Невидимый враг - Марина Серова

– Гришка пояснял. Ромка отпустил его до окончания занятий, сказал, что направляется в учебный корпус.

– Но в корпус пошла только Рита. Григорий хорошо знал своего подопечного, видел, что он злится из-за недавнего конфликта с матерью, значит, должен был предположить, что Ромка пойдет в тихий закуток курить.

– Женя, ты преувеличиваешь. Гришка мог этого и не знать или просто не понять намерений Романа.

– И ты по-прежнему считаешь Малышева хорошим телохранителем?

– Это уже четвертый вопрос, подруга, – пробормотал приятель. И после небольшой паузы добавил: – В любом случае все сказанное сейчас – лишь твои предположения. И даже если им верить, необходимы доказательства злого умысла. Где они?

– Ты прав. Доказательств у меня пока нет. И вообще парень, может, и не хотел ничего плохого, просто в спорной ситуации сделал неправильный выбор. Но подробные справки о нем я наведу, уж не обессудь. И фотографию из личного дела заберу, может пригодиться.

– Как хочешь, Женька, но, по-моему, ты попросту теряешь время.

* * *

Несмотря на то что вчера мы с Максом засиделись далеко за полночь, проснулась я в половине шестого. И, не теряя ни минуты, отправилась на пробежку.

Утро выдалось пасмурное и дождливое. В воздухе висела мелкая водяная пыль, оседающая на лице, толстовке с капюшоном и кроссовках. Сегодня чувствовалось, что лето кончается, и скоро в свои права вступает осень.

После пробежки я на свежем воздухе выполнила комплекс обязательных каждодневных упражнений. Отработала удары карате, сделала растяжку и вернулась в комнату. Пока принимала душ и приводила себя в порядок, планировала мероприятия на сегодняшний день.

Первым делом проверила почту. Быстренько ответила на парочку срочных писем и написала одному знакомому хакеру. Парень проводил в Сети целые сутки и был способен добыть информацию любой степени сложности или секретности. Он частенько помогает мне в расследованиях за скромную плату, а порою и в виде дружеской услуги. Сегодня я просила его срочно навести справки о молодом человеке по имени Григорий Малышев родом из Краснодарского края, полных двадцати четырех лет от роду, в настоящее время проживающем в Ростове-на-Дону. А также о родственниках, воспитавших паренька. И вообще нужно раздобыть по возможности побольше сведений об этой семье. Моим отдельным пожеланием было узнать всю банковскую и кредитную историю молодого человека. Вдруг милый паренек Гриша, живущий явно не по средствам, брал у злоумышленников деньги за сведения о своих подопечных? Или искусно шпионил за Валентиной Полянской? А обеспеченных родственников, которые периодически дарят щедрые подарки, выдумал для прикрытия?

Закончив и отправив письмо, я задумалась. Допустим, Малышев собирал сведения, оставаясь на виду и ни у кого не вызывая подозрений. Он хорошо знал своих подопечных и мог предсказать действия Романа. И даже каким-то образом заманил подростка в ловушку, организовав обнаружение им трупа и подкинув дезинформацию доверчивому следователю. Григорий знал о вылазках Романа, значит, ему также не составило особого труда сделать те якобы компрометирующие фотографии в клубе. Остается открытым один вопрос: зачем? Какой смысл в этих действиях? И зачем отсылать снимки следователю? Ведь логичнее потребовать за них денег у обеспеченной Полянской! И какая выгода Малышеву от того, что Ромка оказался в тюрьме, да еще по такому страшному обвинению, как убийство? Некто желал выбить из колеи Валентину? Или изначально парень этого вовсе не планировал? И все пошло немного не так? Или в события вмешался кто-то еще? И кто все-таки убил девушку? А ведь если мои расчеты верны и Григорий организовал ловушку для Романа, он заранее знал об убийстве Маши! А значит, может знать убийцу или быть причастным к страшному преступлению!

В этом расследовании у меня по-прежнему гораздо больше вопросов, нежели ответов. Но теперь ясно одно: нужно найти Григория Малышева как можно скорее. У этого парня имеются ответы, так необходимые мне.

Пока я размышляла, пришло письмо от хакера. Приятель писал, что работа плевая и к вечеру у меня будут все основные сведения. Вероятно, что с доступом к банковской истории придется немного повозиться. В самом крайнем случае на это уйдет еще пара дней.

* * *

Вот и чудесно, думала я, покидая комнату. Сегодня, несмотря на вялое сопротивление Макса, я запланировала посетить адресок, по которому проживает в Ростове Малышев. Может оказаться, что ушлый паренек вовсе никуда не уезжал, сидит себе спокойно дома, ручки потирает и отслеживает, как развивается закрученная им интрига.

Но планы оказались нарушены неожиданным телефонным звонком.

– Доброе утро, Евгения, извините за ранний звонок, – раздался голос патологоанатома.

– Здравствуйте, Анатолий Семенович. Рада вас слышать и смею предположить, ваш звонок означает появление свежих новостей. А встаю я всегда рано, не беспокойтесь.

– Вы меня узнали? Женечка, не скрою, это так приятно, – довольно крякнул мужчина.

– А как же, конечно, узнала. Анатолий Семенович, так у вас что-то есть для меня? – немного нетерпеливо прервала я обмен любезностями.

– Да. Пришли результаты сравнительного анализа семенных жидкостей. Насколько я понял, эти исследования были проведены благодаря вашей настойчивости.

– Вы совершенно правы, и что выяснилось? – еще нетерпеливее воскликнула я, сообразив, о каком конкретно анализе идет речь.

– Результат отрицательный. В вечер гибели у Марии Титовой был половой акт не с Романом Полянским, а с неизвестным мужчиной.

– Анатолий Семенович, так это замечательная новость! – обрадовалась я. – Результат анализа доказывает наличие у девушки поклонника! Теперь это неоспоримый факт! А то ерунда выходила! Многие свидетели видели парня, а четкого описания нет, и доказательств найти не получалось! И, пожалуй, эта новость рушит шаткую конструкцию из домыслов, что так усердно возводило следствие вокруг Романа!

– Ну, это ваше и дознавателей дело – анализировать и делать выводы. Моя работа носит сугубо медицинский характер. Но рад был помочь вам, Евгения.

– Спасибо огромное, что сразу сообщили.

* * *

Окрыленная хорошими новостями, я незамедлительно отправилась на проспект Стачки, в отделение полиции. В старинном белом здании кипела работа, вернее, была в разгаре утренняя пересменка. Постовые и наряды ППС отчитывались перед начальством и сдавали спецоборудование. Принимали смену наряды быстрого реагирования пульта охраны, водители записывали пробег в журналы. В общем, царили шум и суета.

Со всем этим сильно контрастировала тишина следовательского кабинета. Сначала я даже решила, что старшего лейтенанта нет на месте. Но ошиблась, Илья Никоненко, обложившись стопками папок с делами, что-то быстро строчил на листке бумаги.

– Привет, раннее утро, а ты уже весь в работе, – хмыкнула я, переступая через порог.

– Привет, раннее утро, а ты уже здесь, – парировал собеседник, хмуро глядя куда-то сквозь меня, словно пытаясь что-то прикинуть в уме.