Тайная любовь Копперфильда - Анна Данилова

Левин долго стоял перед дверью в квартиру Ларисы Вдовиной, звонил ей, чувствуя, что внутри кто-то есть и что ему просто не хотят открывать.

— Лариса, откройте, пожалуйста! Это Левин.

Наконец он услышал лязг отпираемых замков, дверь открылась, и он увидел заплаканную Ларису. Вспомнил блондинку из ресторана, отметил, что никакой родинки на подбородке нет.

— Заходите, — сказала Лариса. — Я знала, что вы вернетесь.

— В квартире, кроме вас, еще кто-нибудь есть?

— Нет, никого нет. Я одна. Садитесь, пожалуйста.

Она пригласила Левина присесть в обитое зелено-розовым гобеленом кресло сбоку от кофейного столика.

— Кофе? Чай? Сок?

— Кофе. Без сахара. Скажите, Лариса, что произошло с вами сразу после того, как вы вернулись из Лондона в Москву? Все-все в подробностях. Меня интересуют ваши отношения с Денисом Дунаевым, Александром Сыровым, Надеждой Треповой…

— Как, все снова?

— Да. Возможно, вы что-то упустили во время нашего первого разговора… Итак. Сыров убит. Убит и еще один человек, с которым была знакома Надежда… Очень много вопросов, очень… Плюс неприятности с вашим отцом, его отношения с Головиным… Пожалуйста, все в подробностях. Если вы не причастны к убийству Сырова или Тришкина, то вам абсолютно нечего бояться. Зато информация, которая, на ваш взгляд, может показаться неважной, на самом деле может помочь нам в расследовании этих убийств…

И Лариса, которая поначалу показалась неразговорчивой и зажатой, вдруг открылась Левину совершенно с другой стороны. Ее, казалось, прорвало, как если бы она в лице Левина неожиданно для себя обрела благодарного слушателя. Возможно, причиной этому было и то, что в квартире она находилась одна. Он так и не понял в тот раз, когда была у нее ее подруга, действительно ли она вышла из квартиры или только сделала вид. Уж слишком неестественно вела себя тогда Лариса. Как если бы знала, что их разговор слушает кто-то третий.

Лариса, нервничая и заикаясь, рассказала о своем странном романе с Денисом, призналась в том, что просто захотела выйти за него, потому что уже пора, потому что он — завидный жених и за ним она была бы, что называется, как за каменной стеной. И что их разрыв она воспринимает сейчас как плату за свою неискренность, за нелюбовь к нему, за фальшь в отношениях. Что хотела спокойных и стабильных отношений без любви, чтобы, как она выразилась, не страдать. Но получилось все равно больно, когда он ее бросил, причем в самый трудный момент ее жизни, когда она узнала, что ее отец разорен.

Рассказала и о странных звонках неизвестной женщины, скорее всего, любовницы Дениса, которая требовала, чтобы Лариса оставила Дунаева в покое, и обещала насолить ее отцу…

— У меня есть подруга, Елена. Вы видели ее тогда, помните? Она очень хорошая, умная, предусмотрительная. Вот мы с ней вместе и думали, как сделать так, чтобы вычислить эту женщину, любовницу Дениса, и одновременно человека, у которого есть выход на Головина, ведь ясно же, что они с ним заодно, что это они ограбили, разорили моего отца…

И она рассказала в красках о том, как собиралась по совету Елены спрятаться, воспользовавшись своим ключом, в квартире Дениса, чтобы самой, своими глазами увидеть «эту стерву», чтобы пойти даже на то, чтобы открыть ее сумку, с тем чтобы попытаться выяснить ее имя. А уж зная имя и фамилию, она смогла бы, по ее мнению, выйти и на тех, кто стоит за разорением отца.

— Это вам ваша подруга посоветовала? — удивился Левин. — Вы не могли бы назвать ее фамилию?