Долина папоротников - Евгения Бергер

– Неправа все это. Зачем ты меня пугаешь? – воскликнула она.

Старуха захохотала. Так громко, что впору было оглохнуть... И Лиззи попятилась к двери. Схватилась за деревянный косяк, боясь повернуться к ведьме спиной.

А та, замолчав так же внезапно, как начала, зашептала:

– Обращенного завсегда отличить несложно: раны на нем в миг заживают, да и выглядит он словно иначе. Коли мужа своего хорошо знаете, разобраться сумеете...

Дверь как раз распахнулась – вошел Томас, отфыркиваясь дождевой водой, – и Лиззи, воспользовавшись моментом, выскочила за дверь и понеслась вверх по лестнице, не разбирая дороги.

«... вам на роду написано за оборотня замуж пойти»...

«Как знать, вдруг ваш супруг в чудовище обратится»...

Элизабет заскочила без стука, застала Джейн с повязкой в руках у постели супруга. Замерла на мгновение, глядя на него, как бы примеряясь к внешнему виду: все ли в нем также, как прежде, нет ли тревожных признаков перемен. Даже пальцы вдруг задрожали от нервного напряжения...

Наверное, дрогнуло и лицо.

Аддингтон сел на постели, кинул небрежно:

– Джейн, можете быть свободны.

Лиззи едва ли заметила ее уход: просто смотрела на мужа и сердце ее клокотало в груди.

– Лиззи... Элиза, подите сюда, – поманил ее Аддингтон. – Сядьте и расскажите, в чем дело. Весь день вас не видел... Где ты пропадала?

Элизабет двинулась с места, робко, неторопливо, ноги вовсе не слушались, словно чужие. Наконец она подошла... Аддингтон взял ее за руки, чуть потянул на постель рядом с собой.

– Как твое самочувствие?

– Где ты пропадала весь день?

Оба вопроса, произнесенные в унисон, слились воедино, заставили улыбнуться обоих.

Обоих же разом ответить:

– Так хорошо, как это только возможно.

– Я не решалась снова тебя увидеть.

Они сидели бок о бок, смущенные и молчаливые. Не больше минуты-другой...

Пока Аддингтон не спросил:

– Мое признание напугало тебя? Ты потому избегала меня?

– Я просто не знала... не знаю, что можно ответить. Твое признание... удивило меня...

– По-твоему, я не способен любить?

– Я вовсе не это имела в виду.

Обилие мыслей распирало ей голову, обилие чувств – громко стучащее сердце. Она не знала, чему отдать предпочтение: разуму или чувствам – и то, и другое казалось одинаково важным.

И тогда он коснулся ее спины... Провел от лопаток по позвонку, слегка задержался на пояснице.

– Ты не должна ничего отвечать, – сказал совсем тихо и отнял горячую руку. – Я только желал быть честным с тобой. Желал, чтобы ты знала, что значишь для меня...

Элиза вздохнула, порывисто дернулась... Все это не облегчало задачи.

– Ты просто не понимаешь... – она поглядела ему в глаза. Запнулась о их голубую бездонность и тихую нежность, которой прежде не замечала...

Как чувства могли так внезапно перемениться?

– Так объясни, – попросил мужчина.

Что, если ты обратишься в чудовище?

– Что, если я осмотрю твои раны?

Аддингтон чуть улыбнулся:

– Тебе не стоит тревожиться обо мне: Альвина творит чудеса своими настойками и целебными мазями.

– И все же...

Поднявшись с постели, он чуть оттянул верх белой сорочки: алеющий след, не столь глубокий как на боку, тянулся от уха по самой ключице, пересекая грудь, исчезал под бинтами. Лиззи поднялась и встала вплотную: не глядя Аддингтону в лицо, дабы не утратить решимости, коснулась пальцами раны и провела по ней до самой груди. Она казалась поджившей, зарубцевавшейся...

Как это возможно?

Она присмотрелась поближе, едва ли не носом к ране прижалась – света камина было решительно мало для подобного эксперимента – и Аддингтон замер, втянув воздух сквозь стиснутые зубы.

– Что ты творишь? – осведомился глухим, незнакомым ей голосом.

И Лиззи отозвалась:

– Пытаюсь понять, насколько тебе хорошо? – А сама, не сдержавшись, коснулась его предплечья.

– Уверена, что хочешь это узнать? – осведомился супруг, прикасаясь к ее лицу.

И Лиззи дрогнувшим голосом отозвалась:

– Мне это жизненно необходимо.

Через секунду ей запечатали рот поцелуем, еще пьянящее, головокружительнее первых двух, и Лиззи, утратив представление о реальности, на собственном опыте убедилась, насколько чудесны и воистину благотворны настойки старой колдуньи Раглана.