Пиар во время чумы - Алексей Макеев

Услышав скрип двери, человек поднял голову и нервно уставился на вошедших. Был он довольно молод, хорошо одет, телосложения скорее субтильного и казался беспредельно унылым. Гуров видел его первый раз в жизни, но готов был поклясться, что это разбитое, в страшных кровоподтеках лицо откуда-то ему знакомо. Теряясь в догадках, он обернулся к Джиттеру и вдруг увидел, что тот смотрит на избитого человека, открыв рот от удивления.

– Ни хрена себе, Петр Иваныч! – сказал хрипловато Джиттер, не сводя глаз с отдыхающего на полу человека. – Так ты уже здесь?

В его интонациях проскальзывала едва заметная ядовитая нотка. Гурова вдруг осенило – да ведь перед ним не кто иной, как сам Валеев, организатор и вдохновитель! Отметины на лице несколько исказили его черты, но в целом он оставался таким же, как на фото, которые внимательно изучал Гуров. В принципе, о большей удаче и мечтать было нельзя – организатор финансовой пирамиды в его руках! Если бы сейчас рядом был Крячко, а не этот чокнутый Джиттер… Но отказать себе в маленьком удовольствии Гуров все-таки не смог.

– Гражданин Валеев! Вы арестованы! – объявил он, делая шаг к помосту.

– Не то слово! – криво улыбнувшись, согласился Валеев.

Как ни странно, заявление Гурова не произвело на него особенного впечатления. Гуров не сразу сообразил, в чем причина такого хладнокровия, но потом Валеев дернул рукой – раздался странный металлический лязг, и Гуров увидел, что бывший шахматист попросту прикован к грифу наручниками. «Не тем видом спорта ты, брат, занимался!» – мелькнула в голове у Гурова странноватая мысль, но в этот момент Джиттер как клещами сжал его локоть.

– Сюда идут! – прошипел он. – Надо или линять, или стрелять. Линять нам некуда, значит…

– А это что за дверь? – спросил Гуров, быстро обежав глазами помещение.

– Тупик там, – презрительно сказал Джиттер. – Душ там у него. Поплескаться захотелось?

– Послушай, Макс, а может, правда, ты их пристрелишь? – вдруг просительно сказал Валеев. – А я вас обоих не обижу. Озолочу обоих. Мне бы только выбраться отсюда…

«Ага, господина Джиттера, оказывается, в миру Максимом зовут, – подумал Гуров. – А ведь верно, того молодого грабителя точно звали Максимом, теперь припоминаю».

– Сказал бы я тебе, – процедил Джиттер, сверля Валеева взглядом. – Но время поджимает.

– Это серьезное предложение! – настойчиво произнес Валеев. – До конца жизни ни о чем не будете заботиться.

– Ладно, потом обсудим, – сказал Гуров. – Вот прикинем, что к чему, а там посмотрим.

Он решительно подтолкнул Джиттера в сторону душевой. Тот колебался всего мгновение, но идея Гурова прикинуть, что к чему, показалась ему здравой. Провожаемые печальным взглядом Валеева, они добежали до душевой и скрылись за дверью в тот самый момент, когда в спортзал вошли новые люди.

Дверь Гуров оставил приоткрытой, но все равно видеть, что происходит в зале, они не могли, и оставалось полагаться только на слух. Прислонившись к кафельной стене, Джиттер демонстративно проверил пистолеты, вызывающе поглядывая на Гурова. Тот сделал вид, что ничего не заметил. В сложившейся ситуации Джиттер становился для него едва ли не самым безобидным членом компании.

Размеренные шаги в зале неожиданно стихли. Видимо, вошедшие остановились возле помоста и теперь молча рассматривали Валеева. Гуров представил, насколько тому сейчас неудобно, и подумал, что он сдаст их при первой же угрозе насилия.

– Надумал что-нибудь? – донеслось до его слуха.

Голос был ровный, обстоятельный, ничуть не соответствующий той дикой ситуации, в которой они все оказались. Голос, несомненно, принадлежал Курбатову, и Гуров снова был вынужден признать, что Джиттер и тут утер ему нос.

Что ответил Валеев, они с Джиттером не слышали – тот не слишком напрягал горло, но ответ, похоже, не понравился Курбатову.