Да поможет нам Босс! - Дарья Калинина

– Так и сказал?

– Да.

– Про родного сына?

– Отец был в тот момент в большой досаде. И дело даже не в том, что Самвел постоянно влипал в истории. А в том, что, влипнув в очередную и оказавшись без поддержки отца, он не смог выплыть, сдался и морально сломался.

Итак, психологический портрет Самвела подруги теперь примерно представляли. Оставалось выяснить, где он конкретно обитает. И нанести ему визит. Но тут Татевик развела руками.

– Понятия не имею, где он живет. Наверное, у своей матери. Или у жены, если та еще с ним живет. Отец знал, а я нет.

– А фотография у тебя его есть?

– Нет.

– Но ты можешь описать его?

– Приметы? – усмехнулась Татевик. – Из особых примет – это отсутствие всех мизинцев. На обеих руках и ногах. А так… Ну, я видела его только на фотографиях, которую мне мельком показал отец. Самвел там не очень хорошо получился. Но он скорее полный, чем худой. Невысокий. Небрежно одевается. Сдается мне, ленится бриться. И вообще, относится к своей внешности с каким-то пренебрежением. Совсем не следит за собой.

– Грязнуля?

– Неряха и распустеха, – подтвердила Татевик. – Даже неудобно, что я говорю такие слова о брате. Только так ведь и есть. Из песни, как говорится, слова не выкинешь.

– Хорошо, а где нам можно его найти?

– Говорю же, не знаю.

– А где он работает?

На мгновение Татевик замерла.

– Работает, – пробормотала она. – А ведь в самом деле, отец мне недавно говорил, что Самвел взялся за ум. Пошел работать. Кажется, он что-то вроде страхового агента. Страхует желающих от несчастных случаев, пожаров, ограблений и прочего в том же духе.

– А какая компания?

– Не знаю. Но думаю, что ни одна уважающая себя компания не стала бы брать на работу кадр вроде моего братца. С его-то послужным списком! Мог и вообще все наврать, чтобы успокоить отца. С Самвела станется!

Но продолжить свою обличающую брата речь Татевик не смогла.

– Кто-то еще приехал, – сказала она, напряженно вглядываясь в глубь сада. – Тетя Вартуш! Зачем она?.. Кто ее звал? О боже!

Подруги тоже оглянулись. И увидели, как по дорожкам сада деловито шагает Вартуш. Вид у нее был самый решительный. Волосы в дороге растрепались и теперь торчали во все стороны. Глаза сверкали, а криво накрашенные яркой помадой губы были твердо сжаты.

– Смотри, что сейчас начнется!

– Я приехала за Татевик! – объявила Вартуш, едва поприветствовав собравшихся. – Хочу звать девочку на похороны ее отца.

После этих слов в доме и саду повисла просто гробовая тишина. А затем все заговорили вновь. Кто-то пытался заверить Вартуш, что она ошиблась. Кто-то предлагал гнать сумасшедшую из дома. А кто-то настойчиво требовал разобраться в ситуации. Этим последним оказался отец Арама. И его голос был решающим.

Разборки не были долгими. Мать Татевик под пронзительным взглядом тети Вартуш призналась, что у ее дочери есть отец. И вовсе он не умер. То есть раньше не умер. А теперь, выходит, умер.

– Убит! – подтвердила тетя Вартуш.

– М-да, – задумчиво протянул отец Арама, выслушав все это. – Какая-то странная история получается. Надо бы разобраться получше.

А пока что было решено, что Татевик поедет в Ереван. И будет присутствовать на похоронах отца. Как и полагается покорной и любящей дочери. Тетка Вартуш сияла. О чувствах остальных присутствующих судить было трудно.