Корнет Савин - Арм Коста

— День добрый! Рассказывай, Иннокентий, какие тут дела?

Чтоб скрыть свою растерянность, начальник подошёл к гостевому креслу, стоявшему напротив его стола, и уселся в него. Туров прищурил один глаз и склонил голову набок, как будто собирался поделиться приятными впечатлениями о выходных.

— Главный банк обчистили посреди бела дня, представляешь?

Путилин многозначительно кивнул, стараясь сохранять невозмутимый вид.

— Представляю.

Туров сменил ухмылку на задумчивое выражение лица. Казалось, он по какой-то причине глубоко сочувствует Путилину.

— Я думаю, ты очень хорошо это представляешь.

Начальник пригладил волосы, разлохматившиеся во время бешеной скачки на извозчике.

— И кто же это так нагло действует? — спросил он.

Туров снова ухмыльнулся и иронически взглянул на Путилина.

— Об этом я тебя должен спросить. У меня куча свидетелей, которые видели, как ты собственной персоной уехал в карете с деньгами в неизвестном направлении.

Путилин удивлённо развёл руками, но не выказал ни малейшего возмущения.

— Неужели? И все свидетели меня узнали?

Иннокентий Лазаревич раскрыл папку, лежащую перед ним, и сделал вид, что читает текст оттуда:

— Узнали. И форма твоя, и густые бакенбарды, и печать. Как быть, не подскажешь?

Путилин слегка подался вперёд. Глаза его горели злым блеском, но ни один мускул на лице не дрогнул.

— Про форму и печать я тебе сейчас расскажу. Украли их у меня из дома. Жена дала описание преступника.

Туров закрыл папку, встал и поправил жёсткий воротник мундира.

— Иван Дмитриевич, я понимаю, что всякое на свете бывает. Но пока новых доказательств не появится, ты извини.

Туров смотрел на начальника немного грустными глазами, сочувствуя и вместе с тем не смея нарушить служебный долг.

— Как прикажешь понимать? — тихо спросил Путилин, вставая с кресла.

Перед глазами у него всё побелело. Только сейчас он понял, что дело приняло серьёзный оборот.

— Мне приказано взять тебя под арест, — твёрдо произнёс Туров.

Жуткое состояние охватило Путилина. Ему казалось, что где-то вдали он слышит издевательский хохот. Какая-то гнусная дрянь за его спиной подстроила страшную ловушку, а он, гений сыскного дела, со всего маху угодил в неё. В душе у него боролись гнев и отчаяние. Где такое видано, чтобы начальника полиции ни за что ни про что обвинили в предательстве, словно прожжённого преступника!

— Ну что же, давай. Арестовывай! Верь мошеннику больше, чем человеку, награждённому десятью орденами! — выкрикнул Путилин, не сдерживая больше кипевшей в нём обиды.

Туров молча достал наручники и подошёл к Путилину, ещё не верившему до конца в происходящее:

— Давай-ка сюда ручки!

Меньше всего начальнику полиции хотелось стать поводом для насмешек и унижений. Пусть тюрьма, пусть следствие, но подчинённые не должны видеть его позора.

— Слушай, Иннокентий, мне с этими ребятами и дальше работать. Давай обойдёмся без театрального представления. Просто выйдем вместе из участка, и всё, — дружеским тоном попросил он.

Туров удивлённо посмотрел ему в глаза.

— А почему ты решил, что ещё будешь здесь работать?

Путилин оторопел и бессильно опустился в кресло.

— Ах вот оно что! Так ты на моё место метишь, друг ситный?

Иннокентий Лазаревич в мгновение сделался неприступным и суровым.

— Протяните руки, господин Путилин! Вы арестованы!

С гордой ухмылкой, но в душе чувствуя себя жестоко обманутым, Путилин покорно протянул руки для наручников, словно последний воришка, задержанный на рынке.

Ярость и гнев душили его. Теперь он осознавал, что это была хитро продуманная подстава. Но кто придумал и осуществил такой дьявольски-коварный план? Ради чего всё это устроено? Неужели только ради его должности? Нет, в такое он не верил. Туров, конечно, гнилой человечишка, но у него ума не хватило бы состряпать такую грандиозную аферу. Пытаясь сохранять уверенность, Путилин посмотрел в глаза следователю и язвительно проговорил:

— Ну ты и жук, Иннокентий! Ха-ха. Давай-давай, арестовывай!

Туров вздохнул и, ни говоря ни слова, быстро защелкнул наручники на запястьях начальника.

«Что же это, если не карьерная интрига? — продолжал рассуждать Путилин. — Корысть? Безумная дерзость? А может быть… месть?»

10.

Наслаждаясь тёплым солнечным днём, Савин прогуливался по палубе. Он любовался своим новым приобретением — большой белый пароход под названием «Сюзанна» теперь принадлежал ему. Матрос тщательно выводил на носу судна ярко-синие буквы — новое имя парохода. Корнет чувствовал себя безгранично счастливым — ничто не омрачало его настроения, всё шло по плану.

Широкоплечий судовладелец пересчитывал толстые пачки денежных купюр, полученных от продажи судна, и с лёгким с недоверием косился на покупателя, так легко расставшегося с немалой суммой.

— Команду тоже приобретаете? — полюбопытствовал он.

— Со всеми потрохами. Я же сказал, — с самодовольной усмешкой ответил Савин.

Судовладелец неспешно и бережно складывал деньги в портфели.

— Что ж, поздравляю с покупкой! Запустите речные прогулки с пассажирами? — поинтересовался продавец, желая дать несколько дельных советов юному коммерсанту.

— Нет. Прогулки будут с одним-единственным пассажиром, — задумчиво произнёс Савин.

Взгляд его обратился к причалу, где должна была ожидать прелестная Сюзанна.

Девушка стояла почти у самой кормы и с удивлением наблюдала за швартовкой парохода, названного её именем. Савин смотрел на девушку с борта судна влюблёнными глазами. Мысленно он представлял, как они вдвоём отправятся в морское путешествие. Тихий плеск волн, лунные блики на воде, безбрежный небесный свод… И никаких тебе полицейских ищеек, банкиров и прочих неприятностей.

Матросы живо скинули трап к причалу. Корнет ловко спустился к Сюзанне и протянул ей руку, приглашая подняться наверх вместе с ним. Девушка улыбнулась и, изящно приподняв пышные юбки, шагнула по трапу. Она немного волновалась и очарованно смотрела на Савина:

— Вы — человек слова, месье Николай. Только прошу, не надо мне его дарить.

Иностранка приняла гордый вид, демонстрируя неприступность.

— Не буду, если вы этого не желаете, — с полной серьёзностью ответил Савин.

Но тут же добавил, нежно склонившись к её плечу и заглядывая в чудные глаза девушки:

— Знайте, я в любую секунду готов подарить вам не то что пароход, а всю свою жизнь.

Сюзанна внимательно посмотрела на Савина. Она не понимала, всерьёз ли он говорит или просто кружит ей голову, желая добиться её благосклонности. Уж слишком внезапно воспылал к ней страстью этот молодой человек! Спору нет, он обходителен, воспитан, с ним интересно и весело. Но что-то в поведении Николая настораживало Сюзанну. Словно за красивой внешностью и модным костюмом она чувствовала неприглядную изнанку. Может быть, это ангел-хранитель Сюзанны подсказывал ей верные мысли, пытаясь уберечь девушку от страшного разочарования?

Переместившись на борт парохода, Савин провёл девушку в капитанскую кабину.

— Хотите дать прощальный гудок? — спросил корнет.

— А это можно? — с замиранием сердца пролепетала девушка.

Она радостно дёрнула за трос. В ответ раздался оглушительный рёв, извещающий об отплытии