Бархатная смерть - Нора Робертс

– Она вам понравилась?

Глаза Линни округлились от удивления.

– Конечно, понравилась! До сих пор нравится. Мы прекрасно проводили время вчетвером.

– И что вы скажете? Он по-прежнему был от нее без ума, а она польщена его вниманием?

– Даже близким друзьям очень трудно судить, что происходит внутри супружеской жизни. Эта жизнь развивается, люди приспосабливаются друг к другу. Разумеется, они остались любящей и преданной парой.

– Подруги, – вставила Пибоди, – часто обсуждают между собой различные детали своего замужества. Поругивают своих мужей, делятся разочарованиями, посмеиваются над разными странностями и чудачествами.

– Это верно, – улыбнулась Линни. – Поругивают и обсуждают, посмеиваются. Но мы с Авой никогда не были настолько близки. Нет, мы с ней хорошо ладили, но у нас не такие тесные и теплые отношения, какие, например, были у меня с Томми. Честно говоря, скрепляющим звеном в нашей компании был Томми. Я с удовольствием проведу день на футбольном матче, а Ава предпочитает магазины и галереи. У меня есть внуки, у нее – нет. В конце концов, я на пятнадцать лет старше ее. – Линни бросила взгляд на мужа, вошедшего в гостиную. – А вот и ты наконец.

– Извините за задержку. Лейтенант. Детектив. – Эдмонд Люс опустился в кресло, как человек, измученный до предела. – Будет поминальная служба в Лондоне. Да и во всех городах по всему миру, где есть представительства «Всемирного спорта Эндерса». Надо было срочно уточнить кое-какие детали.

Линни положила руку ему на колено, энергично похлопала. Ева подумала, что этот жест говорит об абсолютном доверии.

– А теперь ты выпьешь чаю.

– Мистер Люс, со смертью мистера Эндерса какое влияние в компании приобретет миссис Эндерс?

– Значительное, если Ава, конечно, захочет, но Ава никогда раньше не интересовалась собственно бизнесом. Благотворительностью, программами, связями с общественностью – да. Но не механизмом управления. Этим теперь будет заниматься Бен. – Люс тяжело вздохнул. – По правде говоря, он позвонил как раз в тот момент, когда я заканчивал разговор с Лондоном. Он хочет собрать совет директоров и исполнительных директоров в самом начале следующей недели. Он пригласил меня занять место его заместителя. Просил подумать.

– О, Эдмонд…

– Знаю. – Теперь Эдмонд Люс положил руку на колено жене. – Я собирался отказаться от части нагрузок. Даже значительной части, – признался Люс. – Собирался уйти на покой года через два. Не успел сказать Томми. По правде говоря, я собирался затронуть эту тему за гольфом в то утро… В то утро, когда он умер. Но он хотел бы, чтобы я помог Бену в переходный период, Линни. Может, я еще успею уложиться в эти два года.

– Мистер Люс, насколько вам известно, Бен обсуждал это с миссис Эндерс?

– Нет, с какой стати ему обсуждать это с ней?

– Она является держательницей семнадцати процентов акций компании.

– Да-да, конечно. Прошу прощения, у меня сегодня голова туго соображает. В любом случае, как я уже говорил, Ава никогда не проявляла интереса к деловой стороне.

– Но как держатель второго по величине пакета акций, как вдова президента компании, она имеет право ожидать, что ей предложат более активное участие в жизни фирмы, например, место в совете директоров и все, что с этим связано.

– Формально, я полагаю, вы правы. Но на практике… нет, я этого вообразить не могу.

– Вы были знакомы с Реджинальдом Эндерсом?

– О да! – Лицо Люса прояснилось и вспыхнуло улыбкой. – По правде говоря, это Реджи нанял меня на работу. Полвека назад.

– С его смертью Томас Эндерс унаследовал контрольный пакет акций компании, верно?

– Да. А теперь его унаследует Бен. Томми считал Бена своим сыном и в этом плане следовал примеру своего собственного отца.

– Я просто хочу правильно установить все детали. Как я понимаю, Ава Эндерс владеет небольшим процентом акций компании… ну, теперь несколько более крупным. Это я понимаю. Но первоначальная доля – Ава ее унаследовала после смерти свекра?

– По-моему, да. Реджи относился к Аве очень нежно.

– Хорошо. Спасибо, что приняли нас в такую трудную минуту. – У Евы засигналил телефон. Проверив дисплей, она отдала команду соединить и переключить в режим ожидания. – Прошу прощения, мне необходимо принять этот звонок. Могу я воспользоваться другим помещением?

– Конечно. – Линни поспешно поднялась на ноги. – Позвольте проводить вас в кабинет. Хотите взять с собой свой чай?

– Нет, спасибо.

Ева последовала за хозяйкой в великолепно оборудованный кабинет, отделанный натуральной замшей и полированным деревом.

– Я запишу вам имена женщин, о которых вы спрашивали, пока вы будете разговаривать. Располагайтесь поудобнее, – сказала Линни и отступила, прикрыв за собой двойные двери.

Ева включила телефон.

– Это лейтенант Даллас, мистер Бронсон. Спасибо, что согласились подождать.

– Так-так-так. Знал бы я, что вы такая хорошенькая, перезвонил бы раньше. Чем я могу вам помочь, лейтенант Карие Глазки?

– Прежде всего кончайте этот треп.

– М-м-м… Люблю бойких. – Он улыбнулся ей той же нахальной улыбкой до ушей, какая была у него на фотографии с удостоверения личности. «Небось практиковался и совершенствовал ее перед зеркалом», – подумала Ева. – Ну? Скажите же мне, что бойкому кареглазому лейтенанту из Нью-Йорка нужно от Дирка?

«Дирк, – думала Ева, – ты стопроцентная задница с гладкими загорелыми щеками. Наверняка не без помощи пластического хирурга». Она вгляделась в лицо на экране видеотелефона. Золотистые брови, словно выписанные кистью, над глазами средиземноморской синевы, такими же синими, как и море у него за спиной. Золотистые волосы трепал, несомненно, благоуханный морской бриз.

– Вы были женаты на некой Аве Монтгомери.

– Да что вы говорите? А ведь действительно был. Краткий, но памятный эпизод в моем прошлом. Только не говорите мне, что у Авы неприятности. – Он расхохотался, словно ничего смешнее в жизни не слышал. – Что она наделала? Наняла не ту фирму обслуживания?

– Ее нынешний муж был убит пару дней назад.

– Правда? – Дирк сдвинул брови, и на миг его лицо утратило свое привычное самодовольно-фатоватое выражение. – Это… неприятно. Он же этот, как его… Король спортинвентаря или что-то в этом роде? Кажется, у меня есть одна из его теннисных ракеток. – Он натянуто рассмеялся. – Думаете, это я его убил? Чтобы вернуть себе прекрасную белокурую Аву после стольких лет? Какая волнующая мысль!

– Почему бы вам не рассказать мне, где вы были восемнадцатого марта? И мы сразу покончим с этим глупым предположением.

– Там же, где и сейчас, в круизе по Эгейскому морю с целой стаей красавиц, несколькими друзьями и полной корабельной командой. Хотите приехать и допросить меня?