Сокровище Китеж-града - Наталья Солнцева

Тесть – волевой, проницательный и умный мужик – подозревал о похождениях зятя, но помалкивал. Он сам, когда удавалось, был не прочь переспать с молоденькой госпитальной сестричкой. Случайных любовниц он Валерию прощал, пока это не ущемляло интересов его дочери. Мужчина должен «перебеситься», только тогда из него получится нормальный семьянин.

Марианна и Валерий встречались не чаще трех-четырех раз в месяц. Инициатором всегда был он; Марианне даже не разрешалось звонить по телефону ни ему на работу, ни тем более домой. Валерий строго придерживался придуманных им же самим правил и сумел внушить Марианне, что малейшее нарушение приведет к разрыву.

– Разве тебе хочется огорчать меня? – с мягким упреком говорил он. – Если женщина не понимает мужчину, значит, она его не любит. Тогда к чему все остальное? Секс без любви – все равно что вино без хмеля. Стоит ли пить, если голова не кружится?

Марианна молча кивала. Она не спрашивала – кто же поймет ее? После счастливо проведенного дня Валерий уезжал домой, к семье, а она возвращалась в пустую квартиру, где все напоминало об одиночестве – лавандовый запах женской обители, идеальный порядок, множество ухоженных цветов, цветная фотография родителей в деревянной рамочке, раскрытая книга на прикроватной тумбочке…

После праздничной церемонии, закончившейся смертью Ольги Лужиной, Марианне особенно невыносимо было возвращаться домой. Теперь она больше не сомневалась, что мысли материализуются и мнимая смерть влечет за собой настоящую. Выходит, она, Марианна, вначале приложила руку к исчезновению Зинаиды, а потом – и к гибели Ольги! Одно связано с другим, в этом не приходилось сомневаться. Милиция будет искать преступника, и дай бог, чтобы не всплыла история с «самоубийством» Губановой! Как они с Варварой Несторовной будут все объяснять? Их примут за сумасшедших, личностей, опасных для общества.

Ужасные мысли одолевали Марианну, рисуя то судебный процесс, то тюрьму, то прочие кошмары. Она тряслась в ознобе, покрывалась холодным потом, шагала из угла в угол, но никак не могла успокоиться. Этот сыщик, нанятый Неделиной, уже подозревает ее в убийстве Зинаиды! Он может рассказать о своих догадках, и тогда… смерть Лужиной свалят на них с Варварой Несторовной.

Марианна не думала о том, кто и почему убил Ольгу; овладевший ею страх оттеснил разум, парализовал логику.

– Нам никто не поверит, – твердила она себе. – Никто не поверит! Все слишком невероятно. Глупая и нелепая история, которую мы придумали, теперь мстит за себя. Со смертью не шутят! Эта безглазая дама в черном не любит фамильярности и жестоко расправляется с безумцами, вздумавшими заигрывать с ней.

Лихорадочное беспокойство Марианны достигло критической точки, и она решилась на отчаянный шаг – позвонила Валерию на работу. Ей нужна была хоть какая-то поддержка, хоть кто-то близкий рядом.

– Валера? – обрадовалась она, услышав в трубке его уверенный, веселый баритон. – Я… мне очень плохо. Ты можешь приехать?

– Тебя же просили не звонить! – игривые интонации сразу сменились на раздраженно-испуганные. – Неужели не понятно? Ты ставишь под угрозу мою репутацию…

Продолжение возмущенного монолога Марианна слушала сквозь пелену обиды и слез. Закончив, Валерий бросил трубку. Она долго сидела у телефона – оцепеневшая, растерянная. Он даже не пожелал выяснить, в чем дело; ему было наплевать на нее, на ее беды и печали. Чужой, равнодушный человек, с которым она делит постель один раз в неделю.

Вся жестокая правда их отношений разверзлась перед Марианной, как черная пропасть, в которую рухнули создаваемые ею жалкие обманки, заменявшие отсутствие чувств. Она пыталась тешиться несуществующим…

Слезы текли и текли по ее лицу, руки бессильно лежали на коленях.

– Я никому не нужна, – шептала Марианна солеными от слез губами. – Ни родителям, ни брату, ни Валерию. У каждого из них своя жизнь, в которой нет места мне и моим переживаниям!

Она подошла к окну и на мгновение представила свой труп внизу, на тротуаре, в расплывающейся луже крови. Гадкая, отвратительная картина! Пожалуй, если прыгнуть с пятого этажа, можно и не разбиться, а остаться калекой до конца дней.

Марианна содрогнулась, прогнала страшную мысль. Она так не сделает. Безвыходных ситуаций не бывает! Надо поговорить с Неделиной, вдвоем они что-нибудь придумают.

Ей стало стыдно за минутную слабость. Еще не хватало выпрыгнуть из окна своей квартиры, позабавить соседей! И как это могло прийти ей в голову?!

Марианна набрала номер салона: рабочий день никто не отменял, правда, после ночного происшествия и последующих бдений Скоков разрешил всем прийти под вечер, часа в четыре.

Будничный голос администратора вернул ей самообладание.

– Марианна Сергеевна? – удивился Скоков. – Успели выспаться?

– Какой там сон! После такого…

Терентий Ефимович деликатно кашлянул.

– Я решила прийти на работу… – заявила Марианна. – Буду наводить порядок в Кухне-гостиной и вообще… отвлекусь от жутких мыслей.

– Да, конечно, – без всякого выражения сказал Скоков. – Приходите. Сэта Викторовна тоже здесь. Мы обсуждаем ночную трагедию.

«Какая театральная фраза, – подумала докторша. – Терентий в своем репертуаре, что бы ни случилось».

Через сорок минут она уже шла к метро. С неба моросил мелкий дождик, и Марианна вспомнила, что не взяла с собой зонт. Люди торопливо спускались в подземку, в сырой, гулкий переход.

Погруженная в свои мысли, она едва не проехала «Ясенево». Следующая остановка была конечная. Марианна вскочила и выскользнула из вагона в последний момент.

Добираясь до салона «Лотос», она изрядно вымокла. Дождик набрал силу, припустил как следует. Прохожие бежали по мокрым тротуарам, прикрываясь кто чем, и только люди основательные, которые внимательно слушают по утрам прогноз погоды, важно шествовали под разноцветными зонтами.

У ворот Марианну окликнул попрошайка, раскрыл над ней рваный зонтик с поломанными спицами. Наверное, трофей, добытый в ближайшей мусорке.

– Не нужно, – махнула она рукой. – Все равно мокрая. Платье хоть выжимай.

– У тебя лицо бледное, – сочувственно произнес нищий. – Что-то случилось? Я видел, как ночью во двор приезжала «неотложка» и менты. Умер кто?

На удивление, он выглядел трезвым, и язык у него не заплетался.

– Умер, – кивнула Марианна. – Вернее, умерла. Наша сотрудница.

– Ай-яй-я-а-ай! – уже дурашливо, на прежний манер, запричитал оборванец. – Беда-то какая! Молодая небось?

– Молодая. А что ты здесь делал ночью? – подозрительно посмотрела на него Марианна. – Почему не спал?

– Какой сон в подвале, когда по полу крысы снуют? Я и подумал, лучше на праздник полюбуюсь, на тебя, свет очей моих. Выспаться-то всегда успею. А отчего женщина ваша умерла?

– Убили ее.