Идол прошедшего времени - Ирина Арбенина

Неожиданно Филонову показалось, что за зеленой стеной крапивы и ядовитого борщевика что-то мелькнуло. Неужели женский силуэт?

«Пленительный изгиб линий… — думал Филонов, вглядываясь в незнакомку. — Невозможно представить себе что-либо более совершенное, чем тело этой Венеры, более нежное и сладостное, чем его изгибы». Неужто это она, героиня Яшиных заметок, предмет его восторгов? А вдруг?

— Девушка! — громко позвал Филонов. — Можно с вами поговорить?

За зеленой стеной крапивы снова обозначилось быстрое движение.

— Девушка!

В ответ только скрипнула дверь.

Очевидно, красотка спряталась в доме.

«Ну, явно очень неразговорчивая…» — подумал Филонов, поднимаясь на порог.

— Есть кто-нибудь дома?

Дамиан протянул руку, намереваясь взяться за ручку двери.

Но дверь с жутким треском распахнулась сама!

На пороге стоял огромный мужик — с топором…

И что немаловажно — с занесенным над головой топором…

Предпочитаемая Филоновым техника «уклонов и уходов», прежде выручавшая его в подобных поединках, сработала и на этот раз. Тростью Дамиан только изменил траекторию движения «колюще-рубящего» оружия. Что называется, «снял удар»…

И противник потерял равновесие. Далее сыщик завершил комбинацию. И негостеприимный человек рухнул, так и не успев по-настоящему воспользоваться своим доисторическим оружием.

Разумеется, Филонов дал деру, не дожидаясь, когда несчастливый обладатель топора придет в себя… Он не любил участвовать в сражениях.

Перешел на шаг Дамиан только километра через полтора…

И тут же услышал, как кто-то его догоняет. Правда, шаги эти были легкими…

Это была девушка.

«И в самом деле, изгиб линий пленительный! — Дамиан с исключительно профессиональной любознательностью внимательно оглядывал незнакомку. — И в самом деле, «мраморное совершенство»! — удивлялся он. — Еще чуть — и есть тебе античная Венера. Вот так чудеса — по соседству с хрюкающим хлевом!»

Впрочем, Филонову было не до подробностей: не появится ли вслед за «Венерой» и ее очухавшийся приятель?

— А где ваш друг с топором? — на всякий случай уточнил он у красавицы. — Как он?

— Дома остался, — успокоила его девушка и стала извиняться: — Вы только не подумайте ничего такого!

— Нет, конечно… Ничего такого я и не подумал, — ответил любезностью на любезность Дамиан.

— Ваня вообще-то очень хороший… — оправдывалась незнакомка.

«Сколько же хороших людей кругом!» — уныло подумал Дамиан.

— Совсем без недостатков? — вслух произнес он.

— Только очень ревнивый, — призналась красавица.

— И всегда бегает с топором?

— Да это он просто петушка к обеду хотел зарубить…

— Петушка?

— Ну да! У нас ведь хозяйство, вы же видели… Мы к обеду каждый день петушка…

— Ясно, — вздохнул Дамиан. — Как вас хоть зовут-то?

— А вам-то что? — сразу кокетливо заулыбалась девушка.

— Да так… Любопытство разбирает!

«Вот женский пол! Муж ревнивый вокруг нее с топором бегает, а она все равно кокетничает… Отважный все-таки пол… Ни топора, ни гильотины не боятся».

Но дорога еще не закончилась…

И, столь благополучно избежав дальнейшего общения с любителем курятины, Филонов направился дальше.

Впереди, доминируя над пасторально-идиллическим пейзажем, вырисовывалось на горизонте необычное для сельской местности высокое странное здание. «Прямо как путеводная звезда…» — усмехаясь, думал Филонов.

Дамиан уже знал, что странное это здание есть Мширский спиртзавод. Завод, специализирующийся на производстве спирта для низкосортной водки.

Между тем безумие кратких пометок в Яшиной записной книжечке становилось сыщику все понятнее…

Например, «гуси». Это было настоящее стадо… Стая. Белоснежные гогочущие птицы, с крепкими мощными клювами. Не без труда от них отбившись — агрессивные! — Филонов уходил все дальше и дальше по живописной дороге вдоль речки Мутенки.

И в конце концов перечень Яшиных «указателей» привел его к казенного вида дому.

Дом и в самом деле был казенный… Не только на вид.

На доме висела вывеска: «Коррекционное образовательное учреждение».

Никаких девушек «с пленительным изгибом линий» тут не было. На пороге стояла толстая тетка в белом халате и грызла семечки.

А неподалеку от дома на скамейке сидели двое почти наголо стриженных мальчишек и как-то монотонно — абсолютно безо всяких эмоций — ругались матом.

На «златокудрого мальчика», обозначенного в Яшиной книжке, они явно не тянули. Хотя и стрижены были мальчишки действительно очень коротко… По прихоти парикмахера им отчего-то были оставлены куцые чубчики.

Таких мальчиков с чубчиками Дамиану доводилось видеть на фото сталинской поры…

Дамиан снова взглянул на вывеску… Что скрывалось за деликатной формулировкой «Коррекционное образовательное учреждение», понять было не так уж трудно.

— Вы, гражданин, поосторожнее тут, — заметив его интерес к мальчуганам, предупредила Дамиана женщина в белом халате, стоявшая на крыльце «учреждения». И аккуратно сплюнула в кулак шелуху.

— А в чем дело, уважаемая?

— Какое уж тут дело… Ребята-то наши с придурью, сами понимаете. Взбредет что-нибудь в голову.

— А что им взбредет? — заинтересовался Дамиан. — В голову?

— Кто ж знает, что у них в голове… Одно слово, слабоумные. Побьют, например. А то и совсем — закопают. Нашим мальчуганам это раз чихнуть. Все равно что мороженое съесть. И не вспомнят потом. Память у них слабая…

— Я учту, — пообещал доброжелательнице Дамиан.

Филонов подошел поближе к скамеечке, прислушиваясь к разговору «мальчуганов».

Выяснить, однако, о чем шла речь, из-за языковых особенностей этого детского диалога было довольно трудно… Практически невозможно.

И Филонов сразу понял, что разговор, который он собирается затеять с мальчуганами, тоже легким не будет.

— Как дела? — тем не менее беззаботно поинтересовался он, присаживаясь рядом на краю скамейки.

— Х…во, — охотно объяснил ему ребенок.

— Жить вообще нелегко, — поддержал разговор Дамиан.

— Х…во, — согласились «чубчики».

— Вы тут всех знаете, наверное? — поинтересовался Филонов, всерьез опасаясь, что более развернутых фраз услышать ему так и не удастся.

В ответ «чубчики» только молча и слаженно кивнули.