Луна без курса - Майкл Коннелли

По пути в Лос-Анджелес Джек Карч свернул с Десятого шоссе к выезду из аэропорта Онтарио и, следуя указателям, направился к долговременной автостоянке. Там поездил взад-вперед вдоль пяти рядов стоявших легковушек, пока увидел такой же лимузин, как свой, с калифорнийскими номерными знаками. Встал позади него и, не заглушая мотора, достал работающую на батарейках дрель, которую головорез Гримальди извлек вместе с другими инструментами из вентиляционного отверстия в номере 2015.

Дрель работала превосходно. Карч снял передний и задний номерные знаки калифорнийского лимузина меньше чем за минуту. Сунул их под свое переднее сиденье и поехал к выезду. Управился Карч так быстро, что кассир в будке сказал ему: он провел на стоянке меньше десяти льготных минут, и с него ничего не причитается. Попросил закурить, и Карч охотно удовлетворил его просьбу.

Из Вегаса он ехал быстро, с постоянной скоростью сто миль в час, пока перед Лос-Анджелесом шоссе не оказалось запружено машинами. Последние пятьдесят миль Карч с чувством безысходности преодолел за час и решил, что лос-анджелесцы ездят так же, как люди ходят по казино: совершенно не думая, что могут мешать кому-то. В центре он свернул с Десятого шоссе на Сто первое и поехал на северо-запад, к долине Сан-Фернандо. Карч не раз бывал в Лос-Анджелесе и, хотя со времени его последнего приезда сюда прошло около двух лет, неплохо в нем ориентировался. Когда ему требовались определенные улицы или места, в портфеле на соседнем сиденье у него лежал атлас города, изданный несколько лет назад, но вполне пригодный. В Вэлли Карч поехал потому, что номер сотового телефона Лео Ренфро начинался с 818, а он знал, что это код Сан-Фернандо – большого северного пригорода. Можно было предположить, что Лео живет в границах кода своего сотового телефона.

Карч свернул с шоссе на бульвар Вентура и ехал, пока не увидел заправочную станцию с телефоном-автоматом. Достал из портфеля сложенный листок с именем Лео Ренфрои телефонным номером. Под линией сгиба была фамилия человека Гримальди в Лос-Анджелесе, но Карч не собирался связываться с ним. Ни под каким видом не хотел посвящать незнакомца – кто бы ни ручался за него – в свои дела. Это было бы попросту глупо. Те же соображения удерживали Карча от обращения к своим людям в полиции для розыска Лео Ренфро и Кассиди Блэк. Эту работу требовалось выполнить, не оставив никаких следов.

Как ни странно, рядом с аппаратом на полке оказался телефонный справочник. Карч взял книгу и начал с белых страниц[6]в слабой надежде, что Лео Ренфро там значится. Его не оказалось. Тогда он стал листать желтые, пока не нашел объявления компаний сотовой связи. Исходя из объема и содержания объявлений, сделал список самых крупных компаний и их контактных телефонов. Потом положил на край полки сверток двадцатипятицентовых монет, купленный в разменной кассе «Клеопатры», и набрал первый номер.

Автоответчик предложил набор телефонов различных служб. Карч выбрал тот, который был ему нужен, его соединили с отделом отправки платежных извещений, и он ждал ответа около двух минут.

– Спасибо, что позвонили в «Лос-Анджелес Селлулар», чем могу помочь?

– Я уезжаю из города на неопределенное время, – ответил Карч, – и хочу оплатить задолженность.

Выслушав жалобы на связанную с разъездами работу, представитель компании приступил к делу.

– Имя?

– Лео Ренфро.

– Номер счета?

– У меня сейчас нет его под ру...

– Он тот же самый, что номер вашего сотового телефона.

– А, отлично.

Карч посмотрел на листок и прочел номер, который Мартин назвал на допросе Гримальди.

– Минутку, пожалуйста.

– Не спешите.

Карч услышал пощелкивание клавишей на другом конце провода.

– Простите, сэр, я не нахожу счета с такой фамилией или...

Карч положил трубку и тут же набрал номер следующей по списку компании. Та же история повторялась снова и снова, пока на седьмом звонке он не попал наконец куда нужно. У Ренфро был счет в компании «Ю.К. Селлулар». Когда оператор вывела на экран данные о счете. Карч пустился на последнюю хитрость.

– Я попрошу отправить мне последнее извещение по новому адресу в Финиксе, если вы не против.

– Никоим образом, сэр. Только сейчас занесу в компьютер, что вы закрываете счет.

– О, прошу прощения.

– Ничего-ничего. У меня это займет всего секунду.

Выждав несколько мгновений, Карч заговорил снова:

– Знаете, только что сообразил: в конце будущей недели вернусь на несколько дней в Лос-Анджелес, и мне может потребоваться телефон. Может, подождать и тогда оплатить счет?

– Решайте сами, сэр.

– Э... знаете, давайте подождем.

– Хорошо, сэр. Тогда, может, подождать и с переменой адреса?

Карч улыбнулся. Самое милое дело, когда жертва сама идет навстречу обманщику.

– Нет, давайте... знаете, пожалуй, повременю. Все равно почта будет приходить на старый адрес. Постойте, я что-то забыл, по какому адресу приходят извещения. Домой или на службу?

– Не знаю, сэр. Уорнерский бульвар, четыре тысячи, номер пятьсот двадцать. Это что?

Карч не ответил. Он записывал адрес на листке.

– Сэр?

– Это служба. Так что все в порядке. Давайте пока ничего не предпринимать, а недели через две я полностью уплачу по счету.

– Хорошо. Спасибо, что позвонили в «Ю.К. Селлулар».

Карч положил трубку и вернулся к машине. Отыскал указанный адрес в индексе атласа и увидел, что был прав. Адрес находился в районе кода 818, но не в Лос-Анджелесе. В Бербанке. Он завел мотор «линкольна» и глянул на часы на приборной доске. Было ровно пять. «Неплохо, – подумал он. – Приближаюсь к цели».

Четверть часа спустя «линкольн» стоял у почтового отделения с абонентскими ящиками на Уорнерском бульваре, 4000. Карч не был особенно разочарован. Было бы слишком просто и подозрительно, если, приехав по адресу, который вызнал в «Ю.К. Селлулар», он оказался бы перед парадной дверью Лео Ренфро.

На двери были указаны часы работы. Отделение закрывалось через сорок пять минут, однако другая надпись на двери гласила, что абоненты имеют круглосуточный доступ к своим ящикам. Карч подумал, как быть, и решил, что Ренфро скорее всего заглядывает в свой ящик после закрытия отделения, чтобы не знакомиться с работниками. И у него внезапно возник план.

Войдя в отделение, Карч увидел, что оно расположено буквой Г, в конце одного коридора находилась стойка, другой был окаймлен почтовыми ящиками. Слева от двери стоял стол со штемпелевочной машиной, автоматом с клейкой лентой и несколькими пластиковыми стаканами, в которых были авторучки, скрепки, канцелярские резинки. Человек за стойкой возился с чем-то на полу. Над ней была опускающаяся решетка, что позволяло деловой части отделения быть закрытой, а абонентам с ключом от парадной двери иметь доступ к своим ящикам круглые сутки.