей было двое? Кто-то из них собирался принять ванну и чуть не устроил потоп? Или воду включила Ирина, а потом отвлеклась и забыла? Откуда перчатки на руках трупа?

Все это было нелепо и странно.

«Не исключено, что все мои выводы ошибочны, – констатировал Артеменко. – Надо установить личность погибшего и выяснить, какое отношение он имеет к Ирине. Скорее всего толстяк приехал на машине, ключи от которой валялись возле трупа. Да и в сумке наверняка есть какие-то документы».

Сыщик задумался: стоит ли ему спуститься во двор и послушать, что скажет полиция, либо остаться в квартире и дождаться, пока проснется Ирина. Он выбрал второе…

* * *

Бездействие приводило Илью в отчаяние. Ирина может умереть… с минуты на минуту. А он понятия не имеет, что предпринять! Нанять ей охрану? Она не поймет… Как он объяснит ей свой страх? Чем подкрепит свои слова? Мол, две женщины погибли, предположительно от моих рук, а ты можешь быть третьей? У него язык не повернется.

Илья звонил ей несколько раз, а она даже трубку не берет. Не хочет с ним говорить! Обиделась.

«Покажи ей видосики, которые прислал неизвестный! – подначивал его внутренний голос. – И послушай, что она скажет. Признайся в получении денег за убийства и предъяви браслеты двух предыдущих жертв. Два спрятаны у тебя в сарае, третий должен присоединиться к ним в ближайшее время. Изумруды, которые ты сам ей подарил! Она не догадывается, что находится на волосок от смерти. И смерть эта явится к ней в твоем обличье!»

– Бред…

«Согласен, – не стал возражать оппонент. – Ты безумец, который не в силах отличить наваждение от реальности. Но кому от этого легче?»

– Я обязан ее спасти, – шептал Илья, обхватив голову руками.

«Ты взял на себя другие обязательства, дружище! Теперь ты пешка в чужих руках. Марионетка, которую дергают за ниточки. Наконец, ты почувствуешь, что такое мистический триллер! Не на экране, а в жизни! Ты же всегда мечтал стать участником, а не зрителем. Время пришло. Кто-то написал сценарий для сценариста. Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха!!!»

Илью скрючило от хохота, из глаз полились слезы. Он не мог остановиться и, согнувшись в три погибели, продолжал заливаться отвратительным смехом. Его тело дрожало, как в ознобе, по спине катился пот.

– Стефан, – бормотал он, не переставая смеяться, – видишь, до чего я дошел? Боюсь выйти из дому, чтобы не причинить вред любимой женщине!

Дух проигнорировал его слова. Занавески на окне не шелохнулись, ничего не упало, люстра не раскачивалась, стулья стояли, как вкопанные.

– Что же мне делать? – простонал Илья. – Уехать в Киреевку? Но я не могу… Не могу! Я там изведусь, думая об Ирине! Ты понимаешь?.. Ты сам кого-нибудь любил?.. Ну, да… Раз остались потомки, значит, у тебя была женщина… жена, любовница… Мы с тобой одной крови! Протяни мне руку, подставь плечо…

Он спохватился, что зря обращается к покойному медиуму с такой просьбой. И сдал назад.

– Нет, нет… ничего не надо, Стефан. Я передумал… Не хочу тебя беспокоить по пустякам…

Опять Илья лукавил, играл роль человека, который попал в сложную ситуацию и не сдается, бросает вызов судьбе. Ему нравились такие герои. Красивые, талантливые, успешные. Заводилы, любимцы девушек, баловни фортуны. Искатели приключений.