Посланница небес - Марина Серова

У тарасовского Музея искусств моя мечта о преследователях сбылась самым неожиданным образом. Подъезжая, я увидела припаркованную перед соседним домом красную «Ауди» со знакомым номером. Противник просчитал, куда я направлюсь с иконой, и ждал меня перед музеем.

— Что делать? — спросила я себя и сама же дала ответ: — Надо брать. Ведь ты этого хотела.

Остановившись перед музеем, я позвонила Земляному и сообщила данные по «Ауди» и что в ней находятся люди, стоявшие за похищением иконы, велела быстрее приезжать. Сзади вплотную к моей машине подъехал зеленый внедорожник. Меня заперли. Ловушка. Вздохнув, я вылезла из машины, прикрывая иконой револьвер. Лучше биться на свободном пространстве, чем быть нашпигованной свинцом в собственной машине.

И только я вышла, как ко мне из машин выскочили люди в масках и с оружием в камуфляжной форме спецподразделения МВД. Что это были ненастоящие спецназовцы, я поняла сразу и по оружию, и по тому, как они налетели на меня. Каждый из них хоть раз в жизни смотрел боевики и применил на практике то, что почерпнул из фильмов. Вышло неслаженно. Мне оставили кучу возможностей на отход. Однако я ими не воспользовалась. У меня были другие планы.

— Не двигаться, руки вверх, — заорал на меня командир отряда во все свое луженое горло. — При сопротивлении открываю огонь на поражение.

— Я не сопротивляюсь, — сказала я в ответ ровным голосом, отбросила револьвер и положила икону на капот. Громила, стоявший рядом с командиром отряда, был мне смутно знаком — по глазам, очертаниям фигуры и манере движений. Этот громила толкнул в бок командира и указал взглядом на икону.

Поняв, что от него хотят, командир отряда крикнул мне:

— Ну, ты, давай, типа, свой сверток сюда, и без глупостей!

Я безропотно протянула ему икону. Он передал ее громиле, а тот развернул край и, заглянув внутрь, бросил:

— Все нормально. Это она, сматываемся.

— Не двигаться, ты у меня под прицелом! — крикнул мне командир отряда и дал своим людям знак отходить.

Он и громила спиной попятились к зеленому внедорожнику. Остальные, глядя на них, отступили к «Ауди». Я подождала, когда бандиты рассядутся по машинам, потом достала из кармана пульт дистанционного управления и привела в действие заряды, заделанные в иконе. Из внедорожника раздалось несколько хлопков, через приоткрытые окна повалил дым. Машина, дернувшись, встала, и находившиеся внутри пассажиры полезли наружу. Их безостановочно рвало от газа, что я зарядила в икону.

«Ауди», объехавшая внедорожник, притормозила, взвизгнув тормозами. Псевдоспецназовцы выскочили и кинулись на помощь своим шефам, но сами попали в облако газа и были сражены им. Только один успел, подняв автомат, послать в меня очередь.

Я отскочила за «БМВ». Пули прошли мимо. Больше стрелять никто не мог. Все лежали ничком на асфальте и хрипели. Со включенными сиренами и проблесковыми маячками к музею подъехали милицейские машины. Я на всякий случай подняла руки. Одна машина остановилась прямо напротив меня. Из дверцы чуть ли не на ходу выпрыгнул Земляной, подскочил ко мне и, схватив за плечо, потребовал объяснений.

— Вон ваши преступники, охотившиеся за иконой, — указала я на бойцов в камуфляже, распростертых на асфальте у зеленого внедорожника. — Вон тот громила в заблеванной маске — Бубен, правая рука отца Глеба. Он и Рябчик, сговорившись, хотели провернуть это дело. Вам остается только раскрутить обоих и добиться признательных показаний. И сразу предупреждаю, Вячеслав Юрьевич, — обойдемся без слез благодарности. Не люблю я, когда мужчины плачут.

— Чего?! — брови следователя сошлись на переносице.

— Шутка, — пояснила я и крикнула возившимся у машин милиционерам, чтоб не совались внутрь машины, пока газ не выветрится.

— Чем это вы их? — поинтересовался Земляной, с интересом наблюдая, как бандитов оттаскивают в сторону, укладывают лицом вниз и заковывают в наручники.

— Секрет фирмы, — улыбнулась я. — А кстати, у меня, вероятно, есть еще кое-что, доказывающее вину Бубна. Не могли бы вы принести его телефон, Вячеслав Юрьевич?

Пожав плечами, следователь поплелся за телефоном бандита, а я села в «БМВ», включила компьютер и проверила электронную почту. В ней содержалось послание от Юзера. Открыв его, я нашла распечатку пеленга телефонного разговора Рябчика со своим сообщником с телефона целительницы. Тот, кому звонил Рябчик, в момент звонка находился или в здании музея, или очень близко от него.

— Вот, держите, где ваше доказательство? — спросил Земляной, передав мне телефон Бубна. Я посмотрела — номера были совершенно разными — и спросила с надеждой:

— А у него в кармане не было запасной сим-карты?

— Нет, не было, — проворчал следователь. — Неужели что-то не срослось в вашей гениальной теории?

— Я не утверждала, что она гениальная, — сказала я, оправдываясь. — В конце концов он мог выкинуть ту карту, по которой звонил. Зачем ему лишняя улика против себя?

— Ну, что, Евгения Максимовна, подкинуть вас до РОВД в Карасеве? — учтиво спросил следователь. — Там вас очень ждут.

— Я сама доеду, — заверила я, открывая багажник «БМВ». — У меня тут еще одно дело есть. Хочу поговорить с хранителем музея.

— Поговорите, — кивнул Земляной, — но потом в РОВД, там спросите, где следственная группа, и все им расскажете.

— Договорились, — бросила я.

Земляной развернулся и пошел к своим, посмотреть на результаты задержания.