Платье для убийства - Анастасия Борзенко

— Анна!

Нет, она просто так не уйдет, сейчас, видимо, всучит мне подарок за мое радушие, подарит одну из своих книжек, наверное… Надо выйти в коридор и проследить, чтобы никто ненароком не вошел в спальню и не увидел, что у меня в гардеробной. Очень опрометчиво пускать в дом незнакомок и оставлять их без присмотра… О чем я только думала?

Все хорошо, зря я паникую. Я вижу свой страх. Стоит, сияет глазами и с таким восторгом протягивает мне сверток, что я чувствую себя маленькой глупой девочкой, которой вручили главный приз за конкурс, в котором она не принимала участия. Я не люблю подарки от людей, они вечно дарят то, что нравится им самим. Обычно все сразу оказывается на свалке. Правда, милая Мила дарила мне перчатки. Очень тонкие и приятные. Жаль, что она больше никогда не подарит мне ничего… От этого мне грустно.

— Вы так меня выручили, это меньшее, что я могу сделать в ответ.

Не знаю, что и сказать. Наверное, надо улыбнуться, не обнимать же ее. Хотя… Материал платья, наверное, очень приятный. Надо обнять и пощупать. Я очень хочу пощупать ткань ее платья. Это должно быть приятно, а может, нет? Черт возьми, это настоящий оргазм! Такая нежная, шероховатая и в то же время мягкая ткань…

Одна из девушек выходит из гостиной, она несет сразу четыре стула… Как она интересно придумала, ей тяжело с ее ростом и комплекцией, но она так усердно их несет, словно ей выпала лучшая в мире доля. Ярая фанатка, готова на все ради своей кумирши. Таких не выношу, они жуткие и опасные.

— Спасибо, Ася, — говорит моя новая подруга. Если бы она была в другом платье, я бы не стала с ней говорить, но теперь мы точно встретимся еще раз. Она обещала мне узнать, откуда такое чудо. Ася… Эту фанатку зовут Ася, какая-то странная эта Ася. Вроде приятная, но во взгляде столько всего жуткого, и смотрит на Александру, словно та ей подарила шанс на спасение. А еще она очень странно смотрит на меня.

— У вас помада размазалась…

Какая помада? О чем она говорит?

— Ася моя читательница и очень мне помогает, — поясняет писательница, словно мне есть дело до этой Аси, меня больше волнует вопрос, откуда на моих губах помада. Я спала, а потом заказала суши. Я никуда не выходила сегодня. Свидание со следователем решила отменить.

Где-то здесь лежала пудреница… Под столиком, да, я уронила ее в понедельник и не трогала. Только в нейтральный день можно поднимать вещи. Сегодня еще можно. Что с моими губами?

Они… они припухшие… и все в красной помаде. Эта помада… Эта помада моя любимая. Я обожаю ее использовать, когда хочу быть похожа на… У меня очень странное предчувствие.

— Я впервые вижу ее вживую, представляете?! — кричит жуткая Ася и продолжает странно на меня смотреть.

Отстань от меня и просто уходи. У меня голова кружится…

Вторая девушка сильно не спешит выходить, наверное, глазеет на предметы моего интерьера и думает, что у меня очень все красиво и стильно. Да и не особо пытается услужить писательнице, несет всего один стул.

Смотрит на меня во все глаза и словно насмехается… Со своими резиночками на косичке. В дорогом платье, такое кто угодно себе позволить не может… И в очень дорогих туфлях…

Не понимаю, чем тебя так привлек милый паренек с ресепшен? И… зачем ты здесь? Зачем ты здесь? Сегодня мой день.

Не верю, что это одна из фанаток. Нет, во взгляде что-то такое неуловимое, но очень явное. Ты пришла намеренно… Но… Зачем? Я получила твой букет… Я думала вчера, что голоса навязали мне эту мысль, но сейчас я понимаю, что букет точно послала ты и ты точно что-то задумала. Ты что-то знаешь… Стас тебя прислал? Зачем он тебя привел в мой офис? Меня мутит, и столько мыслей в голове… Стас решил меня уничтожить, но сначала я уничтожу его. Я уберу его подальше, так далеко, что он не сможет до меня добраться.

Голова взорвется от мыслей. Что происходит? Откуда столько мыслей?

— Если надумаете к нам, мы будем очень рады. — Писательница снова трогает меня за локоть, это уже не так неприятно. Как же ее зовут, черт… Не знаю. Надо разорвать упаковку подарка и прочитать на обложке книги ее имя. Сделать это невзначай, нельзя показывать, что я нервничаю и не знаю ее имени.

Александра Жемчугова.

— Спасибо, Александра, но не беспокойтесь, вернете, когда будет удобно, и давайте как-нибудь выпьем кофе.

— Да, спасибо, спасибо за стулья. Большое спасибо, что одолжили!

Снова это слово. Какое-то оно интересное, только вот не пойму чем… С его основой ничего не придумаешь, и почему оно так ко мне прицепилось? Почему она так часто его повторяет? Если бы был не нейтральный день, я бы придумала, как быть с этим словом. Сейчас голосов нет, что мне с ним делать. Оно не просто так снова попалось мне в мысли. Говорят, что слова попадаются на глаза… Но нет, они попадают в мысли!

— До свидания. — Ася смотрит прямо и неприятно. Она словно чего-то ждет от меня…

Не стану ей отвечать, но завтра же навещу Лину, и она мне все про нее расскажет. Если Стас подослал ко мне шпионов… Но нет, это не он. Она послала мне букет в ответ на что?! Это была благодарность или издевка?… Черт, снова мысли путаются… Надо собраться, чем ближе к концу дня, тем мутнее сознание, мне нельзя этого допускать. Почему сегодня такая странная пятница? Голоса что-то задумали? Я должна все решить сегодня. Кто она такая, эта Ася, чтобы так на меня смотреть, чтобы так со мной себя вести? Ей я ничего не одалживала, но даже эта писательница так себя не ведет… Стоп.

К черту суши. Надо выбрать платье и принять приглашение, надо навестить этот званый ужин, я только сейчас поняла. Я поняла, милая Мила, что нам с тобой надо сделать. Я одолжу тебя, как эти стулья, но только при одном условии… Я одолжу тебя без права на возврат. Надо что-то сделать с губами…

— Добрый вечер!

Откуда в моей квартире мужской голос? Страшный сон — это проснуться с размазанными губами